как узнал о переводе в главную команду «Айлендерс»;
как проходит адаптация и организация быта после переезда;
какое внимание вратарям уделяет Патрик Руа;
в каком состоянии находится Семён Варламов;
как Наумов оценивает игру Сорокина в начале сезона;
чем работа в НХЛ отличается от КХЛ и АХЛ;
почему он решил перейти из ЦСКА в систему «Айлендерс».
«Генменеджер сказал: «Вы с Ильей давно работали, знаете друг друга»
— Немного неожиданно. «Айлендерс» играли с «Шаркс». Я был у себя в Бриджпорте, и после игры поступил звонок от генерального менеджера. Он сказал: «Сергей, мы бы хотели, чтобы вы завтра присоединились к главной команде». Всё было коротко и четко, без предисловий. Это было примерно в половине одиннадцатого вечера. Игра только закончилась. Я собрался и на следующий день в пять утра уже выехал.
— Не было разговора в духе: «Вот ты должен сделать то-то. Мы поменяли тренера, потому что то-то и то-то». Как говорится, не задаешь лишних вопросов — не получаешь неудобных ответов. Он особо ничего не сказал, просто отметил, что надеется, что у нас все будет хорошо. Сказал: «Продолжайте в том же духе. Вы с Ильей давно работали, знаете друг друга, и вам должно быть комфортно».
— Да. Вчера (разговор состоялся в понедельник, 27 октября – Прим. ред.) у нас был выходной, я съездил обратно в Бриджпорт. Мы с женой собрались и перевезли вещи сюда. Квартиру пока предоставил клуб: апартаменты гостиничного типа. Пока что так, потому что у меня ещё оплачена аренда жилья в Бриджпорте.
— Я приехал за день до игры, была тренировка, командное собрание. Вышли на лед буквально на пятнадцать минут. С ребятами был знаком, работали вместе на предсезонке, что с Ильей, что с Давидом (Риттихом, бэкап Сорокина» - прим. ред.). Немного обговорили план: «Ребята, сегодня делаем то-то, обратите внимание на это и это». Сделали пару упражнений, и все, на следующий день уже игра.
— Сегодня была тренировка, но у нас сейчас вылет и завтра игра. Перед каждой тренировкой есть полноценная вратарская ледовая сессия на двадцать минут. Здесь ничего не меняется.
— Время для тренировок есть. Всё зависит от того, стартовый ты вратарь или второй, который не играет, и каков график. Если вратарь проводит две игры подряд или три, зависит ещё от нагрузки на матче, то нужно варьировать тренировки. Тренировочного времени действительно не очень много: график плотный, много игр, часто матчи через день, в этом сезоне ещё много back-to-back (два дня подряд. – Прим. ред.) матчей. Поэтому приходится дозировать нагрузку.
«По первым играм было видно, что Руа – вратарь»
— Моя работа что в КХЛ, что в АХЛ, что в НХЛ одна и та же. Нужно помогать ребятам, наигрывать сильные моменты, немного искоренять то, что пока не получается, смотреть видео, обсуждать. Единственное, в НХЛ ставки выше. Одно дело, когда в Американской лиге есть молодые вратари, которые идут по пути развития, и есть время на этот процесс. Здесь ребята уже готовы. Конечно, есть куда развиваться, но игр очень много, и нужно уделять внимание именно им.
— Конечно, все решает главный тренер. Это однозначно. Мы обсуждаем график на ближайшие игры: в зависимости от количества back-to-back матчей, от того, как себя чувствует основной вратарь. Основной вратарь в команде - Илья. Отталкиваемся от него: сколько ему дать играть, насколько ему комфортно. Эти вопросы обсуждаются, но решение принимает главный тренер.
— Как у любого главного тренера, у него очень много работы и забот по организации игры команды. Просмотр игр, обсуждения с ассистентами. Это занимает много времени. Но как бывший вратарь он, конечно, сразу видит детали: где здорово, где немного неправильная позиция, где можно было сыграть лучше.
«В Америке следят за тем, чтобы не перетренировать игрока»
— У нас в команде был большой наплыв вратарей. За сезон прошло восемь человек, включая ребят из Восточной хоккейной лиги, включая вратарей на просмотровых контрактах, потому что были травмы и у Варламов, и у Хегберга. Ребята поднимались в главную команду, поэтому была большая «текучка».
