Россия лишилась медали из-за гибели грузинского атлета?

В первый раз за пять дней в Уистлере солнце пробило тучи, чтобы согреть своим теплом надежды всей Германии. И чтобы ослепить самонадеянных хозяев. А что оставалось нам, болеющим за уральского парня Альберта Демченко? Только брести в гору по серпантину несбыточных надежд, как брели поутру из Уистлера двое фанатов с российским триколором на согбенных плечах.

Но сначала были слезы.

Слезы душили одного из боссов международной федерации санного спорта (а еще говорят, что американцы не столь сентиментальны, как европейцы), когда десятки телекамер расстреливали верхушку FIL вопросами, сводившимися к одному: слишком быстро – это слишком смертельно?

С лезы были на глазах некоторых членов грузинской делегации на церемонии открытия.

Наконец, я видел слезы на глазах волонтеров, которые смотрели ролик со смертельным виражом грузинского саночника.

И вот трассу сократили. И мужчины стартовали с женского старта. Звучит нелепо. Даже некрасиво. И еще - выглядит приговором как для канадцев, так и для русских. Те и другие хотели соревноваться и побеждать на предельной скорости.

ЗВОН «ЧАЙНИКОВ»

Мы уже писали о том, что в ледяной желоб нельзя пускать, мягко говоря, дилетантов. Ну скажите, зачем знойным мачо из Аргентины или раздумчивым буддистам из Индии бороздить ледяные просторы коварного Уистлера?

Внимание журналистов они привлекут. Престиж страны не поднимут.

Начинаю считать: кто из участников третьего и четвертого заездов на пути к финишной точке шарахнется о борт плечом, ногой, или уже своей точкой, пятой.

Вот третий заезд. Ливень прошел. Я трогаю рукой дно желоба – по нему течет вода как в турецком аквапарке (запоздало подбегает секьюрити с криком «Ты сюда не ходи, ты туда ходи, снег башка упадет…»). И тут же - солнце.

В таких условиях надо идеально управлять своим телом и снарядом под ним. 

Вот австриец Вольфганг Киндл бьется сначала правым, потом левым боком на выходе со злополучного, шестнадцатого виража. Вот американец  Бент Вальден скребется всей правой стороной своего мощного тела по ледяной стенке. А вот потомок Дракулы, достойный сын румынского народа Валентин Крету на одиннадцатом вираже практически встает на попа и лишь каким-то чудом не переворачивается лицом в горячий лед.

А зачем Шива Кешаван приехал сюда из теплой Индии? Сам же говорит, что будет завязывать с большим спуском сразу по возвращении из Канады. Мол, хватит искать приключения на свою Харе Кришну.

Четверть из 38 любителей  промчаться с ветерком на глазах изумленной публики бились как рыба об лед, показывая небыстрые секунды. Но при этом гордые собой – как же, добрались до финиша знаменитой теперь, смертельной трассы в Уистлере, не свернув себе шею.

Но что же там корифеи жанра? А корифеи, в целом, держали марку.

Прежде всего ее держит, понятное дело, товарищ Лох.

 

Иронизировать по поводу благозвучия фамилии будущего (через два часа) олимпийского чемпиона смысла нет. Ну, хотя бы потому, что немецкий Лох то уже на мировых вершинах побывал. Никого ведь не смущает, что на биатлонный подиум взбирается балканский парубок с гордой фамилией Фак.

У Феликса Лоха, в отличие от самых что ни на есть брутальных и ликом и душой Цоггелера и Демченко, внешность деревенского увальня, вырвавшегося в город на праздник урожая.

Но пусть горожане не задирают носы – авторство то урожая всем известно?

Однако маска на всякий случай у Феликса все-таки не прозрачная, а угрожающе красная. Типа не влезай, убьет!

Зубами щелкает, щеки надувает, четыре толчка руками делает предельно агрессивно!

И, естественно, проезжает великолепно.

