ЭКСКЛЮЗИВ
Бонусы букмекеров
ОЛИМПИАДА-2014
ИСПОЛКОМ МОК В ЛОЗАННЕ
22 июня ровно в 15 часов объявили, что началась война. Настоящая война – информационная, индустриальная – за право принять у себя Белые Игры-2014. И черноморский Сочи стал ее полноправным участником.
АЛМА-АТИНСКИЙ ВАРИАНТ
Церемония объявления, как и положено в таких военных историях, проходит на нейтральной территории – в Швейцарии, в Лозанне. Еще за два часа до начала пресс-конференции к зданию Международного олимпийского комитета (МОК) начинают съезжаться журналисты со всего мира. Интерес прессы к мероприятию такой, что эти строки приходится писать в прямом смысле на коленках – все столы в пресс-центре уже оккупированы. Разве что сесть за нетронутый в самом центре, с табличкой Жак Рогге? Пожалуй, так и сделаю…
Устроившись поудобнее на месте президента МОК, сообщаю, что он, как утверждают заслуживающие внимания источники, уже покинул здание. Значит, заседание исполкома, на котором и должны были определить список городов, продолжающих борьбу за Олимпиаду-2014, закончилось. Но для наводнивших лужайку перед главным входом журналистов пока загадка, кто из этой семерки – Сочи, Зальцбург, Хака, Алма-Ата, Пьонгчанг, София или Боржоми – останется в живых.
Сходимся в одном – МОК назовет четыре города-кандидата (до вчерашнего дня все они считались лишь претендентами). Причем четвертого – для подстраховки. А то назовешь тройку, а потом кто-нибудь из нее возьмет да и откажется от участия. Выбирать же всего из двух – ну совсем несолидно.
Многие также соглашаются с неожиданным, казалось бы, тезисом: четвертой будет допущена Алма-Ата. Этому поспособствуют главные сильные стороны казахстанской заявки – легендарный «Медео» и компактность размещения остальных объектов.
– Чего гадать-то? – пытается скрыть волнение исполнительный директор алма-атинского Заявочного комитета Владимир Смирнов. – Через 45 минут все узнаем.
ИНТЕРВЬЮ НА ДОРОГЕ
Присутствие Смирнова свидетельствует: казахская делегация уже прибыла. Если присмотреться, то в людском улее можно разглядеть и знаменитую болгарскую легкоатлетку Стефку Костадинову, представляющую заявку Софии. Значит, и болгары уже на месте. А наших все нет.
– Не устраивайте, пожалуйста, никаких демонстраций, – просит российских телевизионщиков некая распорядительница. – Прибытие всех делегаций проходит очень скромно, видите? Давайте же и мы обойдемся без лишнего пафоса, встанем вот здесь в сторонке, зададим пару вопросов и отпустим делегатов.
«Ага, сейчас! Русские – и без пафоса?! Дудки!» – так подумал я, когда заметил приближающуюся к МОК колонну из четырех иссиня-черных «Мерседесов». Было, конечно, подозрение на грузин. Дал, если честно, слабину. Но как только в проплывающем мимо меня автомобиле-корабле замечаю профиль президента Олимпийского комитета России Леонида Тягачева, последние сомнения улетучиваются.
Ключевые фигуры сочинской заявки – руководитель Федерального агентства по физической культуре и спорту Вячеслав Фетисов, глава города Сочи Виктор Колодяжный, председатель правления Заявочного комитета Елена Аникина, его генеральный директор Дмитрий Чернышенко и уже упомянутый Тягачев, – едва покинув машины, зачем-то выстраиваются перед копией греческой статуи мира, аккурат напротив входа в МОК.
Репортеры, которых, как известно, ноги кормят, сломя голову занимают места перед ньюсмейкерами, активно работая штативами, камерами, локтями. В итоге они запруживают ровно половину узенькой проезжей части. Другую половину еще не успели очистить представительские мерины.
В этот самый момент – не самый, прямо скажем, удачный – подъезжают грузины. Их «Мерседес» – тоже черный, но единственный – уткнулся носом в организованную россиянами пробку и растерянно раскрыл двери. Из них не шибко довольные выходят члены делегации. Нет, не такого эффекта, полагаю, ожидали от этой сцены грузинские пиарщики.
