Трехкратная победительница «Больших шлемов» Мария Шарапова: У меня все еще впереди

Мария Шарапова, скоропостижно покинувшая Открытый чемпионат Австралии в 1/16 финала, теперь спешит в Москву – готовиться к четвертьфиналу Кубка Федерации Россия – Франция, который пройдет 5–6 февраля в «Олимпийском». Перед отъездом на Родину россиянка пообщалась в Мельбурне с нашим спецкором.

– Маш, по вам, если честно, не всегда поймешь, сильно вы огорчены вылетом из турнира или нет... – вопрос Шараповой, которая после поражения от немки Андреа Петкович (2:6, 3:6) не перестает лучезарно улыбаться.

– А это как посмотреть. В прошлом году в первый же понедельник я уже летела домой, а в этом дошла до четвертого круга. Это положительный момент. С другой стороны, бывало, я и «Большой шлем» выигрывала... В любом случае это только начало сезона. Уверена: у меня в этом году еще все впереди.

– Когда ждать от вас взлета? Делаете ставку на грунтовый сезон? Или, может, на концовку года?

– Если б я знала ответ на этот вопрос, то сейчас бы положила ракетки в сумку и не открывала бы ее до того момента, о котором вы спрашиваете. Я буду работать. А там будь что будет. И если большие результаты не придут, то что – вешать голову? Нет, этого я делать не собираюсь.

– Что заставляет вас, достигшую в теннисе почти всего, как вы сказали, не вешать голову?

– Да, я достигла многого в карьере. И я имела возможность сказать, что все, этого достаточно. Тем более я знаю, что могу делать множество других вещей в своей жизни. У меня достаточно денег. Вокруг меня замечательная семья. Но, понимаете, когда я вынужденно оказалась вне спорта, все, что мне хотелось, – это вставать утром и надевать, нет, не балетные туфли, а свои «Найки», чтобы бежать в них тренироваться. Только тогда, когда я была травмирована, я поняла, насколько люблю теннис. Конечно, сейчас за ежедневной рутиной порой забываю это чувство. Но стоит сделать какой-то шажок в сторону, как оно снова возвращается.

– Скьявоне, обыгравшей тут в пятичасовом матче Кузнецову, 30 лет. Она сейчас четвертый номер рейтинга. В прошлом году выиграла «Ролан Гаррос». В общем, у вас много времени для того, чтобы продолжать совершенствоваться.

– Абсолютно точно!

– И все же – можете предположить, кем бы вы стали, если б в вашей жизни не было тенниса?

– Кем-нибудь типа дизайнера или архитектора, например.

– Успели в школе приобрести какие-то навыки из этих областей?

– Не-а. Не было времени. Но мне как-то с детства нравилась архитектура, разные типы зданий. Мне нравится сам процесс создания чего-либо. Когда сначала появляется эскиз, а потом он превращается во что-то реальное. Это просто восхищает меня!

– Весь турнир хотел спросить: что это у вас за сережки-листики? Новые?

– Да. Вам правда понравились? Я так рада, если честно, – Маша озорно крутит головой. – Особенно тому, что вы назвали их листиками. А то тут все девчонки вокруг считают, что это елки, и постоянно подтрунивают: «Рождество давно закончилось, чего у тебя елки-то в ушах?!».

– Зависть, Мария, свойственна людям. Не простые ведь небось сережки?

– Как всегда — от «Тиффани». Белое золото и бриллианты в 18 карат. Разработка дизайнера Фрэнка Гери.

– 18 карат? Звучит внушительно.

– Зато носится легко. Правда, на корте я их абсолютно не чувствую.

– Давайте все-таки расставим точки над «и» в ваших взаимоотношениях с тренером Майклом Джойсом. Перед турниром вы сообщили нашим читателям, что вроде как швед Томас Хогстедт призван ему в усиление...

– В общем, ситуация сейчас такова, что в этот конкретный момент времени мы с Майклом не работаем. Хотя перед сезоном мы трудились все вместе. Можно сказать, Майкл передавал дела моему новому наставнику. Только не думайте, что я с Джойсом поругалась или что-то там еще. Мы с ним постоянно в контакте — он мне как старший брат!

– Возвращение к Джойсу возможно?

– Посмотрим, как пойдет сотрудничество с Хогстедтом.

– А как оно идет? По тренировкам кажется, что скандинав держится куда более невозмутимым образом, нежели Майкл.

– По обстоятельствам. Томас – большой профессионал. Он хорошо чувствует, когда мне надо успокоиться, а когда, напротив, требуется встряхнуться.

– Шведский еще не начали учить?

– Нет.

– А Томаса русским словечкам обучили?

– Нет. Мы прекрасно общаемся на английском.

– Появился ли у вас уже какой-то свой язык жестов, который наверняка был с Майклом?

– Какой, простите, язык?