— Тренеры. Я говорил, что хочу пятнадцать или двадцать минут работы, а мне отвечали: «У нас игры через день, точно ли тебе нужно это время?» Я объяснял, что один вратарь не играет, мы с ним немного поработаем дополнительно. Со стороны ребят было всё отлично, очень комфортно. Они сами спрашивали: «Пойдём?». Я отвечал: «Пошли». Попотели немного, подвигались. Никаких вопросов, никаких недопониманий.
— Думаю, многое зависит от клуба. В ЦСКА у меня было более тесное общение с тренером по защитникам, более живые отношения. Здесь всё немного разделено: каждый отвечает за своё направление. Хотя общение тоже есть. В КХЛ все друг друга знают много лет, общаешься с друзьями, коллегами. Здесь я для всех новый человек, поэтому пока нет такого открытого общения. Когда все станут ближе знакомы, думаю, можно будет шире обсуждать рабочие вопросы.
— К стране привыкать не пришлось. В работе тоже все нормально. Главное - коммуникация. Спрашиваешь у ребят, как они работают, что ожидают, и делаешь своё дело. Если знаешь язык, то особых проблем нет. Как в любом новом коллективе, идёт процесс знакомства, всё налаживается. Здесь все взрослые, с опытом игры, каждый отвечает за свою позицию очень четко.
— Да – только в кэмпе. В НХЛ официальная предсезонка очень короткая: в этом году было две тренировки и сразу выставочные игры. Ребята готовятся сами — лёд на базе был для них доступен. У меня была возможность выходить на лёд и с Семеном, и с Ильёй, и с Давидом, но он приехал чуть позже. До начала лагеря занимались по 30-40 минут: работали над катанием, движением. А на самой предсезонке 20 минут, как в сезоне, и всё — пошли работать.
«Варламов тренируется по индивидуальному плану»
— Этот вопрос скорее к врачам, мне некорректно давать медицинские комментарии. Знаю, что прогресс есть, и довольно хороший. Мы тренируемся вместе, он двигается отлично. Всё остальное уже не ко мне.
— Да. До этого он работал с Пьеро Греко, предыдущим тренером. Сейчас со мной. Он тренируется по индивидуальному плану.
— Три раза в неделю по 45-60 минут. Я был всегда на арене, ребята выбирали дни, когда им удобно. Договаривались заранее, кому как удобно.
— Да, этот период.
— Он написал смс: «Сергей Иванович, поздравляю, завтра увидимся». Но ситуация была не самая приятная: одного тренера увольняют, на его место приходит кто-то другой. Так что без сильных эмоций. Просто были короткие поздравления и работаем дальше.
— Согласен. Он играет в целом хорошие матчи. Есть небольшие шероховатости, над ними работаем. В целом рисунок игры зрелый. Цифры немного не отражают качество игры. Он показывает хороший хоккей.
— Мы каждый год общались и тренировались летом, поэтому изменений «вдруг» я не увидел. Но он взрослеет, по-другому смотрит на игру, по-другому читает её. Отношение к делу, как у всех с возрастом и опытом, меняется.
«Контракт с «Айлендерс» пока не пересматривали»
— Конечно. Всё зависит от того, насколько вратарь задействован в ближайших играх. Тогда корректируем нагрузку. Иногда может вообще не быть льда. Главное обсудить все после пауз, правильно сбалансировать отдых, работу и свежесть.
— В прошлом году я уже был на предсезонке, поэтому все давно знакомо. Все функциональные вещи есть для спортсменов. Работа строится на трёх вещах: психология, техника и позиция. Физическая форма это само собой разумеющееся. При таком количестве игр это особенно важно.
— У меня этот сезон и плюс один. Пока ничего не пересматривали. Все осталось на прежних условиях.
— Да, трехлетний.
— Нет. Общался с ребятами, но не более. У меня действующий контракт.
— Контракт с ЦСКА закончился, разговоров не было. Поступило предложение от «Айлендерс», я согласился. Выбирать и не надо было. Мне нравится, что я делаю. Я получаю удовольствие от работы. Нравится видеть прогресс ребят. Ездил к вратарям и в Ист-Кост. В НХЛ, как и в КХЛ, работа с взрослыми профессионалами. Поняли или не поняли люди почему это произошло — я не могу на это ориентироваться. Просто так совпало.
— На самом деле Юсси Парккила перешел в «Колорадо», он работал в КХЛ.
— Если совсем напрямую, то, может быть, я действительно первый из наших.








