Бонусы букмекеров
Упущенное золото советского хоккея. Как Тарасов и Бобров боролись за первую Олимпиаду
Выставка «Олимпийская коллекция Владимира Потанина: 80 лет хоккейной славы», проходящая сейчас в Норильске, открывается памятными экспонатами с первой, победной для сборной СССР, Олимпиады-1956. Однако дебютировать советская команда должна была четырьмя годами раньше на VI зимних Играх, прошедших в Норвегии. Драматичная история упущенных медалей — в новом материале нашего исторического цикла.
5000₽ ФРИБЕТАМИ ОТ PARIШестой чемпионат СССР по хоккею с шайбой завершался в январе 1952 года отчаянной борьбой за первое место между ЦДСА (будущим ЦСКА) Анатолия Тарасова и ВВС Всеволода Боброва, но было у двух непримиримых соперников и общее, объединяющее их дело. Спортивное и высшее политическое руководство страны уже приняли решение не посылать советских спортсменов на Олимпиаду в Норвегию. До торжественного открытия Игр оставалось меньше месяца, однако хоккеисты не сдавались, продолжая добиваться права поехать в Осло и впервые в своей жизни сыграть против канадцев.
До Великой Отечественной войны Советский Союз не участвовал в олимпийском, «буржуазном» движении, предпочитая, по идеологическим причинам, участвовать исключительно в «рабочих» соревнованиях. Победа, зафиксированная в мае 1945 года актом о безоговорочной капитуляции фашистской Германии, изменила и спортивную политику страны. Был взят курс на вступление в общую, олимпийскую семью народов, однако движение в выбранном направлении шло медленно, медленнее, чем того бы хотелось советским спортсменам, мечтающим встречаться с лучшими из лучших атлетов.
Первые послевоенные Игры 1948 года СССР пропустил, ограничившись наблюдением, как устроен этот незнакомый, буржуазный мир спорта. Наконец, весной 1951-го был учрежден национальный Олимпийский комитет (от хоккеистов в его руководство вошли тренеры Аркадий Иванович Чернышев и Анатолий Владимирович Тарасов). Дебют поначалу наметили на 1952 год — в феврале в Осло и в июле в Хельсинки. С финским летом так в итоге и вышло, а вот участие в зимней Олимпиаде оказалось под сомнением. Руководство полгода колебалось, ехать в Норвегию или нет. Смогут ли наши спортсмены-зимники занять первое, ну или хотя бы второе место в общекомандном зачете? Страна, победившая фашизм, страна, построившая первое в мире социалистическое общество, обязана была теперь доказывать превосходство над капитализмом в том числе на полях спортивных сражений.
Председатель Всесоюзного комитета по делам физической культуры и спорта Николай Николаевич Романов (по-современному говоря – «министр спорта») слишком хорошо помнил, как в 1948 году его вызвал к себе Иосиф Сталин и распёк за провал мужчин-конькобежцев на чемпионате мира, ни один из которых не попал не только в призеры, но даже в десятку. Романова тогда понизили в должности, переведя в замы, а конькобежцев больше не выпускали на главные международные старты (им разрешат вернуться только в 1953-м). И хотя в 1950-м Николая Николаевича снова назначили председателем спорткомитета, он до сих пор работал с шаткой приставкой «и.о.». От того, как дебютируют советские олимпийцы, зависела его личная, карьерная судьба.
Учебно-спортивное управление комитета, проанализировав все данные, убеждало Романова, что провала не повторится, что коньки и лыжи, два самых медалеёмких вида, обеспечат СССР нужное место в общекомандном зачёте норвежской Олимпиады, но Николай Николаевич всё же не стал рисковать. «Участие в Зимних Олимпийских играх носит особо принципиальный характер, на которых советские спортсмены должны обязательно добиться завоевания первых мест в ряде видов соревнований, а так как такой твёрдой уверенности нет, считаем участие в Олимпийских играх нецелесообразным», — обосновывал он свое решение в докладной записке, отправленной в ЦК партии.
