Малыш и Ко!

– Все будет зависеть от Малышко, – это двукратный олимпийский чемпион и земляк нашего дебютанта Дмитрий Васильев устраивается поудобнее рядом с тренерской биржей. Васильев на этап в Хохфильцене приехал в роли наблюдателя, а потому ностальгии не стесняется:

– Эх, смотрю на ребят – как будто я 20 лет назад…

– А вы Диму не знаете, – хитро подмигивает тезка. – Я его видел накануне – спокойный был, как танк! Мы давно знакомы, я в нем уверен. Если Малышко сделает свою работу, ни на кого рядом не глядя, все будет нормально.

В отличие от финишера, стартер у нас в этот день привычный – призер Олимпиады-2010 Антон Шипулин. Кажется, за него Васильев переживает даже больше, чем за Малышко:

– Зачем весь паровоз на себе тащишь, вперед выходишь? – возмущается Дмитрий, когда Шипулин выходит в лидеры после первой стрельбы. – Все равно ведь здесь отрыв не сделать. Я сто раз первые этапы бегал, настолько их изучил, что по метру могу расписать, как и когда действовать…

Впрочем, шипулинский опыт оказывается не хуже. Антон уверенно расправляется со всеми десятью мишенями и передает эстафету вторым, пропустив на символическую десятую секунды лишь немца Симона Шемпа.

Ко второму этапу на биржу подтягиваются двое наших биатлонистов, не задействованных в эстафете, – Евгений Гараничев и Тимофей Лапшин. Евгений постоянно подпрыгивает от нетерпения – кажется, вот-вот сам выскочит на трассу. Но от вопроса Васильева про неудачную стрельбу в личных гонках тут же грустнеет:

– Да не понимаю я, в чем дело… Может, здесь, в Хохфильцене, подход к стрельбищу не мой – что ни делаю, на рубеже винтовка дрожит.

Андрей Маковеев тем временем уходит со второй стрельбы в лидерах, вместе со шведом Бьорном Ферри, а норвежец Ларс Бергер отправляется на штрафной круг. За спортивную карьеру он уже набегал их столько, что, кажется, должен знать там каждый поворот.

– Какой красавец, какие движения, нагоняет всех с каждым шагом, – восхищается Васильев лыжной техникой Бергера.

– Это только вы, журналисты, думаете, что научиться стрелять – это примерно как борщ варить, – посмеивается Васильев. – Почему вот, например, Фруде Андерсен за всю карьеру так и не научился? Кому-то суждено родиться быстрым лыжником, кому-то снайпером. Точность на рубеже – такое же врожденное качество, как скорость или выносливость.

Как ни старается Бергер, но разрыв с Маковеевым и Ферри слишком большой. Андрей, словно забыв о кошмарных четырех промахах на одном рубеже в гонке преследования, уверенно тянет бремя лидерства к финишу.

– We’ve got the power! – заводит Гараничев мотив диско-хита.

– Помните прошлогоднюю мужскую эстафету здесь же? – осторожно интересуется Васильев. Уж он-то, конечно, помнит – кошмарную гонку, где никто из нашего квартета не обошелся без штрафных кругов и команда в итоге установила антирекорд, финишировав на 13‑м месте.
Этот австрийский позор – чуть не единственное темное пятнышко в эстафетной репутации Устюгова. Евгений уходит на третий этап первым, но лидерство это номинальное – совсем рядом шведы, французы, норвежцы…

– Своим темпом надо идти! – кричит Васильев, зная, что Устюгов не услышит. Но так легче – ведь уже ясно, что медалей в этой гонке мы просто так не отдадим и прошлогодний ужас не повторится.
Норвежец Эмиль Хегле Свендсен закрывает все десять мишеней и в своем стиле, прыжками молодого лося, несется к передаче эстафеты. Лапшин с Гараничевым только восхищенно вздыхают:

– Силища!..

У Устюгова не проходит габарит – но это не беда, на дополнительный патрон он тратит считанные секунды.

– Женя «ногами» хорошо готов, – оценивает Васильев взглядом профессионала. – На передачу придут вместе со Свендсеном. Ну, теперь дело за Малышко!

Малышко принимает эстафету вместе с норвежцем Тарьеем Бе и французом Мартеном Фуркадом. Сценарий из области фантастики – 24‑летний дебютант в первой в своей жизни эстафете на Кубке мира бежит последний этап вместе с лидерами мирового биатлона. Наставник команды Андрей Гербулов бледнеет. Это – экзамен его тренерской интуиции, пан или пропал…

На первом же подъеме Малышко чуть отстает.

– Темп для него быстроват, но отставать нельзя. Как бы Дима сейчас не «накушался» перед стрельбой, – Васильев просчитывает варианты. Былую уверенность как рукой сняло…

Наш Дмитрий очевидно проигрывает пару секунд на изготовке, а затем допускает две ошибки на первом рубеже. Рядом так же синхронно промахивается Фуркад, и только Бе убегает на дистанцию без штрафа.

Фуркад выцеливает седьмой выстрел на «лежке» так долго, что российская биржа даже засомневалась – может, он уже дважды промазал? Но патрон ложится в цель почти одновременно с пулей Малышко. Теперь уже ясно, что это дуэль – Бе ушел слишком далеко.

– Дергает, специально дергает Диму, чтобы сбить с темпа! – Васильев переживает за Малышко, от которого в подъем улепетывает со всех ног Фуркад. – Сейчас Мартен в горку ускорится, потом сбросит темп. Он понимает, что до рубежа не убежать, но видит, что у нас неопытный спортсмен, и хочет его раскачать, выбить из колеи …

Но у Малышко не зря мужественная щетина, как борода у викинга, – так просто «французскими штучками» его не сломать. «Стойку» он проходит чисто, Фуркад, запутавшись в собственной тактической игре, мажет раз – и уходит с рубежа в пяти секундах позади россиянина.

– Дима… – у Гараничева уже нет сил подпрыгивать на месте. Он просто вцепился в ограждение, не в силах оторвать взгляд от экрана, где Малышко творит историю. Васильев вместе с Лапшиным на мгновение отворачиваются. Нашего дебютанта по пятам преследуют шведы и австрийцы.

– Только бы бронза, – никто не говорит этого вслух, из суеверия. И первым очнется от «бронзового тумана» Васильев:

– Да вы посмотрите, он Фуркада «отцепил»!

– Нет, не может быть, Фуркад сейчас очнется, он еще догонит, – даже Гараничев с Лапшиным не могут поверить в чудо. Но француз уже в буквальном смысле слова опустил руки и еле карабкается в подъем, в который только что ракетой залетел Малышко.

Ну что, у нас теперь новая «русская ракета»? Гараничев с Лапшиным, наконец осознав случившееся, бросаются на финиш обнять друга.

– А вы знаете, что Малышко два года назад хотел закончить карьеру? – хитро щурится Васильев. – Не было финансирования, еле уговорили остаться… Он спрашивал: «Зачем мне дальше заниматься спортом?» Теперь понял, зачем!

* Мы сильны (англ.)