Александр Радулов: Перед ЧМ-2016 никто не хотел слышать о моей травме

«Это была сложная ситуация. Мы проиграли финал Магнитогорску, после чего ассистент главного тренера, который также входит в тренерский штаб сборной России, сказал нам, что у нас есть семь выходных, после чего нам позвонят и скажут, где будет проходить сбор.

Я отдыхал эти семь дней и никуда не уезжал. И мне никто не позвонил и не написал. Кроме того, перед первым матчем финала я получил травму паха. Это произошло на последней тренировке. Пришлось играть в финале через боль на обезболивающих. Я не мог пропустить его.

Мой агент сказал, что может организовать для меня несколько встреч с клубами НХЛ, которые проявляли интерес ко мне. Они не хотели говорить просто по телефону. Когда они ведут дела, они хотят разговаривать со мной вживую, хотят видеть меня. В этот момент я уже знал, что не буду играть на чемпионате мира из-за травмы. Я взял билеты и улетел на четыре дня.

Я сидел в самолете, и когда мы должны были взлетать, мне позвонил Алексей Жамнов. Он сказал, что в течение двух дней я должен быть в сборной. Я сказал ему, что не могу быть через два дня, могу приехать через пять дней, потому что лечу в США и не могу ничего поменять. Я ждал в течение семи дней, что мне делать, и после этого договорился о встрече. Сколько мне нужно было ждать? Я оставался без контракта, и все в России знали, что я хочу вернуться в НХЛ. Меня об этом спрашивали весь сезон, и я об этом только и говорил. Мне предлагали продлить контракт, но я отклонил предложение. Они об этом тоже знали.

Когда вернулся из США, прямо из аэропорта поехал в сборную. Никто ничего мне не сказал, пока в прессе не написали, что Радулов ведет себя плохо.

Я извинился перед тренерами за то, что пропустил два дня. Но все знали, что у меня была травма. Обо всем писали в газетах, все знали, что у меня было МРТ, и доктора сказали, что я ничего не могу делать в течение трех недель, пока травма не заживет.

Но меня заставили выйти на лед. Они хотели, чтобы я попробовал. Я это сделал. К тому времени я не катался уже десять дней, и когда я вышел на лед, все было неплохо. Но когда мы стали играть «три на три» в контакт, я понял, что не могу это делать. Никто не слушал меня, все хотели, чтобы я был в команде.

Я говорил: «Ребята, я не могу играть. Если я буду играть, я усугублю травму. Тогда мне придется делать операцию, и я пропущу четыре-пять месяцев. У меня не будет предсезонки, у меня не будет контракта. Мне не 20 лет, а 30. Я рискую пропустить целый год, так как команды формируются летом. Если у меня будет травма, никто не будет разговаривать со мной летом», – сказал Радулов в интервью Sportsnet.ca.