Президент федерации тенниса России Шамиль Тарпищев: Когда Южный выиграл, я прослезился...

На днях гостями редакции «Советского спорта» и студии телеканала «Комсомольская правда» (функционирует на платформах «Триколор ТВ», «НТВ–Плюс» и сайте kp.ru) были президент Федерации тенниса России (ФТР), член Международного олимпийского комитета (МОК) Шамиль Тарпищев и его сын, директор Кубка Кремля Амир.

«АМЕРИКАНЦЫ ХОТЯТ СУДИТЬСЯ С БОГОМОЛОВЫМ»

Для теннисистов декабрь – редкое время отдыха от бесконечных турниров. Для Шамиля Тарпищева межсезонье – горячая переговорная пора. Куча встреч, поездок, постоянный недосып – жесткий график, заточенный под задачу номер один: наполнение бюджета федерации на будущий год, где на кону – олимпийские медали Лондона.
Вот и к нам в редакцию Шамиль Анвярович входит, не отрывая мобильный от уха.
– Судиться собираются? Пускай – а мы поборемся! – уверенно заявляет Тарпищев и поясняет для нас. – Это отец Богомолова (новоиспеченной первой ракетки России, которого мы переманили у США. – Прим. ред.) звонил. Говорит, что американцы подадут на Алекса в суд. Якобы хотят компенсацию потребовать за воспитание таланта. Странные люди! Мы ведь уже получили официальное разрешение заявлять Богомолова на Кубок Дэвиса. И сделаем это на матч с Австрией 10–12 февраля.
– Давайте наконец расставим все точки над «и» в этой ситуации: кто инициировал переход Алекса под российские знамена – вы или сам игрок? – интересуемся, пока Тарпищев с сыном рассаживаются в конференц-зале.
Обоюдное желание. Мы хотели укрепить состав сильным игроком, в которого превратился Алекс. А сам Богомолов давно мечтал выступать за историческую родину, больше проводить времени с отцом, который вернулся в Россию.
– Сможет ли Богомолов выступить за сборную не только в Австрии, но и на Олимпиаде?
Ш. Т.: – Вопрос дискуссионный. Есть правила, которые можно трактовать по-разному. Основная претензия: почему теннисист не был заигран за нашу страну раньше? Но ответ у нас готов: потому что раньше он по уровню не проходил в команду. Теперь же стал проходить. И мы этим воспользовались.
– Каков, по вашей оценке, потолок этого игрока?
Ш. Т.: – По потенциалу это теннисист, который в отдельно взятом матче может обыграть любого соперника. Что нам для Кубка Дэвиса и нужно. Не удивлюсь, если при удачном стечении обстоятельств Алекс будет стоять в двадцатке лучших.
– Богомолова-то мы перехватили. А вот Шведову, ныне одну из лучших парных игроков мира, вместе с целой компанией «подарили» Казахстану. «Доколе будем разбазаривать русские таланты?» – негодует в Интернете наш читатель с ником Dinamiteee.
Ш. Т.: – Если бы Шведова и компания остались в России, то их фамилии сейчас никто бы не знал. У нас не было финансовой возможности создать им необходимые условия: они же были даже не вторым– третьим эшелоном наших игроков. А второй эшелон, кстати, сгинул бесследно – вот какая судьба могла бы ждать Шведову и прочих, не прими они приглашение азиатских соседей.

«В ЭТОМ ГОДУ У РОССИИ – РЕКОРД ПО ПОБЕДАМ»

