Денис Юсков. Скольжение по кухне

«КРИЗИС? ПУСТЬ. МНЕ НЕ НА ЧТО ТРАТИТЬ ДЕНЬГИ»

Самый быстрый на «полуторке» конькобежец планеты живет демократично и скромно. В типовой московской девятиэтажке, в пяти минутах пешком от станции метро «Первомайская».

– О конькобежцах сейчас мало пишут, нас мало показывают по телевизору? – Денис задумался. – Мы с Павлом Кулижниковым – не герои своего времени? Знаете, я совсем не думаю об этом. И не собираюсь сравнивать себя с футболистами. Это бесполезно и неинтересно. Я скажу вам вот что: все-таки, когда бегу, чувствую, как множество людей в эту минуту где-то далеко, в России, желают мне победы. Не могу объяснить это чувство, но ощущаю это явственно и доверяю своим ощущениям. Если бы этого не было, возможно, не смог бы побеждать!

Со своей плакатной красотой он мог бы рекламировать все, что угодно. От зубной пасты до эксклюзивных автомобилей. Но Денис ничего не рекламирует. Живет на зарплату. На кризис не жалуется: «Мне не на что тратить деньги. Мои повседневные расходы – такие же, как у всех. Я не покупаю земельных участков, не строю загородных домов».

В его семье живет любовь. Это чувствуется сразу – и это дорогого стоит. Сынишка Андриан смотрит продолжение «Трех богатырей» и очень недоволен, что его отвлекают.

Но как только его зовет папа поиграть в железную дорогу, его недовольство снимает как рукой. Андриан безропотно надевает шорты («Тебя будут фотографировать!» – о, он совсем не против, недавно приезжало телевидение, и малыш, неравнодушный, как и все мальчики к технике, воспользовавшись беспечностью оператора, начал осваивать камеру). Андриан садится рядом с папой, прижимается к его плечу и подает отвертку, помогая по мере сил заменить батарейку у паровоза.

Кстати, Андриан уже отменно катается на коньках. Его отдали в шорт-трек. Как же так? Неужели ореол славы, овеявший шорт-трек после сочинских побед Виктора Ана, оказался сильнее той магии, которую излучают кубки и медали отца, стоящие на трюмо в гостиной? Нет, все проще, гораздо проще и одновременно сложнее. Секция находится рядом с домом, а если выбрать, как папа, скоростной бег на коньках, придется ездить по пробкам на другой конец Москвы, в «Крылатское».

В этой семье все конькобежцы. И жена Дениса Алла. Они познакомились на катке, когда Денис отбывал свою юношескую дисквалификацию. Далеко не каждая жена смирится с его постоянными отъездами. В тот день, когда Денис после некоторых колебаний все-таки пригласил к себе в гости, рано утром он тренировался в «Крылатском», ближе к ночи уже должен был улетать в Калгари, на чемпионат мира по многоборью. А еще нужно было собрать вещи и хоть немного отдохнуть.

И это был один из четырех дней за последние несколько месяцев, когда ему удалось побыть дома...

ПАНТОМИМЫ ПОСЛЕ ЗАБЕГА: ЮСКОВ НИКОГДА НЕ ПОВТОРЯЕТСЯ Между Аллой и Денисом царит полное взаимопонимание на уровне жестов и взглядов. Им хорошо, а журналисту это мешает. Денис скрытен и, даже согласившись на визит к себе домой, не очень хочет раскрывать некие стороны своей жизни.

А сторона, о которой мы случайно заговорили с Аллой (и Денис остался этим недоволен), была очень интересной. Этот редко бывающий дома мужчина, умеющий не только развивать фантастическую скорость на дорожке, но и порой радующий болельщиков никогда не повторяющимися шутками без слов: например, при виде табло, отражающего его победные секунды, Юсков, превратив руки в «шторки» закрывает и открывает на ходу свое лицо. Или в другой раз, отдернув рукав, делает вид, будто смотрит на часы, сверяя показания своего воображаемого хронометра с официальным.

Никогда не знаешь, что он выдумает на этот раз. Может быть, и ничего. А может быть, опять что-то. Его пантомимы спонтанны и рождаются неожиданно, в том числе и для него самого. Он живет на сборах и в самолетах, в отелях и на льду. Но при этом... виртуозно научился готовить.

Денис говорит, что специально ничему не учился. От себя замечу: это просто талант. «А что здесь особенного? – возражает двукратный чемпион мира, которому искренне хочется считать себя среднестатистическим человеком. – Открываешь интернет, находишь рецепт с пошаговой инструкцией и просто следуешь ей».

СЕЛЬДЬ ПОД ШУБОЙ, ЯБЛОЧНЫЙ ШТРУДЕЛЬ С КОРИЦЕЙ Так, следуя «простым, пошаговым инструкциям», Юсков может приготовить яблочный штрудель с корицей (на минуточку!), сельдь под шубой, пасту с семгой и сливочным соусом (оригинальное, итальянское название этого блюда сложно для запоминания и труднопроизносимо), котлеты. Алла готова была все рассказать, но Денис поминутно бросал на жену красноречивые взгляды.

– Однажды к нам приехала наша давняя подруга, – начала было Алла. – Денис усадил ее за стол, он очень приветлив с гостями. Попросил ничем себя не утруждать и немедленно сообщить ему при этом, как ей хотелось бы пообедать. Подруга ответила: «Так хочется селедочки под шубой». «Селедочки под шубой? – переспросил Денис. – Сейчас будет». И действительно приготовил!

«Это было давно и неправда», – ворчит хозяин.

Но все так же нехотя позволяет жене вспомнить, как однажды они большой компанией поехали в Киев. Возникла мысль поужинать в ресторане. Денис эту идею мгновенно заблокировал: «Никаких ресторанов! Идем на рынок, выбираем хорошее мясо, мужчины готовят, женщины отдыхают».

Словно по мановению волшебной палочки, было приготовлено несколько восхитительных блюд, которыми компания друзей наслаждалась до отъезда. «Стоит ли об этом говорить, – обрывает Денис. – Что это за подвиг – закинуть мясо в духовку?» Алла успевает все-таки упомянуть, что это было не «просто закинуть мясо в духовку», а с соусом из «Песто» и зернистой горчицей – и это очень вкусно. На этом разговор о вкусной и здоровой пище обрывается.

Да, но как же он пережил две свои чемпионские медали и «деревянную» олимпийскую, настолько обидно, где-то даже издевательски затесавшуюся между ними?

– Нет, мне совсем не обидно, – легко улыбается Денис. – Наверное, я просто в Сочи не должен был завоевывать медаль. Значит, по моей судьбе так надо. У меня еще есть шанс на следующих Играх. Постараюсь его использовать. Реально ли продержаться в коньках при современных нагрузках два олимпийских цикла? Пожалуйста – перед глазами великолепный пример, Клаудиа Пехштайн. И потом, о чем мы вообще сейчас рассуждаем? Мне всего 25 лет, следующая Олимпиада через три года, мне будет 28. Разве это возраст?