Мама Ивана Агафонова Татьяна: Ничего не имею против кавказцев

То, что пережила мама Ивана Агафонова – Татьяна – за последнюю неделю, словами не передать. Ее голос в телефонной трубке дрожал…

– Соболезнования от «Советского спорта», хотя слова здесь, наверное, излишни…

– Я уже не могу и не хочу ни о чем говорить. Так устала, так убита горем, что хочется просто забиться куда-нибудь и выть от тоски.

– Как вы отнеслись к тому, что Расула Мирзаева не выпустили под залог, хотя еще позавчера он мог оказаться на свободе?

– Я больше не пойду в суд, больше не буду ни к кому обращаться. Никто мне не вернет сына. И какое наказание постигнет этого чемпиона мира по ненужному виду спорта, мне все равно. Знаю, что на все есть воля Божья. И Господь все расставит по своим местам.

– Вы верующий человек?

– Да, и верю сильно. Вчера я была у батюшки. Он только укрепил мои мысли. Пусть все идет, как идет. Так распорядилась судьба. Очень пожалела о том, что мальчишки, друзья Ванечки, раздули такую шумиху. Не хочу, чтобы именем моего сына кто-то прикрывался. Сейчас смотрю на небо и вижу, как Иван мне оттуда улыбается. И я ему улыбаюсь в ответ, пусть и со слезами на глазах. Он был таким добрым мальчиком. Никогда не позволял мне плакать, расстраиваться. Настоящий джентльмен, верный друг. Вы спросите его товарищей, никто и никогда не сказал ни одного плохого слова.

– Вам принесли извинения родственники Мирзаева?

– Нет, мне никто не звонил. И что это вообще за слово такое – «извинения»? За что просить прощения? За убийство. Извиниться можно в детстве за прогулянный урок. Но при всем при этом с 13‑го числа с нами никто не связывался.

– Мама Расула просила у вас прощения через телевидение и через нашу газету...

– А вот ее я прекрасно понимаю. Эта женщина ни в чем не виновата. Она страдает по-своему. Сейчас ей хочется спасти сына. И как мать она права. Ни в коей мере не хочу ее судить.

– Во вторник появилась информация, что на сына было заведено уголовное дело, якобы он состоял в группировке, которая громила клубы, а Иван не попал за решетку только потому, что заполнил подписку о невыезде…

– Я хочу, чтобы сына оставили в покое. Какая теперь разница, что он делал, с кем был, что ел, что пил. Это уже не важно! Обсуждать сейчас те гадости, которые выбрасывает пресса про Ивана… Да это же кощунство. Даже если у него и были какие грехи, то батюшка их все отпустил.

– Из трагедии пытаются развить межнациональный конфликт…

– Какая глупость. Я ничего не имею против кавказцев. У меня нет никакой неприязни. На месте Расула мог быть любой другой парень, который взял и ударил ни за что ребенка, ударил из-за шутки, из-за безобидной фразы. Нельзя мешать сюда политику ни в коем случае. Не оскорбляйте вы память Вани.

– Расул – чемпион мира по смешанным единоборствам…

– Кто только их придумал! После этого случая ввела бы закон, который бы запретил спортсменам применять силу на улице. Ведь это как нужно ударить здорового двухметрового парня, чтобы он рухнул как подкошенный. Мирзаев знал силу своего удара, знал, что он может быть смертельным, и все равно выбросил руку. Пусть теперь задумаются все тренеры, перед тем как обучать детей смертельным приемам.

– Ваня был вашим единственным сыном?

– Да, но это не имеет никакого значения. Даже если бы я имела десять детей, то потеря любого ребенка – это трагедия. Если отрубить один из десяти пальцев, болеть будет не меньше. Не должна была я хоронить Ваню, это он должен был хоронить нас. Меня и отца…

Замоскворецкий суд Москвы вчера санкционировал арест Расула Мирзаева. Суд постановил избрать в отношении Мирзаева меру пресечения в виде заключения под стражу на срок до 17 октября.

Доводы следствия – Мирзаев не должен оставаться на свободе на время расследования: спортсмен не проживает по месту регистрации в Дагестане, а также обладает загранпаспортом. Суд пришел к выводу, что Мирзаев может скрыться, оказать давление на свидетелей или иным способом воспрепятствовать расследованию.

Защита спортсмена Расула Мирзаева будет обжаловать решение суда о его аресте. Об этом «Советскому спорту» сообщил адвокат спортсмена Игорь Дергачев.

А вот как прокомментировал ситуацию юрист – управляющий партнер адвокатской конторы «Адвокат про» Олег Попов (на фото). Именно его сотрудники занимаются делом Мирзаева.

– Поясните простым людям: что сейчас грозит Расулу? И каким будет окончательный приговор?

– На сегодняшний день Мирзаеву предъявляется обвинение по статье 111.4 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего). Это особо тяжкое преступление, которое наказывается сроком от 2 до 15 лет. Но люди, которые имеют юридическое образование, прекрасно понимают, что случай Расула – это эпизод из книжки. То есть статья – 109 (причинение смерти по неосторожности) – до двух лет лишения свободы. Но если взять тот факт, что Мирзаев ранее не привлекался, а также, что сам пришел с повинной, имеет заслуги перед Отечеством, то максимум, что он может получить, – это год или полгода условно.

– Говоря простым языком, как можно соскочить со 111‑й к 109‑й?

– Если следствие докажет прямую связь кончины Вани от удара Расула – то это 111‑я. Но если прямой связи нет, а эксперты выяснят, что летальный исход произошел от удара об асфальт или из-за халатности врачей, то это 109‑я.

– Сколько времени нужно для того, чтобы установить истину?

– Думаю, что месяц, максимум два.

Корреспондент «Советского спорта» Кирилл ЗАНГАЛИС встретился с Аллой Косогоровой, девушкой Мирзаева, из-за которой начался конфликт в клубе «Гараж» между Иваном Агафоновым и Расулом Мирзаевым. Напомним, что по одной из версий Агафонов управлял машинкой на пульте и «подъехал» на ней к ногам Аллы, предложив ее прокатить. По другой – Иван спросил, не «снимается» ли Косогорова…

– Я больше не буду давать никаких комментариев, – сказала Алла. – Дело в том, что журналисты обещают помочь установить истину, но в сюжетах, которые выходят на ТВ, появляются только вырезки из моих показаний. Больше не пророню ни слова, буду говорить только для следствия. Дело в том, что я всерьез опасаюсь за свою жизнь. Мой телефон и домашний адрес знает, наверное, вся Москва. Мне угрожают, и угрожают всерьез. Кроме того, все странички моих социальных сетей взломаны. Можете зайти в Интернет и проверить лично. Поэтому я официально заявляю, что дала вашей газете свой последний комментарий.