– Здравствуйте, я теннисист-колясочник, – наши рассуждения о «новых казахах» прерывает звонок читателя. – Меня зовут Леонид Шевчик, полагаю, вы меня знаете, – Тарпищевы утвердительно кивают – как не знать многократного чемпиона страны? – Скоро будет уже 20 лет, как в России культивируется теннис для инвалидов. Почему мы так и не вышли на конкурентоспособный уровень на международной арене?
Ш. Т.: – Корень проблемы – в постоянном недофинансировании нашей федерации. Как мы можем достойно конкурировать с США или Францией, где бюджеты федераций превышают 200 миллионов долларов, если у нас на все десять миллионов? Считаю, уже само по себе здорово, что мы не бросили инвалидов-колясочников после развала СССР и продолжаем поддерживать их в рамках наших финансовых возможностей.
– Хронический недостаток денег сказывается теперь и на результатах теннисистов-профессионалов. Как вы в связи с этим оцениваете прошедший сезон?
Ш. Т.: – Несмотря ни на что, на пятое декабря у нас в активе 558 победителей турниров, если брать все уровни и возрасты. Такой высокой цифры у нас еще не было. При этом существуют системные проблемы, которые мы не можем решить годами. Ну не пойдет нормальный тренер работать на благо федерации, если по нашим нормативам он будет получать максимум две тысячи долларов, а тренируя на коммерческой основе состоятельных людей – десять. Урегулировать этот диссонанс государство на сегодня не в состоянии. Наверное, решение этого глобального вопроса должен взять на себя Попечительский совет, созданный недавно при ФТР. Работаем над этим.
– Насколько нам видится, многие проблемы мужской части Кубка Кремля, за которую отвечает Амир, тоже замешаны на нехватке денег?
А. Т.: – Учитывая нынешний статус турнира и его расположение в календаре, в этом году мы собрали весьма солидный, ровный состав участников. Но хочется большего – а это уже вопрос больших вложений. Хочешь пригласить элитного игрока – плати. Хочешь повысить ранг своего соревнования, воткнуть его в более выгодные сроки – плати.
– И сколько стоит заманить в Москву игроков класса Федерера, Надаля?
Ш. Т.: – Джокович на радостях после победы в Кубке Дэвиса пообещал мне бесплатно приехать на любой показательный матч и даже ракетку свою подарил с надписью «За братство с Россией». Вообще-то приезд таких теннисистов стоит от полумиллиона до миллиона долларов. Многое зависит от задач игрока на конкретную часть сезона. Причем не подумайте, что это какие-то «подстольные» выплаты – в теннисе подобного рода подъемные узаконены.
А. Т.: – Если озаботиться этим в самом начале сезона, то игрока можно заполучить и по меньшим ценам. Но мы не ставим себе задачу во что бы то ни стало купить для турнира звезду. Нынешняя стратегия в том, чтобы использовать ближайшую возможность повысить ранг турнира до «500» (сейчас Кубок Кремля входит в серию ATP «250», где победителю достается 250 рейтинговых очков. – Прим. ред.). В Ассоциации теннисистов-профессионалов (АТП) знают об этом.
Ш. Т.: – Тут два пути. Либо в какой-то момент наступит очередная реорганизация календаря – и можно будет подсуетиться, выторговав себе более высокий статус. Либо быстро занять место одного из турниров-отказников, которые, учитывая продолжающийся в мире финансовый кризис, наверняка будут. Но тут под рукой всегда надо иметь значительные свободные средства – порядка 30 миллионов долларов. Этот вопрос мы недавно обсуждали на совещании с представителями «Банка Москвы» и «Ингосстраха» – наших давних партнеров, которые выслушали наши предложения с интересом.
Вообще надо заметить, что без регулярной помощи некоторых организаций многие наши проекты никогда бы не осуществились. К примеру, сложно переоценить помощь мэра и правительства Москвы в организации тех же матчей Кубков Дэвиса и Федерации. За громадный вклад в развитие российского тенниса на днях я лично вручил руководителю Департамента физической культуры и спорта Москвы Алексею Воробьеву «Русский кубок» – самую престижную награду в отечественном теннисе. Поздравляю, кстати, и «Советский спорт», представитель которого стал обладателем этого ценного приза в уходящем году. Спасибо большое вашей газете за ту мощную пропаганду нашего вида, которую вы ведете.

