«Сказали: выбирай – игра или бутылка?». Главный тренер «Химок» Римас Куртинайтис поделился с «Советским спортом» откровенными рассказами

Римас Куртинайтис – один из блестящей четверки литовских мушкетеров, который вместе с Шарунасом Марчюленисом, Арвидасом Сабонисом и Вальдемарасом Хомичюсом в составе сборной СССР выиграл последнее наше олимпийское золото в Сеуле-1988. Недавно Куртинайтис возглавил подмосковные «Химки», а через несколько дней встретился с корреспондентом «Советского спорта».

Симпатичный ресторан в Новогорске. Новоиспеченный тренер «Химок» Куртинайтис с ностальгией оглядывается по сторонам.

– Где-то здесь та самая база, на которой Папа (Александр Гомельский. – Прим. ред.) перед сеульской Олимпиадой гонял нас как сидоровых коз, – улыбается Римас. – Пота мы здесь пролили – на целый бассейн хватило бы! Это нынешнее поколение ноет, что их заставляют много тренироваться. В наши времена просто попасть в команду мастеров было огромным счастьем…

Генеральный директор «Химок» Виктор Бычков, в свое время один из ведущих арбитров в чемпионате СССР, заказывает столик на троих. Литовец тут же выбирает борщ и пирожки с капустой. «Любит русскую нашу кухню», – отмечаю про себя.

– Римас, у меня для тебя сюрприз, – Бычков протягивает Куртинайтису книгу о нем, изданную в Литве аж в 1989 году. – Да еще и с твоим автографом.

– Хоть убей, не помню, когда тебе ее подарил, – перелистывает страницы Римас. Его взгляд останавливается на фотографии, где он катается на санках с Сабонисом. – Эх, а могла судьба сложиться совершенно по-другому…

Куртинайтис начинает рассказ, и мне почти не нужно задавать вопросов.

1981 год, я служу в армии. Отдельная история, почему меня выгнали из института и пришлось натягивать сапоги. Но благо, в итоге я оказался в спортивной роте и играл за рижский СКА. Это первая лига чемпионата СССР. Уровень был достаточно высокий, но все же, не «вышка». Я мог за матч и «полтинник» забить, ну а 20 очков практически были нормой.

И вот однажды в Киеве проходят соревнования военнослужащих. На них пожаловал сам тренер сборной Союза Александр Яковлевич Гомельский. Игроков, тренеров всех армейских команд собирали в большом зале. Гомельский подходит к микрофону и начинает что-то говорить. Мы с ребятами лузгаем семечки, болтаем, никого не слушаем. Вдруг парни меня толкают – иди, мол, тебя вызывают, а я и понять ничего не могу…

Оказывается, какой-то журналист спросил: когда в сборной появятся новые лица. И Гомельский отвечает:

– Есть такие игроки. И один из них сейчас находится здесь. Он мог бы достичь в спорте самых больших вершин. Только вот знаю, думает он совсем не о том: пьет много, курит, режим нарушает. Вы все этого героя прекрасно знаете. Это Куртинайтис. Если он мне пообещает исправиться, возьму в ЦСКА.

Я уже подошел к Гомельскому. Он смотрит на меня так строго и говорит:

– Ну что, рядовой Куртинайтис, скажи сейчас перед всеми, что ты выбираешь – баскетбол или бутылку?

Как вы думаете, что я ответил? Через пару недель пришел приказ о переводе рядового Куртинайтиса для дальнейшего прохождения службы в распоряжение баскетбольного клуба ЦСКА.

Я человек прямой. Вот читаю автобиографии многих спортсменов, и мне смешно – какие же они правильные были, с ума сойти! Не пили ничего крепче кофе, любили до гроба только жен... На самом деле мы жили в те времена, когда все время хотелось достать спиртного. Для меня напиток номер один – пиво. Была бы у меня тогда возможность выдуть цистерну, обязательно это сделал бы!