Из пятерки фаворитов почти идеально трассу пролетают четверо. Только великий и ужасный Цоггелер (напомним, в пятницу в желобе он чуть не потерял свои саночки) задевает борт перед последним виражом.

Это дает возможность Альберту Демченко приблизиться к титулованному итальянцу на пол-дыхания, на 22 тысячных секунды!

Этот, третий прокат русского саночника, кажется, впечатляет всех. В том числе и отбросившего красную маску Лоха.

Дождь кончается, солнце начинается. По трассе катятся к закономерному финалу представители братских народов семьи трудовой.

Дальше – ничего интересного. Лишь ожидание решающего, четвертого заезда.

В ГОРОДЕ СОЧИ ТЕМНЫЕ НОЧИ

Канадцы безо всякой  фальшивой политкорректности яростно болеют за своих. Хоть за кого, хоть за Самуэля Эдни, который перед третьим заездом замыкает первую десятку. Четвертый заезд для Эдни закончится  двумя строчками выше: вот его соотечественникам, словно детям малым – и радость.

Четверка молодых (лет по 16-17) фанатов санного спорта, несмотря на то, что к вечеру начинает подмораживать, раздеваются по пояс. Две девушки, впрочем, остаются в легких майках-топиках. Но телекамеры зато уже смотрят не вниз, на лед, по которому подкатывают вполне себе одетые мужики, а метром выше, где пускают мини-волну лолиты льда.

В последнем, решающем заезде начинают те, кто слабее всего откатал в заезде предыдущем. Скажем, аргентинец  Рубен Гонзалез.

То есть, более половины участников действа, происходящего на шестнадцати виражах уже менее опасного, чем еще два дня назад, спуска, исправно выполняют роль нормальных таких героев для своих далеких от Канады государств.

Первым из наших завершает свою олимпийскую программу молодой Степан Федоров. Хороший паренек, незакомплексованный. Что понравилось молодому человеку в Олимпийской деревне? Возможность тусоваться и питать организм макдональдсом. Что не понравилось в своем первом в спортивной карьере олимпийском выступлении? То, что завалил две попытки из четырех. Ну и что, что 17-е место. Подумаешь, ведь не 117-е! До Сочи еще - как до Китая

Вот потренируется он - и как поедет в Сочи! 

О городе-курорте вскользь упомянул и Виктор Кнейб. В том смысле, что не собирается в ближайшие четыре года вешать санки на балкон.

Опытный саночник замыкает в итоге первую дюжину сильнейших атлетов в этом виде спорта.

Когда остается лишь четверо смелых, вся многочисленная журналистская рать, нависая  гроздьями над реальным местом финиша, не в силах углядеть, что же там происходит, упирается в телеэкраны.

Наш Демченко, прилично проиграв на старте, все-таки накатывает на финише. НО его реакции не столько радостны и непосредственны, как юного товарища по сборной Федорова Степана.

Итальянец Армин Цоггелер, напоминающий небритого Пирса Броснана (агент 007) и ведет себя, словно Джеймс Бонд. Опасный оскал, хлопок себе по голове – и вперед. Он с самого начала отыгрывает  считанные сотые у Демченко. Но радости собственной ошибки, как в предыдущем раунде борьбы, русскому богатырю не дарит.

Три сотых секунды. Все каких-то три – ни в вечность за этот миг не плюнешь, ни дерево не посадишь.

Демченко раздосадован страшно! Он на мгновение выходит из себя, отбивая поклоны до полу. Но быстро берет себя в руки. И даже находит в себе силы поздравить  самого быстрого в мире итальянца с заслуженной бронзой.

А мы остаемся  без медалей, но с мечтами о Сочи. Что-то мне подсказывает, что тамошняя погода в феврале будет подозрительно смахивать на состояние небесной канцелярии над Ванкувером.

 

Съемка Первого канала олимпийских заездов саночников