Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
В День Победы Владимир Юрзинов вспоминает товарищей-фронтовиков, с которыми ему довелось выходить на лед в одной команде.
- В советские времена мы выходить на лед 9 мая даже боялись, - вспоминает Владимир Юрзинов. – Представляете, что это было такое – проиграть в День Победы? Немыслимо! На плечах тренеров и игроков лежала огромная ответственность. К счастью ребята это понимали и готовились заранее. И, если мне не изменяет память, мы в этот день выигрывали всегда.
- Вам довелось играть в одной команде с фронтовиками?
- Конечно! Мне посчастливилось выходить на лед с Николаем Михайловичем Сологубовым. В 1963-м году он еще был в сборной. Пальцев на ноге не было, а Сологубов играл! Вот какой характер у советского защитника был. Мы все замирали, когда он рядом проходил. Весь такой сухой, подтянутый… Не просто физическую подготовку человек прошел, а военную! Вроде спокойно говорил, всегда. Но так жестко порой, что мы сразу – раз, навытяжку! Помню, Косте Локтеву от него здорово досталось…
- Конечно! Мне посчастливилось выходить на лед с Николаем Михайловичем Сологубовым. В 1963-м году он еще был в сборной. Пальцев на ноге не было, а Сологубов играл! Вот какой характер у советского защитника был. Мы все замирали, когда он рядом проходил. Весь такой сухой, подтянутый… Не просто физическую подготовку человек прошел, а военную! Вроде спокойно говорил, всегда. Но так жестко порой, что мы сразу – раз, навытяжку! Помню, Косте Локтеву от него здорово досталось…
- Это за что же?
- Ну как же! Костя ведь был такой… Он со слабыми командами не играл. Он, видишь ли, мог выкладываться только в решающих матчах. Ребята-то все были своеобразные, с характером. Забить гол, который решит судьбу матча – это да! А про все остальное Локтев говорил: «Мне неинтересно!». Поэтому Сологубов очень хорошим нам воспитателем был. А еще – Иван Сергеевич Трегубов, Гена Сидоренков, Дима Уколов.
- Ну как же! Костя ведь был такой… Он со слабыми командами не играл. Он, видишь ли, мог выкладываться только в решающих матчах. Ребята-то все были своеобразные, с характером. Забить гол, который решит судьбу матча – это да! А про все остальное Локтев говорил: «Мне неинтересно!». Поэтому Сологубов очень хорошим нам воспитателем был. А еще – Иван Сергеевич Трегубов, Гена Сидоренков, Дима Уколов.
- Про войну фронтовики в команде что-нибудь рассказывали?
- Вы знаете, нет. Все же была между нами определенная дистанция. А еще было у нас к более старшим игрокам огромное внутреннее уважение. Да они его были достойны – держали себя будь здоров! Вообще фронтовиков больше собралось, пожалуй, в ЦСКА. Но война-то всех коснулась.
- Вы знаете, нет. Все же была между нами определенная дистанция. А еще было у нас к более старшим игрокам огромное внутреннее уважение. Да они его были достойны – держали себя будь здоров! Вообще фронтовиков больше собралось, пожалуй, в ЦСКА. Но война-то всех коснулась.
- Кто из хоккеистов-фронтовиков был самым колоритным?
- Сложный вопрос! Самый яркий… Ну я вот до сих пор вспоминаю Калашникова Михаила Тимофеевича, знаменитого конструктора стрелкового оружия. Нас судьба свела на открытии турнира «Золотая шайба» в Ижевске. Трасов же тогда с «Золотой шайбой» носился и нас всех, чемпионов, туда привлекал.
- Сложный вопрос! Самый яркий… Ну я вот до сих пор вспоминаю Калашникова Михаила Тимофеевича, знаменитого конструктора стрелкового оружия. Нас судьба свела на открытии турнира «Золотая шайба» в Ижевске. Трасов же тогда с «Золотой шайбой» носился и нас всех, чемпионов, туда привлекал.
- Сильно Тарасов тогда этим детским проектом увлекся?
- Увлекся – плохое слово! Анатолий Владимирович загорелся этой идеей. И нас всех привлекал на разные турниры. И вот там-то мы с Калашниковым однажды хорошо по душам поговорили…
- Увлекся – плохое слово! Анатолий Владимирович загорелся этой идеей. И нас всех привлекал на разные турниры. И вот там-то мы с Калашниковым однажды хорошо по душам поговорили…