Светлана Кузнецова: Я не борюсь с Шараповой за звание первой в России

– В Австралии хотелось бы сыграть получше, акклиматизация там была сложная, – начинает Кузнецова свою первую пресс-конференцию в Санкт-Петербурге. – И с каждым годом все тяжелее. Я очень жду дебюта на домашнем турнире. Все-таки редко бывает возможность сыграть дома.

– Планирует ли отец прийти на ваши матчи?
– Нет, он в Колумбии на соревнованиях! Говорит, судьба нас разводит: когда он в Москве, я куда-то улетаю. Я теперь в Петербурге – его нет.

– Вы очень патриотичная: что для вас значит выступление в родном и любимом городе?
– Переживаю очень. Хотелось бы сыграть хорошо, но турнир очень сильный. Нужно быть крайне аккуратной с первого же матча. Мне бы хотелось быть в лучшей форме, чем я нахожусь. Желания очень много, но только от этого ведь мало что зависит.

– Вы видели множество турниров по всему миру. Как в сравнении с ними организован турнир в Петербурге?
– В 8:30 утра мы с Симоной Халеп тренировались на центральном корте, хотя про корт подробнее лучше говорить после первого матча. Мне очень нравится стадион, он уютный, организация шикарная. Мне бы очень хотелось, чтобы побольше турниров проходило в России. Обсуждали это на днях с девушками из Украины. Отель шикарный – один из лучших за весь год. Даже Симона Халеп мне об этом в раздевалке сказала. Желать лучшего сложно.

– Как вы себя ощущали, когда вдруг вам, россиянке, рассказывали про турнир в родном городе?
– Мне даже мой тренер Карлос – он ездил сюда помогать одной из теннисисток год назад – очень рекомендовал турнир. Я очень расстроилась, что в прошлом году не получилось сыграть тут из-за плотного графика, из-за Кубка Федерации.

– Когда ждать следующую звезду тенниса из Петербурга?
– Я даже не знаю, кто сейчас подает надежды. Но надеюсь, что в дальнейшем смогу сама помочь развитию тенниса в России, в Петербурге.

– Какие у вас планы на визит в Петербург, кроме тенниса?
– У меня столько планов, желаний! Еще раз на балет сходить, например. В воскресенье уже были на «Жизели». Я, конечно, родом из Санкт-Петербурга, но бываю тут очень редко. Правда, я стараюсь побольше думать о матчах, чтобы подольше задержаться в Петербурге именно как игроку.

Роберта Винчи рассказывала мне, что стреляла из пушки. Она с трудом могла объяснить, где она была и что делала. Но по видео я поняла, что это был именно выстрел с Петропавловки в полдень. Очень здорово, что турнир предлагает теннисисткам много интересного в этом плане.

– Задумывались ли вы о том, чтобы выпустить автобиографию? Все-таки у вас очень интересный путь.
– Думала об этом, но пока не знаю, что там написать. Очень многое хочется рассказать, идеи есть. Но мне нужно время, чтобы понять, что именно я хочу в ней отразить.

– В сети появилось видео того, как вы смотрели финал Australian Open. Часто получается так собираться с другими игроками тура?
– Очень редко. Так сложилось, что финал выпал на тренировочный день. Все мы очень хотели посмотреть этот исторический матч. Все очень переживали, а за Рафу болело всего три человека. Даша Гаврилова поставила камеру, сказала «не переживайте, я кнопку не нажала». Но все-таки видео записала. Думаю, Надаль и Роджер написали очередную страницу в истории нашего спорта.

– У вас есть рейтинговые задачи на этот сезон? 
– Не слежу за рейтингом и целей таких никогда не ставлю – это лишнее давление. Я думаю о своей игре, стараюсь прибавлять. Хотя все время найдется кто-то из друзей, знакомых, кто обязательно расскажет про рейтинг. Но меня интересует только моя игра.  

– Вы в Австралии выдали марафон с Еленой Янкович. Без таких длинных игр для вас турнир не турнир? 
– До сих пор усталой себя чувствую (улыбается). Такие матчи меня преследуют постоянно. Здорово, что мне наконец-то удалось выиграть длинную встречу. Я вела во втором сете 4:1 и видела, что полностью контролирую ход матча. Затем я уже понимаю, что проигрываю в третьем сете 0:3 и 15:40, и в этот момент я уже ничего не понимала (смеется).

– Вспомните, какой у вас был самый сложный и изнурительный матч в карьере.
– Самый изнурительный – с Франческой Скьявоне в Австралии. У нас что ни матч, то драма: в той памятной встрече я даже сбилась и вообще не понимала, какой счет. А когда проиграла – не была уверена, что все закончилось.

– Будете играть за сборную России в этом сезоне? 
– В первом круге Кубка Федерации точно не сыграю. В прошлом году я выбрала Кубок Федерации, и получилось все не очень хорошо. Надеюсь, девчонки пройдут дальше. Постараюсь по максимуму помогать. Но я верю в наше молодое поколение. Если они будут в хорошей форме, справятся и без моей помощи.

Уже после пресс-конференции Кузнецова говорит с «Советским спортом в Санкт-Петербурге» один на один. 

– Вы рассказывали, что акклиматизация после Австралии проходит с трудом.
– Первые дни я была в Москве, и мне было совсем не весело: холодно, некомфортно. Но за долгие годы я уже поняла, что просто нужно время – все пройдет.

– На пресс-конференции вы сказали, что хотели бы помогать молодым теннисистам. Видите себя тренером после окончания карьеры?
– Индивидуальным тренером я не буду, просто хотелось бы развить структуру, которая в будущем поможет развиваться нашим игрокам. Не считаю, что я нужна именно в роли индивидуального тренера. У меня есть необходимые знания для того, чтобы помочь многим спортсменам. Развить какой-то клуб наподобие велоклуба моего отца, чтобы у детей, в том числе из неблагополучных семей, были все возможности заниматься теннисом. Думаю, найдутся в России спонсоры, которые будут финансировать такую школу.

– Вы уверенно говорите о планах. Можно сказать, что после окончания карьеры вернетесь жить в Россию, в Санкт-Петербург?
– Это очень сложный вопрос. К сожалению, климат в Санкт-Петербурге подходит для тенниса всего 3-4 месяца в году. Очень сложно зимой тут что-то организовать. Будем стараться и думать.

– У нас в России сейчас проблема допинга стала особенно важной. Расскажите, насколько часто вас проверяют?
– Я не считаю, что в теннисе есть проблема допинга. У нас нормально проходят допинг-контроли. Сейчас вводят новые правила: я только приехала в Мельбурн, получила аккредитацию, ко мне подошла девушка и сказала, что у меня сейчас будет необъявленный допинг-контроль. Мне нужно было сразу идти сдавать кровь, несмотря на то – есть у меня тренировка или нет. Я верю, что у нас чистый спорт.

– Такой внезапный тест был у всех спортсменок или только у россиянок?
– А этого я не знаю. 

– После дисквалификации Марии Шараповой вы стали первой ракеткой России. Ждете ее возвращения, чтобы продолжить борьбу за это звание?
– Никакой борьбы нет. У каждой свой график, никто не думает о том, кто первая, а кто вторая. На нашем уровне мы все уже были в топе, это не самое главное. У каждого личные задачи.