– Ну, это когда он вам во время матча показывает, что, дескать, продолжай в том же духе или, наоборот, что все плохо.

– Ну, если он мне будет показывать, что все плохо, то наше сотрудничество долго не продолжится, – хохочет Маша. – Но если серьезно, то никакого особого языка у нас нет. Я вообще стараюсь в свою ложу во время игры часто не смотреть.

– Почему? Большинство игроков не могут взгляд от нее отвести между розыгрышами.

– Мне кажется это бессмысленным. Игра-то идет между теннисистками, а не между ложами.

– Как вы относитесь к лидерству Возняцки в мировом рейтинге?

– Правда в том, что у нее в прошлом году были очень хорошие результаты. Причем она играла много турниров. Вот и стоит она там, где стоит.

– Заслуженно?

– Рейтинг никогда не обманывает.

– Зайду с другой стороны: кто, по вашему личному мнению, сегодня заслуживает первого места именно по уровню игры?

– Тот, кто занимает первое место в рейтинге.

– Насколько больно психологически приходится человеку, который столько всего выигрывал и долгое время был на вершине, а теперь вынужден смотреть, как там красуются другие?

– Могу сказать, что в жизни полно куда более болезненных вещей, чем проигрыш теннисных матчей. Да и вообще жизнь такая штука, что в ней есть место многому, кроме тенниса.

– У вашей-то – точно! Можете в процентном отношении определить, какую часть в вашей жизни занимает игра?

– Если бы теннис занимал 100 процентов моей жизни, то жить было бы очень тяжело. Не только мне – любому. Я и так тренируюсь шесть дней в неделю, даже иногда больше. В общем, где-то 95 процентов времени уделено теннису. Бог мой, как же эта цифра похожа на 100!

– Чем будут эти пять оставшихся процентов в Москве, где вы совсем скоро окажетесь? Какие, кроме сугубо теннисных, у вас планы на этот визит? Где хотели бы побывать?

– Пока даже не было времени это обмозговать.

– В любом случае болельщики, уверен, ждут вас с огромным интересом. А в паре, кроме одиночки, вы, чисто теоретически, готовы дополнительно играть?

– Если тренеры попросят, то конечно.

МЕЛЬБУРН (АВСТРАЛИЯ)

Открытый чемпионат Австралии. Турнир «Большого шлема». Общий призовой фонд – 23 140 000 австралийских долларов.

МУЖЧИНЫ

ОДИНОЧНЫЙ РАЗРЯД

Четвертый круг

Надаль (Испания, 1) – Чилич (Хорватия, 15) – 6:2, 6:4, 6:3. Долгополов (Украина) – Седерлинг (Швеция, 4) – 1:6, 6:3, 6:1, 4:6, 6:2. Маррей (Великобритания, 5) – Мельцер (Австрия, 11) – 6:3, 6:1, 6:1. Феррер (Испания, 7) – Раонич (Канада) – 4:6, 6:2, 6:3, 6:4.

ЖЕНЩИНЫ

ОДИНОЧНЫЙ РАЗРЯД

Четвертый круг

Квитова (Чехия, 25) – Пеннетта (Италия, 22) – 3:6, 6:3, 6:3. Звонарева (Россия, 2) – Бенешова (Чехия) – 6:4, 6:1. Радванска (Польша, 12) – Пен (Китай) – 7:5, 3:6, 7:5. Клийстерс (Бельгия, 3) – Макарова (Россия) – 7:6 (3), 6:2.

ПАРНЫЙ РАЗРЯД

Третий круг

Хубер/Петрова (США/Россия, 3) – Дулгеру/Рыбарикова (Румыния/Словакия) – 6:3, 6:2. Кириленко/Азаренка (Россия/Белоруссия, 12) – Чан/А. Радванска (Тайвань/Польша) – 6:2, 6:1.

ВЕТЕРАНЫ

Рафтер/Леконт (Австралия/Франция) – Феррейра/Кафельников (ЮАР/Россия) – 7:5, 6:3.

ЮНИОРЫ

ПАРНЫЙ РАЗРЯД

Первый круг

Карловский/Поляков (Россия) – Дубаренко/Шило (Молдавия/Белоруссия) – 6:1, 5:7, 10:6.

ДЕВУШКИ

ОДИНОЧНЫЙ РАЗРЯД

Первый круг

Альгурин (Швеция) – Путинцева (Россия, 7) – 6:2, 4:6, 6:1. Цудзи (Япония) – Гаврилова (Россия, 1) – 6:4, 6:3.

ПАРНЫЙ РАЗРЯД

Первый круг

Гаспарян/Гаврилова (Россия, 4) – Чан/Ли (Корея) – 7:5, 6:4. Хромачева/Путинцева (Россия, 1) – Панохо/Вулкок (Австралия) – 6:1, 6:3. Тан/Тянь (Китай, 7) – Познихиренко/Семенова (Украина/Россия) – 6:3, 6:4.