Траур и Вера. После матча Вера Звонарева призналась, чего ей стоил выход на корт в день поминовения погибших в «Домодедово»

Вчера Вера Звонарева, наша единственная представительница в одиночных сетках, обыграла Петру Квитову – 6:2, 6:4. Сегодня вторая ракетка мира в полуфинале сразится с третьей – бельгийкой Ким Клийстерс.

– Трамвай сегодня дальше не идет. Просьба освободить вагон.

Что за черт? Ведь 10 дней до этого ходил как миленький?

Впрочем, идти-то ему и впрямь дальше некуда. Свонстон – одна из центральных улиц Мельбурна – наглухо перекрыта. Народными массами!

Процессию сначала можно было принять за демонстрацию шотландских волынщиков. Что им, в килтах тут ходить, что ли, запрещают? Но звуки волынки быстро сменились хвалами Кришне, возносимыми бритоголовыми юношами и девушками. Их шествие, в свою очередь, продолжал карнавал в китайском стиле – такой я видел лишь на репетиции Церемонии открытия Олимпиады в Пекине. Дальше толпа пестрела плакатами исламистов, скромным отпечатанным на принтере транспарантиком выходцев из Дании, спинами, укутанными в чешские флаги. Последнюю группу можно было бы принять за фанатов Петры Квитовой, направлявшихся на ее четвертьфинальный матч с Верой Звонаревой, если б я наконец не вспомнил – сегодня же День Австралии!

Представители всех местных конфессий, всех национальностей и социально-культурных движений собрались в этот день на Свонстон-стрит не для того, чтоб устроить облаву на аборигенов. А просто чтобы пройти лучезарно перед сценой у городской ратуши в красочных костюмах, поклониться мэру, которого здесь, видно, уважают. Есть, кстати, за что: ни тебе километровых пробок, ни аварий – ни одной за десять дней не видел! При этом полицейских тоже почти не видать – сплошь лежачие. Даже эту многотысячную ватагу никто, кроме волонтеров в светоотражающих куртках, не охраняет.

Ощущение праздника для всех дополняет стоящий на сцене сурдопереводчик, дублирующий речь комментатора процессии. Вся эта австралийская радость отзывается резью в сердце. Потому что думаешь не о народном единении на Свонстон-стрит, а о Насте Павлюченковой, которая спешила в Москву защищать честь страны на Кубке Федерации, но застряла в Гонконге. О Лене Весниной, с которой мы весь вторник обменивались страшными новостями. Только подумать: она, оказывается, должна была очутиться в «Домодедово» как раз во время теракта! Но что-то екнуло у нее в груди и она без трезво объяснимых причин поменяла билет и вылетела на Родину на день позже. И вот теперь сидела в аэропорту Сингапура и осмысливала вторую жизнь, которую даровала судьба ей, папе и тренеру. Конечно, думал и о том, что скоро лететь самому – именно в «Домодедово».

Придя на стадион, я понял, что не одинок в своей скорби, резко контрастирующей с настроением мельбурнцев. Вера Звонарева выходит на корт с маленькой черной ленточкой, повязанной на кепку.

– Вера, давай! – раздается откуда-то с галерки.

– Вера – лучшая! – вторит звонкий женский голос с противоположной трибуны пятнадцатитысячника.

– Вера, мочи ее! – тут уж кто-то шибко образованный и не бедный не сдержался и сидючи на дорогом центральном секторе.

Этот эпизод сразу напомнил мне недавний флешмоб в московском «Атриуме», когда посетители кафе один за другим поднимались со своих мест и подхватывали святочную песнь. Зато теперь прояснилось, почему на праздничной процессии в городе я не видел русскую диаспору.

Под сурдинку поддержки на родном языке Вера с ходу захватила инициативу в матче и, не дав опомниться сопернице, быстро завершила его в свою пользу – 6:2 за 29 минут. Чешка и во второй партии не могла прийти в себя, проиграв три гейма кряду. Но ей помог случай. Прямо скажем, несчастный.