Видно, почувствовав некоторую неловкость от очередного ущемления Боржоми, наши люди решили попрощаться со статуей и слиться с остальной толпой, в нетерпении ожидающей приглашения на пресс-конференцию. Лишь Вячеслав Фетисов не смог отказать журналистам и продолжил давать интервью на автомобильной разметке.
Эта картина ужасно возмутила одну немолодую лозанку, которая именно в это время надумала проехать мимо на старенькой «Тойоте». В России бы любая дама просто заползла бы правым колесом на бордюр и продолжила путь. Но здесь, видите ли, так не принято. Поэтому швейцарка в негодовании сложила руки на груди и стала угрожающе давить на газ. Ну не ведала она, что защитник Фетисов и не такие нападения за свою карьеру отражал. В общем, Вячеслав Александрович и глазом не моргнул.
Тогда водитель пошла на хитрость – начала истошно сигналить. Имитируя, кажется, финальную сирену в хоккейном Дворце Детройта. Условный рефлекс, видимо, сработал. Фетисов молниеносно закончил интервью, а лозанка со свистом унеслась вдаль, не прекращая сигналить.
Фурор. Если кто-то и не хотел заметить прибытие сочинцев, ему шанса на это дано не было.
ТРЕТИЙ – НЕ ЛИШНИЙ
В правой части зала рассаживаются делегации из семи городов-претендентов. Причем даже здесь – в строго определенном порядке. Благодаря жеребьевке первый ряд занимают наши, им в затылок дышит Зальцбург, далее расположились испанцы, казахи, корейцы, болгары и грузины.
В президиуме – руководители МОК. В центре – их босс Жак Рогге. По-рабочему, без громких слов он, не отрывая глаз от шпаргалки, произносит названия городов-кандидатов: «Сочи, Зальцбург, Пьонгчанг».
Он говорит что-то еще, но его уже никто не слушает. Все внимание прессы приковано к делегациям городов, вышедших в следующий круг. Они тонут в софитах и вспышках фотокамер. Лишь один любознательный болгарский журналист решается все-таки узнать у президента МОК, почему дальше идут только трое.
– Заявки лишь трех городов на сегодняшний день полностью отвечают предъявляемым на данном этапе выдвижения требованиям, – четко парирует Рогге. – Остальные сейчас этим требованиям не вполне соответствуют.
– Сочи был назван первым. Это что-то значит? – уточняю у светящегося от счастья Дмитрия Чернышенко.
– Скорее всего только то, что нам при жеребьевке выпал первый номер, – поясняет он. – Скоро, кстати, пройдет новая жеребьевка, которая определит порядок городов на заключительном этапе выдвижения. Скажем, по ее результатам мы узнаем, в каком порядке кандидатов будет посещать Оценочная комиссия.
– Осталось три города. Это для нас плохо или хорошо?
– Ни то, ни другое. Просто количество оставшихся городов диктует стратегию поведения в предвыборной гонке – больше ничего.
– Вам объяснят, по каким параметрам дела у Сочи обстоят неплохо, по каким – хуже?
– Конечно. МОК дал нам отчет, в котором содержатся оценки по каждому из пунктов заявки. Пока я их еще не видел.
На эту секунду их не видел никто. Во всеобщей эйфории я даже не углядел, кто именно забрал заветный конверт с отчетом МОК. И тут вдруг какой-то белый пакет мелькнул в руках у члена МОК от России многоуважаемого Виталия Смирнова, одиноко стоящего в сторонке.
– Виталий Георгиевич! Не тот ли самый отчет у вас в руках? – спрашиваю.
– Он, – кивает Смирнов.
– Посмотрим? Хоть одним глазком?
– Давайте, – быстро согласился Виталий Георгиевич и стал вскрывать пакет. Кажется, он давно ждал, чтобы его об этом хоть кто-то попросил.
Стали листать с конца. Список городов-претендентов, страничка с росписями членов исполкома… и – вот он, final result! На первом месте по оценке МОК с отрывом находится Зальцбург, на втором – корейцы, на третьем – мы. Совсем чуть-чуть до финала не дотянула Алма-Ата. Буквально полбалла.
Победа? Да. Большая, для России значимая, но локальная. Для общей нужно, как теперь понятно, совершить чуть ли не чудо. Но нет сомнений, что люди, продвигающие Сочи-2014, на него способны. Они будут вести эту войну до последнего патрона. До самой Гватемалы, где 7 июля на сессии МОК будет названа столица ХХII Олимпийских зимних игр.