Но я развлекался всегда с умом. Принцип был такой: в выходной гуляй, пока есть силы. Но приходит время матчей – приходит и ответственность.

Как-то в Каунасе открыли новый бар. Мы с Сабасом (Арвидас Сабонис. – Прим. ред.) – сразу туда. Атмосфера потрясающая. Впервые видим официанток в мини-юбках, с вырезом на груди, в белых перчатках до локтей. Заказываем шампанское, достаем сигаретки, и ощущение такое, будто мы короли жизни. Так мы и кадрили девчонок до самого утра. На следующий день весь город знал, что Куртинайтис с Сабонисом хорошо оторвались.

Естественно, в клубе нас по головке не погладили. А один из самых знаменитых литовских баскетболистов старшего поколения Модестас Паулаускас нам так по-отечески сказал:

– Ну вы и дураки, ребятки! Кто же так делает? Палитесь на ровном месте. Вот мы cобирались с ребятами в гараже, брали три литра спирта, и ни одна собака об этом не знала…

Мы с Сабасом только рассмеялись. А мы не хотим в гараже, мы хотим по-человечески. Ну как объяснить Моде, что мы гуляли не для того, чтобы напиться. Нам нравилось отдохнуть в хорошем месте, почувствовать атмосферу того, казалось, волшебного бара, полюбоваться на официанток. А тут – гаражи…

Не хочу вспоминать, кто заложил меня с моими прогулами и пьянками, но из спортивного института меня вышвырнули. Армия, спортрота.

Но, видимо, в военкомате что-то напутали, и в итоге я попал не в Каунас, а в местечко километров за 30. Мама родная!.. Там сотни таджиков и узбеков в халатах до колен, по-русски никто не говорит. Да еще на меня тут же местные деды набрасываются, начинают делить мою одежду. А я весь из себя такой модный – в джинсах, которые по тем временам ценились дороже денег. Ну, думаю, попал... Слава богу, тренер СКА Валентин Меленчук меня разыскал и забрал в спортивную роту.

Никогда не забуду свое первое построение. Стоим на плацу, команда: «Кто шахматист, шаг вперед!» Все думают: ну, сейчас самых умных отправят книжки читать... Несколько человек выходят. А им приказ:

– Так, гроссмейстеры, взяли зубные щетки и пошли туалеты драить. Они там тоже в черно-белую клеточку.

В Ригу приходит приказ о моем переводе в Москву. В СКА прямо при мне бумагу разрывают в клочья. Мол, никуда ты не поедешь: «Мы – в лидерах, в «вышку» можем выйти. А ты наш лучший снайпер». Я звоню главному тренеру московских армейцев Вадиму Капранову, а тот говорит: «Собирай вещи и езжай в столицу».

На свой страх и риск я так и сделал. Вы только представляете, какой выпал шанс: играть в ЦСКА – базовом клубе сборной. Так что можно сказать, в Москву я приехал нелегалом.

А в ЦСКА состав еще тот, сплошные звезды – Еремин, Мышкин, Тараканов, Лопатов, Милосердов, Мелешкин. Мой первый в составе ЦСКА матч в Каунасе – самый волнительный момент. Первый литовец в команде самого непримиримого соперника. Называют мою фамилию – в зале оглушительный свист. Но, по крайней мере, никто не материт. Болельщики знают, что в один прекрасный день я вернусь в Литву.

А уже в Москве против «Жальгириса» дают побегать подольше. Но тут все портит Князь (Анатолий Мышкин. – Прим. ред.). Он увидел, как я в перерыве общаюсь с ребятами из «Жальгириса» по-литовски, и говорит тренеру: «Убирайте скорее его, они же там договариваются!» Меня и посадили на лавку.

А потом в ЦСКА мне четко сказали: останешься играть у нас – будем давать время, уедешь – мы тебя для «Жальгириса» тренировать не собираемся. Я честно сказал, что после армии собираюсь домой.

