Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ ТУРИН-2006
ХРОНИКИ РУССКОГО ДОМА
В ночь с понедельника на вторник в Bosco Village на показ журналистам и элитным болельщикам привезли всех героев удачного для России вечера: олимпийских чемпионов Татьяну Тотьмянину и Максима Маринина, серебряного призера Дмитрия Дорофеева и Марию Петрову с Алексеем Тихоновым.
ФОТОСЕССИЯ ЗНАМЕНОСЦА
Хозяева заманили вашего корреспондента калачом с пылу с жару: обещали неформальное общение с новоиспеченными олимпийскими чемпионами Тотьмяниной и Марининым. Прибываю в «Русский дом» около полуночи. Ба! На открытой террасе сиротливо стоят обладатель туринского серебра Дмитрий Дорофеев и его сопровождающий – вице-президент Союза конькобежцев России, олимпийский чемпион Калгари Николай Гуляев. Гламурная публика не замечает героя дня, отчего скромняга Дорофеев стесняется пуще обычного.
– Давно приехали? – спрашиваю.
– Несколько минут назад, – отвечает Дорофеев. – Только успел отдышаться, как сразу в машину – и сюда. Сегодня можно немного расслабиться. Следующий старт только 18-го.
Не успевает Дмитрий договорить, как за его спиной раздается залп. Еще один. Он оборачивается и зачарованно глядит на разноцветный салют, раскрасивший небо над Bosco Village.
– Это в вашу честь, понимаете? – разъясняю Дорофееву.
– Серьезно? Эх, даже не верится, – Дима мечтательно вздыхает.
– Да что мы тут в конце концов стоим? – вступает в разговор Гуляев. – Это ж и впрямь твой праздник. Ну, хочешь… хочешь, Саня с Бондарчуком тебя сфотографирует? Сань, ты не против?
– Я – за! – возможность стать личным фотографом звезды мирового конькобежного спорта необычайно вдохновляет вашего корреспондента.
– Ну а ты согласен? – обращается Гуляев к Дорофееву.
– Ага. А точно можно? – в Диминых глазах вспыхивают озорные искорки. Как у детей, когда речь заходит о какой-нибудь заветной игрушке, которую им ну очень надо купить.
– Можно… Нужно! Пойдем-ка! – и мы вслед за Гуляевым направляемся к столику, за которым ужинает режиссер Федор Бондарчук с компанией.
– Здравствуйте, Федор! – Гуляев протягивает руку Бондарчуку. – Я тут вам серебряного призера привел по фамилии Дорофеев. Сфотографироваться с вами хочет.
Дмитрий смущенно кивает.
– Это вы?! – изумляется Бондарчук. – Да я ж сегодня за вас болел! И как болел – чуть глотку не сорвал. Я вам еще с трибуны флагом махал. Вы видели, видели?! Нет? Ну и бог с ним. Давайте фотографироваться.
Я несколько раз щелкаю затвором. При вспышках фотоаппарата прозревают и другие гости «Боско». Осмелевший Дорофеев уже сам подходит к ресторатору Антону Табакову и актеру Дмитрию Певцову, просит их попозировать перед камерой. Так в архиве конькобежца появляется еще один кадр, снятый корреспондентом «СС».
ТОСТУЮЩИЙ ПЬЕТ ДО ДНА
Тут за соседним столиком кто-то командным голосом затягивает патриотическую песнь. Не допев и куплета, обладатель раскатистого баритона шаловливо запрыгивает на скамейку и оказывается тостующим седовласым человеком в очках, сером пиджаке, белой рубашке и синем галстуке в горошек. Своей внешностью он тут же вызывает в моей памяти кошмар в виде школьного учителя по начальной военной подготовке Дуреева Николая Ивановича, славившегося искусственным стеклянным глазом.
– Да это ж Александр Тихонов, четырехкратный олимпийский чемпион, президент Союза биатлонистов России, – гонит прочь мои юношеские воспоминания тренер сборной России по конькам Вадим Саютин.
Точно Тихонов! Впрочем, теперь, когда он уже вовсю произносит (хотя точнее сказать – выкрикивает) тост, его невозможно ни с кем спутать. Да, это он, Тихонов, которого уже не первый год по запросу российских властей безуспешно разыскивает Интерпол. Тихонов, который из-за проблем с российскими властями не решается вернуться на Родину. Но сегодня у него проблемы попроще: утром его подопечные биатлонистки взяли золото и серебро, а потом на организм Тихонова легла еще и медаль Дорофеева, и золото фигуристов…
Эмоции переполняют президента. Он выступает в режиме нон-стоп. Тост сменяется песней, недопетая песня плавно переходит в очередной тост.
– Ира, ну ты помнишь, я тебя предупреждал?! – кипятится он, обращаясь к сидящей за столом председателю Всероссийского добровольного общества «Спортивная Россия», трехкратной олимпийской чемпионке Ирине Родниной. – Я ж сказал, что китайцы упадут. Ты ж знаешь, глаз у меня наметанный! И что – упали? Ведь упали?
– Упали, – беспомощно подтверждает Роднина.
– Причем на ж…! – торжествует Тихонов. – А теперь ты мне скажи: что ж это у вас такое в фигурном катании происходит, что на ж… можно до медалей докатиться? А?
– Саша, сядь!
– Не сяду! Никогда не сяду!!! – эта фраза в устах Тихонова дорогого стоит.
МЕДАЛИ ОБМЫЛИ ПО-НАСТОЯЩЕМУ
Дмитрий Дорофеев покидает заведение, снимая с вашего корреспондента груз ответственности за фотосессию. Зато в гостеприимном шестиэтажном комплексе на Corso Reggio Parco появляются олимпийские чемпионы Тотьмянина и Маринин со своим тренером Олегом Васильевым. На часах – без десяти два. Но такая мелочь не может помешать полноценной пресс-конференции для журналистов, аккредитованных при «Русском доме».
На ней Татьяна и Максим в очередной раз подтверждают свое решение покинуть любительский спорт. Поэтому на вопрос, можно ли кататься лучше, чем они это делали сегодня, отвечают: «Нельзя». А еще Татьяна рассказывает про сон, увиденный ею накануне. Приснились четверо: Максим, мама, тренер и она сама. Все были в летящем на большой скорости самолете. И она поняла, что все будет хорошо.
А Олег Васильев ничего не рассказывает: в его глазах блестят слезы. И лишь тема ошеломительного падения китайской пары заставляет его совладать с нервами.
– Они снова пытались совершить четверной выброс. И снова потерпели фиаско, – Васильев говорит настолько жестко, насколько способен, то есть полушепотом. – И пусть они продолжают бросать несчастных девушек. Этот элемент все равно им не покорится.
Через полчаса выпотрошенные журналистами чемпионы наконец добираются до праздничного стола, во главе которого их с поднятым бокалом уже поджидает президент Федерации фигурного катания России Валентин Писеев. Потом их вызывают на сцену, чтобы обмыть медали в огромном пятилитровом бокале. Затем они снова возвращаются к столу. Рядышком ужинают Петрова и Тихонов. Их прихода, похоже, никто и не приметил.