«В ЛОНДОНЕ ЗАМАХНЕМСЯ НА ЗОЛОТО»

– Олимпийский состав сборной представляете?
Ш. Т.: – Тут мало что от нас зависит, ведь отбираться в Лондон спортсмены будут по рейтингу. Кто к Уимблдону-2012 будет в первой четверке, тот и поедет. Хотя это, на мой взгляд, не совсем нормально, поскольку олимпийский турнир пройдет на траве, а отбираться туда, получается, будут по результатам на всех покрытиях.
– Пары будете составлять из одиночников?
Ш. Т.: – У мужчин – да. А у женщин по парному рейтингу на Игры вполне могут отобраться Кириленко с Петровой. С парами у нас, конечно, беда. Я предвидел, что так будет, бил в набат. Четыре года назад мы сделали целевую-комплексную программу. В ее рамках на ведущих игроков надо было потратить 5 250 000 долларов. Сдали программу в Минспорта, но денег не получили. И я отказался подписывать медальный план на Игры.
– А что с проектом строительства Национального теннисного центра, который мог бы стать бесплатной тренировочной базой для российских сборников?
Ш. Т.: – Намертво встал проект. Он на рассмотрении в Минспорта, трехлетняя переписка с которым по этому поводу ни к чему не привела. И ведь речь о центре, в который вложились наши великие чемпионы – и Кафельников, и Сафин. Но идея такого частно-государственного партнерства почему-то кому-то не по душе.
– Коли подписывать официальный медальный план на Игры вы отказались, то поделитесь хотя бы предолимпийскими прикидками.
–Ш. Т.: Олимпийский турнир ожидается напряженным. Все соревнования спрессованы в девять дней. Не исключена ситуация, при которой один спортсмен вынужден будет играть три матча в течение дня. Эти сложности, помноженные на то, что на траве наши теннисисты традиционно испытывают дискомфорт, конечно, снижают шансы россиян на завоевание медалей. Но даже с учетом этого трава – предпочтительное покрытие не только для Марии Шараповой, но и для Дмитрия Турсунова, для Алекса Богомолова. В общем, по нынешнему положению дел, если не будет травм, медаль мы в Лондоне выиграть должны. А повезет с жеребьевкой – можем и на золото замахнуться.

«ОВЕЧКИН ПОШЕЛ ПО СТОПАМ ФЕДОРОВА»

– На Олимпиаде впервые будут разыграны медали в миксте. Как относитесь к перспективам пары Александр Овечкин/Мария Кириленко?
Ш. Т.: – Неплохо. На траве ведь шайба будет отлично скользить, как думаете? – улыбается Шамиль Анвярович.
– Что за мода на союзы теннисисток с хоккеистами?
Ш. Т.: – Это еще со времен Курниковой пошло: помню, как на нее бегал Сергей Федоров смотреть! Это потом уже Дементьева с Афиногеновым свадьбу сыграли.
– Кому на пользу такие отношения?
Ш. Т.: – Для девочек это полезно, а для ребят нет. Кстати говоря, не очень удачный сезон Овечкина это уже подтверждает.
– Что происходит с Кузнецовой, которая вновь сменила тренера? Причем, на замену дуэту Савченко/Мыскина пришла Ольга Морозова, с которой та же Кузнецова пару лет назад разошлась из-за несовместимости характеров!
Ш. Т.: – У Кузнецовой подвижная нервная система. Из-за этого люди, с которыми ей волею профессии приходится общаться круглыми сутками, конечно, начинают надоедать. Так что такая перетасовка нормальна. Она, можно сказать, даже плановая, поскольку Светлана рассталась с Савченко без скандала. Они заранее договаривались, что работают до финала Кубка Федерации включительно. Все-таки надо понимать, что у Ларисы двое детей, и она не может путешествовать столько, сколько требуется ее подопечной.
– Вы до сих пор переживаете из-за Светиного поражения в финале Кубка Федерации от Квитовой? Ведь победа была так близка...
Ш. Т.: – Для меня это был главный матч в уходящем году, если брать женский теннис. В этом поражении есть моя вина: не смог донести до Светы, что в определенный момент надо было наперекор всему выходить к сетке. Если бы она сменила тактику, то мы держали бы в руках кубок...
– А в мужском разряде какой матч запомнился больше всего?
Ш. Т.: – Казанский поединок Южного с Белуччи, когда мы стояли на грани вылета из группы сильнейших Кубка Дэвиса, но Миша фантастическим образом отыграл два матчбола подряд.
– Что сказали ему после победы?
Ш. Т.: – «Миша, это был второй Париж!» Напомнил ему о первом триумфе России в Кубке Дэвиса.
– Говорят, вы впервые плакали после того матча...
Ш. Т.: – Прослезился. Было дело...

Обновленный раздел «Теннис» ЗДЕСЬ!