«Сноуборды докупаем за свой счет». Тудегешева – о проблемах в сборной

– Начнем с того, что я единственная изначально была резко против разделения предыдущей Федерации – когда сноуборд ушел от горных лыж, – сразу отмечает Тудегешева. – И не меняла своей позиции на протяжении всех четырех лет. Остальные в большинстве своем молчали. И только когда начался полнейший беспредел, задевший абсолютно всех, начали тоже что-то говорить по этому поводу.

 

– Что именно всех теперь не устраивает?
– Давайте так – не будем все мешать в кучу. Проблемы похожие, но ситуации у всех разные. Я могу говорить лишь за себя.

– Отлично, давайте про вас. Начнем с экипировки. Ее хватает?
– Нет! По сравнению с тем, что мы получали до разделения федерации – то есть, до 2014 года включительно – объем экипировки сократился ровно в два раза. Это касательно главной сборной. Что в младших командах творится – даже представить боюсь. Раньше на сезон я получала 6 сноубордов, теперь – 2-3. Раньше было 4 пары креплений, теперь – 2. То же касается ботинок – их теперь выдают всего лишь одну пару на сезон.

– И этого хватает?
– Нет, разумеется! Смотрите – в нашем виде есть две дисциплины: параллельный слалом и слалом-гигант. На каждый нужно минимум по 2 доски на сезон. Это уже 4. Плюс хорошо бы иметь пару запасных. Я же в последний – олимпийский, к слову! – сезон получила 2 сноуборда для гиганта и 1 – для обычного. Итого – 3. Это еще повезло! Большинству других ребят и девчонок всего по 2 досталось.

– Как выходить из ситуации?
– Ну, покупать за свои деньги. Я личного спонсора просила – он в этом помогал. И он же предоставлял мне всю спортивную форму, одежду – ее я в принципе за последние 4 года от федерации не получала. Докупалось все – и доски (по 2-3 штуки в год), и ботинки, и крепления…

– Дорого?
– Нормальный сноуборд – минимум 1000 евро. Ботинки – 600. Крепления – 350-400.

– Заварзина и Уайлд еще в Пхенчхане отмечали, что предоставлены сами себе. По сути, спортсмены сами решают, как им организовывать тренировочный процесс. Так и есть?
– Не знаю, как было у Алены и Вика. Но я изначально была на индивидуальной подготовке. Мне ее еще в 2015 году в Минспорте утвердил Нагорных. Я получала деньги напрямую, из этих средств оплачивались услуги тренеров (хотя иностранного специалиста мне оплатил мой личный спонсор), на них же я ездила на сборы. Но я за них и отчитывалась. В том числе – результатами.

 

– Что теперь?
– Теперь Денис Тихомиров (президент Федерации сноуборда России, – Прим. ред.) мне индивидуальную подготовку закрыл. Якобы, я не выполнила условия – не завоевала медаль Олимпиады. Хотя в Пхенчхане вся команда провалилась. И что в итоге? Никого не убрали, все старшие тренеры остались на своих местах, а виновата – только я. Справедливо? Тот факт, что последние три года я была лучшей в женской сборной во всех дисциплинах, брала в этом году малый хрустальный глобус (в обычном параллельном слаломе, – Прим. ред.), никого не волнует. Этого, выходит, недостаточно.

– Что требует глава федерации?
– Поставил условие – либо я возвращаюсь в сборную и работаю вместе со всеми. Либо остаюсь на самоподготовке – но уже за свой счет.

– И какое решение вы приняли?
– Пока никакого. У меня даже диалога нормального ни с кем нет. С Тихомировым мы общаемся по электронной почте исключительно официальными письмами. Ни лично, ни по телефону не говорили уже очень давно. Я запросила у него, как у президента федерации и главного тренера сборной – какой у нас план тренировочных мероприятий, когда выезд на сборы? Ответа не пришло. Старший тренер команды – Денис Салагаев – и вовсе не говорил со мной с апреля. Как я могу что-то решить в таких условиях?

– Сезон уже близко…
– Близко, да. А ясность не появляется. Пока я все еще на самоподготовке. Держу себя в хорошей физической форме. Но знать не знаю, когда будет выезд на снег? Будет ли в принципе? Ни виз, ничего другого нам – членам сборной – не делали.