Бонус 33 000₽ от МарафонаДля хоккеистов оставался один шанс — воспользоваться до конца января 1952 года «именной» заявкой и поехать в Осло отдельно, без лыжников и конькобежцев. Тем более, что у наших нашёлся горячий сторонник — канадец Уильям Джордж Харди. В миру он был преподавателем классической литературы в университете Альберты, Эдмонтон, и сам писал книги — его роман «Город распутников» о сексуальных нравах в Древнем Риме разошёлся тиражом более, чем в миллион экземпляров. В своей общественной жизни Харди возглавлял до 1951-го Международную федерацию хоккея. Уступив по обязательной раз в четыре года ротации (Европа / Северная Америка / снова Европа) должность президента швейцарцу Крацу, он всё равно оставался одним из самых влиятельных людей в мировом любительском хоккее.
Кстати, в 1936-м Харди категорических выступал против участия сборных США и Канады в «гитлеровских» Олимпиадах.
Активно поддерживал советских хоккеистов и начальник отдела международных связей спорткомитета Пётр Соболев. 17 декабря он отправил докладную записку сомневающемуся Романову, в которой писал: «Нет никакого сомнения в том, что советская команда завоюет одно из первых мест на олимпиаде. Уже один тот факт, что команда страны, где хоккей с шайбой культивируется лишь четыре года, займёт призовое место, будет расценено как наш несомненный успех».
А в январе 1952-го Соболев через голову своего непосредственного начальника обратился за поддержкой к Василию Иосифовичу Сталину «как Депутату Верховного Совета РСФСР и хорошему знатоку спорта». Пётр Александрович Соболев, журналист, военный переводчик, встретивший май 1945-го в Берлине, работу в спорткомитете совмещал с должностью секретаря Олимпийского комитета СССР, и в отличие от Романова, верил в успешное выступление наших спортсменов. Можно предположить, что и Сталин-младший, боевой летчик, сын генералиссимуса, председатель Всесоюзной секции конного спорта и патрон всех спортивных клубов ВВС, поддерживал эту идею — рискнуть и поехать на Игры.
Его команда ВВС во главе с Бобровым могла стать базовой для олимпийской сборной СССР по хоккею. В январе «летчики», «сталинские соколы» набрали отличную форму. Сначала они встретились с московским «Динамо» Аркадия Ивановича Чернышева. Уступая 1:2, ВВС сравнял счет (Всеволод Бобров, «овладев шайбой в своей зоне, на полном ходу виртуозно обвёл почти всех динамовцев и, падая, послал шайбу в верхний угол ворот»), а потом и довёл матч до победы — 5:2.
Следом были обыграны «Крылья Советов», ещё один претендент на медали, — 6:3. А 15 января на открытой площадке стадиона «Динамо» в присутствии нескольких десятков тысяч зрителей ВВС победил лидера чемпионата страны ЦДСА — 3:2.
После этой игры лидеры «лётчиков» (вратарь Мкртычан, нападающие Бобров, Бабич) и «армейцев» (защитники Сологубов, Уколов, нападающий Тарасов) объединились, написав коллективное письмо на имя секретаря Центрального комитета коммунистической партии Маленкова, фактически второго лица в государстве: «Пришло время, когда советские хоккейные команды должны смело выйти на международную дорогу спортивных встреч».
В письме эта «великолепная пятёрка и вратарь» подробно объясняли, в чём состоит преимущество советского хоккея перед зарубежным: «явно выраженный атакующий стиль», скоростная выносливость, хорошая физическая подготовка, «коллективные действия, построенные на согласованности игроков», где «действие каждого хоккеиста подчинены интересам коллектива».
Можно сказать, что здесь в полной мере впервые были сформулированы базовые принципы советского хоккея, остававшиеся актуальными все последующие десятилетия.
На зимнюю Олимпиаду-1952 сборную СССР всё же не отпустили. Дебют был отложен. В чемпионате страны ЦДСА и ВВС набрали одинаковое количество очков. В дополнительном, «золотом» матче летчики снова победили — 3:2. А в феврале вместо Олимпиады хоккейные команды приняли участие в Кубке СССР. 17 февраля в финале ВВС выиграл в тяжелой борьбе у «Крыльев Советов» — 6:5. Все шесть шайб были на счету звена Бобров – Шувалов – Бабич. Именно эта тройка поможет вскоре сборной СССР завоевать первые в ее истории золотые медали: в 1954 году — на чемпионате мира, в 1956-м — на дебютной Олимпиаде.
По материалам Государственного архива Российской Федерации и Российского государственного архива социально-политической истории.