Любая поездка за границу для советского спортсмена – это возможность сделать бизнес. Кстати, для этого идеально подходили соревнования военнослужащих. Самыми удобными странами для контрабанды были Венгрия и Восточная Германия. Летали туда на военных чартерах. Их проверяли редко. Закупали все, что можно. Особой популярностью пользовались венгерские ковры. В Союзе они были в дефиците и уходили быстро. Но не всегда все шло гладко. Помню, накупили ковров. Привезли в аэропорт, а там таможенная проверка. Пришлось сделать вид, что контрабанда не наш, кто-то его забыл. Домой возвращались налегке. Обидно до слез – и валюту потеряли, и товар. Кто из нас только на контрабанде не попадался... Хому (Вальдемарас Хомичюс. – Прим. ред.) несколько раз отцепляли от сборной. Раз из-за этого он едва чемпионат мира не пропустил. Кто-то из высокого начальства его отстоял. Только меня, хотя никогда не был хитрым, ни разу не засекли.

Но ладно ковры. Однажды у Алжана Жармухамедова (олимпийский чемпион-1972. – Прим. ред.) по прилету из Бразилии в чемодане нашли пистолет. Представляете, какой скандал – советский офицер везет контрабандой из-за границы оружие! Жара отстранили от баскетбола, лишили всех званий. А пистолет перед отлетом ему подарил один бывший наш человек, ныне живущий в Бразилии. Видимо, они тогда так хорошо «пообщались», что Алжан сунул подарок в чемодан и забыл.

А ведь это могло стоить ему карьеры. Слава богу, навстречу пошел министр обороны СССР Дмитрий Устинов. На совещании по поводу Жармухамедова он сказал: «Друзья, каждый офицер должен иметь оружие». Эта фраза и спасла Жара. Его вернули в спорт и возвратили все регалии.

Есть тысяча версий, как Гомельский затащил Сабониса на Олимпиаду в Сеул. Расскажу, как было на самом деле.

Сабас два раза рвал ахилл и перед Олимпиадой не играл год. Вы только представьте, год! В Литве никто не хотел, чтобы он опять рисковал собой. И даже один известный человек пообещал построить и подарить Сабонису дом, если тот не поедет в Сеул. Какая Олимпиада, он ходил-то с трудом.

Гомельский на Сабаса не давил, но пригласил на последний сбор в Новогорск. Мол, ребята тебя увидят, обрадуются. Потом начал его уговаривать: поработай с ними немного на тренировках... У Арвидаса даже кроссовок с собой не было, но Папа на следующее утро нашел обувь 52-го размера. А потом взял и поставил Сабониса перед фактом, что включил его в заявку. Но заверил, что играть ему вовсе необязательно: мол, в Корее Сабас нужен только для поднятия морального духа команды.

Заходим в Сеуле в первый день в столовую, а там толпа – тысяч десять. Арвидас, который за словом в карман не лезет, толкает меня в бок:

– Смотри, Курт, сколько тут народу, а медаль-то золотая одна. Скажи, как делить будем?

Я понял, что Сабас нам обязательно поможет. Так его Папа и стал потихоньку выпускать. В первой встрече ничего не получалось, югославы нам «привезли» пятнадцать очков. Сабас после матча говорит:

– Ребята, вы что, на меня все играете?! Я сейчас не тот, я вам сам должен помогать. А вы бросайте из любых позиций! Когда буду готов, скажу. А пока только под кольцом могу постоять.

Мы поняли, что должны пахать и за него, и за себя. К полуфиналу Арвидас форму набрал. И мы порвали США. Кстати, часто спрашивают о моих 28 очках в том матче. Я просто делал свою работу, кидал свободные мячи после тех моментов, которые мне создавали ребята. Дали бы бросить в два раза больше, забил бы «полтинник».

