«Соль с йодом, шалфей – так только русские лечатся!» Откровения чемпионки Рио

Главных поклонников Екатерины Макаровой и Елены Весниной St. Petersburg Ladies Trophy несильно порадовал. Во-первых, дуэт олимпийских чемпионок не заявился на парный турнир, их измотало начало сезона в Австралии. Во-вторых, благодаря жребию две подруги должны были встретиться между собой уже в первом круге. По личным встречам большое преимущество у Макаровой, но в Петербурге Веснина его сократила. Теперь счет 7:3 в пользу Екатерины. Несмотря на поражение, 37-я ракетка мира не отказала «Советскому спорту» в интервью.

– После того, что вы пережили с Весниной в прошлом году, каково это выходить и играть против лучшей подруги?
– Очень тяжело играть, потому что мы знаем очень хорошо друг друга, часто тренируемся вместе, общаемся вне корта много. Психологически трудно выходить, в последнее время эти матчи совсем зачастили. Был период, когда мы очень редко встречались, а сейчас у нас очный матч почти каждые три месяца. Сейчас поменялась очередность побед, и в Петербурге Лена была лучше меня.

– Куда обиднее, что это произошло в первом раунде.
– Конечно. На домашнем турнире хотелось остаться подольше, потому что здесь очень хорошая атмосфера, приятно тут находиться, отлично все организовано.

– В Петербурге вы отказались от участия в парном турнире. Можно говорить, что дальше будет ставка на одиночный разряд? Ведь в паре у вас уже есть большие достижения.
– Я всегда больше думаю об одиночке. В олимпийский сезон был совсем другой настрой, очень хотелось выиграть золото Игр. Мы с Леной смогли это сделать, добились своей мечты. Сейчас мы в паре много всего выиграли, и это чуть ушло на второй план. Мы будем продолжать играть, хотим победить везде, но турнир в Петербурге показал, что я и Лена настраивались больше на одиночку.

– До Олимпиады в Токио еще много времени, но к ней станете больше акцентироваться на одиночке или будете снова больше наигрывать пару с Весниной?
– Пока об этом тяжело говорить, посмотрим через три года, что будет с физическим состоянием. Практика показала, что с Леной нам не нужно наигрываться. Мы с ней не играли почти год и встали в пару весной, буквально за несколько турниров до Олимпиады. Мы пошли очень уверенно и сразу стали понимать друг друга.

– Какие изменения почувствовали в себе после поездки в Рио?
– Я стала чуть увереннее в себе. О статусе олимпийской чемпионки мечтала с самого детства. После победы я немного выдохнула, поскольку в спортивной сфере достигла максимума и сейчас наслаждаюсь своей игрой, всеми турнирами. Не так сильно на себя давлю и возлагаю надежды так, как раньше.

– «Я так сильно хотела медаль, что это не давало мне покоя» – это ваши слова перед Играми. Серьезно себя накручивали?
– Очень сильно. Во второй день пребывания мы тренировались с Леной на медленном покрытии, а перед этим были в Монреале, где корт куда быстрее. Требовалось несколько дней, чтобы поймать ритм. Так вот в Рио на той тренировке я расплакалась. Мне было очень обидно, почему в ту неделю я не показываю свой лучший теннис. Лена привыкла к таким моим поступкам (смеется), она знает, что я себя внутри накручиваю. Веснина постаралась разрядить обстановку, сказать что-то, чтобы я не очень зацикливалась. Когда такое происходит, турниры обычно заканчиваются хорошо.

– Во время истории с вашей поездкой до Рио, плакать хотелось? Может, возникали мысли, что вообще мимо Олимпиады пролетите?
–Такие мысли были за пару дней до нашего вылета, когда решали, разрешат нам лететь или нет. Вот в тот день было напряженно, все про себя молились: дай бог, чтобы нам позволили выступать. Когда мы летели в Рио, я держалась увереннее Лены. У нее в тот день был День рождения, и так его праздновать – это не самое лучшее пожелание (смеется). Она местами то заплачет, то засмеется – у нее так прыгало настроение. Я ей все время говорила: «Давай это будет самым тяжелым на пути в Рио. Мы прилетим, и там все будет полегче». Так и получилось, на турнире мы ни одного сета не проиграли.

– Получается, вы плачете на корте, а Веснина – вне его.
– Да, я к работе очень ответственно отношусь. Когда что-то получается не так четко, как мне бы хотелось, иногда нападает плаксивость (смеется).

– После золота Олимпиады чего теперь хочется?
– Быть здоровой, а если все нормально со здоровьем – будет и хороший теннис. Я тружусь и надеюсь, что все хорошие результаты еще впереди.

– Петербург претендует на Итоговый чемпионат WTA. Чем Петербург уже лучше Сингапура, где этот турнир проводился раньше?
– Он может быть лучшим, просто потому что это моя страна! То, как тут организаторы проводят турнир – это высший уровень. Для Итогового чемпионата они сделают его еще лучше, еще мощнее. Я голосую за Петербург, была бы рада выступить здесь на Итоговом турнире.

– Когда вы комментировали утечку из базы ВАДА с терапевтическими исключениями для сестер Уильямс, то упомянули «народные средства». Вы действительно такими пользуетесь?
– Я имела в виду вот что: развести соль с йодом, пить травяной чай, шалфей – тут наши продукты, их за границей не купишь. Так, как мы, русские, обычно лечимся – полощем горло, пьем много чая с лимоном – никто за границей не делает, мне кажется.

– Может, предложить такой способ и зарубежным соперницам? Им не придется медицинские исключения на запрещенные препараты просить.
– Очень тяжело говорить об этом, каждый выбирает свой путь. Мне хочется быть здоровой после карьеры, иметь семью и детей. Поэтому мы никаких исключений для себя и не просим.