Бонусы букмекеров
– В пятом раунде с Раисовым вы совершили подвиг. Действительно ли его захват был настолько страшным?
– Да, страшный. Я даже потерялся, в голове гул. Начал вставать и сорвался вниз. Захват стал еще сильнее. Понимаю, что встать просто необходимо. Как же так, выиграл все предыдущие раунды, может быть за исключением первого и сейчас что? Конец? 40 лет и так проиграю титульный бой? Подумал: «Не может быть». И начал вставать, а в голове гул. Я был на грани того, чтобы потерять сознание.
– Да, страшный. Я даже потерялся, в голове гул. Начал вставать и сорвался вниз. Захват стал еще сильнее. Понимаю, что встать просто необходимо. Как же так, выиграл все предыдущие раунды, может быть за исключением первого и сейчас что? Конец? 40 лет и так проиграю титульный бой? Подумал: «Не может быть». И начал вставать, а в голове гул. Я был на грани того, чтобы потерять сознание.
– А сама рука?
– Болела, но я за нее не переживал. На кону вся жизнь, а не одна рука. Тем более, руку мне уже ломали.
– Болела, но я за нее не переживал. На кону вся жизнь, а не одна рука. Тем более, руку мне уже ломали.
– Реакцию зала видели?
– В этот момент я смотрел на какую-то женщину. У нее на лице была паника. Понимает, насколько мне тяжело и смотрит прямо мне в глаза. Кричит. Все кричали, но я почему-то только на нее смотрел, словно туннельным зрением.
– В этот момент я смотрел на какую-то женщину. У нее на лице была паника. Понимает, насколько мне тяжело и смотрит прямо мне в глаза. Кричит. Все кричали, но я почему-то только на нее смотрел, словно туннельным зрением.
ЭКСКЛЮЗИВ