«ЗА ДВА ГОДА ДО СЕУЛА С АЛКОГОЛЕМ ЗАВЯЗАЛ»

После победы в Сеуле мы гуляли по-черному. Мы выиграли золото дня за четыре до окончания Олимпиады. Двери в нашем кампусе не закрывались. Половина Олимпийской деревни у нас побывало. За спиртным бегал наш доктор Антоныч (Василий Авраменко. – Прим. ред.). Он ничего не понимал в алкоголе. А мы тогда «подсели» на джин с тоником марки «Гордон». Вот я ему с утра давал пустую банку и отправлял за парой ящиков. Нас чуть из Олимпийской деревни не выселили. Кто-то пожаловался Самаранчу (президент МОК. – Прим. ред.), мол, из-за советских баскетболистов весь корпус спать не может…

На самом деле зря все думают, будто Куртинайтис только и делал, что всю жизнь пил. Это потому, что я никогда ничего не скрывал. Но мало кто знает, что еще в 1986 году я решил завязать со всеми вредными привычками – алкоголем, сигаретами. Даже в 35 я запросто мог в последней атаке убежать в отрыв и слышать за спиной одышку игрока, который моложе меня на 15 лет.

Сейчас, когда я приезжаю в отпуск в Литву, в свой загородный домик, то отдыхаю по-настоящему. Моя спутница жизни, с которой я вместе уже 20 лет, суетится по дому, я схожу на охоту, завалю кабана, зажарю его… И если в этот год идет чемпионат мира или Европы по футболу, не пропускаю ни одного матча. Потягиваю пиво, ем мясо и наслаждаюсь жизнью. Но это только в отпуске. А все остальное время мой напиток – чай с жасмином.

Генеральный директор «Химок» Виктор Алексеевич Бычков до сих пор таит на меня обиду. В 2009-м я сенсационно вырвал из его рук Кубок Европы.

Я тогда тренировал «Летувос Ритас». Бюджет был маленький, руководство клуба ничего особо не требовало, и даже попадание в полуфинал восприняли как большой успех. Но я кое-чему научился у великого психолога Гомельского. Собрал перед финалом своих ребят, которых в живых-то было человек семь от всего состава. И сказал:

– Парни, сегодня у вас есть единственный шанс доказать, что вы в этой жизни чего-то стоите. Вам нужно всего лишь выиграть один матч. Вытрите сопли, перебинтуйте болячки, умрите, но выиграйте!

Мы победили…

Когда я только пришел в «Химки», сказал:

– Как баскетболист я завоевал все возможные титулы, кроме чемпиона НБА. И с вами, именно с вами, я хочу заново выиграть все как тренер. Черт побери, вы мне поможете?!

Честно скажу, я по жизни признаю только одно место – первое. И очень желаю, чтобы «Химки» на следующий год были в Евролиге. Иначе зачем я сюда приехал?

Oбо всех своих приключениях рассказываю не потому, что ими горжусь, а для того, чтобы это прочитала молодежь и не повторяла моих ошибок. И это я говорю не из ханжества или потому что я сейчас тренер и должен подавать пример. Я так действительно думаю…

Родился 15 мая 1960 года.

Достижения игрока: олимпийский чемпион, двукратный бронзовый призер Олимпиады, вице-чемпион мира, чемпион Европы, четырехкратный чемпион СССР, чемпион Литвы, чемпион Испании, победитель Евролиги.

Карьера тренера: сборная Азербайджана (2002–2005). «Урал-Грейт», Пермь (2006/07), «Шленск», Польша (2007/08), «Летувос Ритас», Литва (2008–2010). ВЭФ, Латвия (2010/11). С марта 2011-го главный тренер «Химок».

Достижения тренера: победа в Кубке Европы. Двукратный чемпион Литвы, двукратный обладатель Кубка Литвы. Чемпион Балтийской лиги. Бронзовый призер чемпионата Польши. Победитель исламских Игр со сборной Азербайджана. Победитель Кубка Вызова среди сборных команд.