Квитова подавала. Точнее, собиралась, но тут за ее спиной началось какое-то суматошное движение. Она обернулась. Убедилась в непорядке и, как водится, высказала свое судье. Та по обыкновению призвала к порядку через микрофон. Раз, два... На третий раз ей в ответ с трибуны раздался недовольный гул. Немыслимо – я тут же схватился за любезно презентованный мне когда-то спонсорами «Ролана Гарроса» бинокль. И понял, что дело-то серьезное: пожилая дама упала между рядами в нешуточный обморок. Ее принялись откачивать – сначала соседи по трибуне, а потом и подоспевшие врачи. Однако бессердечный арбитр дала команду продолжать игру, не дожидаясь окончания инцидента.

Этот эпизод пагубно сказался на концентрации россиянки. Она проиграла гейм, за ним еще. И, как только вроде бы пришла в себя, над стадионом раздались артиллерийские залпы. Где-то в городе таким образом продолжали отмечать День Австралии. Звонарева стушевалась, трибуны цинично расхохотались, а Квитова восприняла произошедшее как залп «Авроры», призывавший к последнему штурму. И – включила свою «пушку». Так матч докатился до счета 4:4, после которого Вера все-таки вернула начальное душевное равновесие и домучила опасную оппонентку.

– Сбили вас пушки с толку, да? – после матча заставляю Звонареву вновь мыслями вернуться на корт.

– Сбили настрой, конечно, – соглашается наша полуфиналистка. – Вообще был сложный момент, когда я повела 3:0 во втором сете. Сначала кому-то стало плохо на трибуне, но судья вместо того чтобы подождать, когда инцидент разрешится, велел продолжать игру. Это странно, ненормально как-то – играть, когда знаешь, что над кем-то на трибуне колдуют врачи. А потом эти пушки... Я допустила несколько невынужденных ошибок, чем сразу же воспользовалась Петра. В результате борьба за победу в партии получилась куда более упорной.

– Что было главным сегодня в вашей игре? Агрессия?

– Частично – да. Я обязана была быть агрессивной, потому что Квитову саму хлебом не корми – дай порулить игрой.

– И ей это удавалось в этом году все время: чешка выиграла турнир в Брисбене, смела в Мельбурне с дороги Стосур, Пеннетту...

– Я, во-первых, весьма опытный игрок. Во-вторых, я умею подстраиваться под любого. Наверное, поэтому могу обыграть в туре любого.

– Даже Ким Клийстерс, которая теперь ждет вас в завтрашнем полуфинале! Вы «сделали» ее на прошлогоднем Уимблдоне, но проиграли ей в финале US Open-2010. Где проще играть с бельгийкой: на траве, на американском харде или на австралийском?

– Не знаю. Но здесь точно будет совершенно иной матч. Потому что, скажем, в Нью-Йорке и покрытие, и мячи быстрее. И если там она, может, не всегда успевала подстраиваться под свой любимый удар справа, то тут успевает под него забегать.

– В Нью-Йорке вы молниеносно ей проиграли.

– Я сделала выводы, поверьте. В этот раз не буду перетренировываться, постараюсь сохранить себя свежей.

– Интересно все-таки, у вас билеты на пятницу забронированы или на воскресенье?

– У меня пока еще вообще нет никаких билетов.

– Ваша черная ленточка на козырьке – это...

– ...знак траура по погибшим от теракта в московском аэропорту Домодедово.

– Кто вам рассказал о трагедии?

– Новости ВВС. Включила утром телевизор и... Сразу же позвонила родственникам. Слава Богу, все живы.

– Повлияло ли это как-то на вашу подготовку к матчу?

– Ну а как вы думаете? У меня был шок. Сложно было настраиваться на работу, когда я все время думала о произошедшем в Москве. Это ужасно. Но такие вещи случаются. Надо подниматься и идти дальше.

5.25* – НТВ–Плюс

Теннис, прямая трансляция

5.30 – Eurosport,

прямая трансляция

11.25 – НТВ–Плюс

Теннис, прямая трансляция

11.30 – Eurosport,

прямая трансляция

* Время московское.

ЖЕНЩИНЫ, ОДИНОЧНЫЙ РАЗРЯД, ПОЛУФИНАЛ:

Не ранее 5.30 (мск) – Возняцки (Дания, 1) – На Ли (Китай, 9).

Затем – Звонарева (Россия, 2) – Клийстерс (Бельгия, 3).

МУЖЧИНЫ, ОДИНОЧНЫЙ РАЗРЯД, ПОЛУФИНАЛ:

11.30 (мск) – Федерер (Швейцария, 2) – Джокович (Сербия, 3).