Как Ирина Старых из подсудимой превратилась в прокурора. Колонка Цыбанева

Два биатлониста, тренировавшиеся отдельно от сборной, выносят, похоже, приговор ее тренерскому штабу

В женской эстафете Хохфильцена сборная России разделилась на несовместимые составляющие – Ирина Старых и остальные.

Уже вторую контактную гонку чемпионата мира – сначала преследование, теперь эстафету – Ирину Старых воспринимаешь как человека из другой спортивной реальности. Которого не коснулись просчеты в подготовке, психологические комплексы и прочие традиционные-характерные беды нашей команды, превращающие ее участников в хронических неудачников.

Мы увидели вдруг в форме российской женской сборной человека, который, о чем свидетельствовали все соревновательные параметры, не без успеха занимается профессиональным спортом. Умеющего всецело владеть собой на стрельбище даже в экстремальном контексте погони. И способного, как и положено сильному , добавить на финишном отрезке.

Известно: Старых три года провела отдельно от бригадной работы в сборной. Готовясь к возвращению самостоятельно.

Известно и другое: Антон Шипулин какое-то время назад также перешел на самоподготовку. И, если не брать в расчет всегдашние его психологические заморочки, он тоже, надо признать, подготовился к чемпионату мира хорошо. Во всяком случае функционально.

Два этих примера позволяют, даже не дожидаясь окончания чемпионата, выставить однозначный и жирный «неуд» коллективному разуму сборной России. То есть тренерскому ее штабу.

Проблема-то наша не в том, что наперечет сильные биатлонисты. А совсем в другом: тренерский состав катастрофически не состоянии выложить по сезону продуманную стратегию. И зря Александр Касперович – вот уж правда: сильный ищет, как преодолеть сложности, а слабый – оправдания – кивает на проблемы с освоением хохфильценского климата и рельефа здешних трасс. Примеры Старых и Шипулина эту отмазку элементарно перечеркивают.

А теперь оглянемся назад, в декабрь. Тогдашняя Татьяна Акимова была совсем близка по потенциалу к нынешней Старых (которая, да, подошла к ЧМ достаточно свежей, ибо вернулась к соревнованиям только в январе). Чуть менее надежно стреляла, но на лыжне могла дать Ирине фору. Да только вот проводит чемпионат мира Акимова в состоянии, мягко говоря, повышенного для себя внутреннего трепета – потому и упала в решающий момент эстафеты, потому и колбасит ее не по-декабрьски на стрельбище.

В декабре Максим Цветков был твердым биатлонистом первой мировой десятки. А Антон Бабиков не раз выказал медальный и даже победный потенциал. Матвей Елисеев тоже мог тогда многое.

Но в наступившем году чем дальше, тем сильнее их подтачивала загадочная немощь. Что ж, в субботней мужской эстафете для тренерского штаба наступит окончательной момент истины. Если Максим Цветков и Антон Бабиков не покажут хотя свою среднесезонную норму в гонке и стрельбе – это будет означать отнюдь не их слабость, а абсолютную некомпетентность штаба сборной в постановке и выполнении стратегических задач.

Кто-то заметит: и Акимова, и Бабиков, и Елисеев проводят всего первый полный сезон в основном составе сборной, и, возможно, не сумели с первой попытки переварить нагрузки. Но, во-первых, Максим-то Цветков, похоже, угодил перед ЧМ в ту же самую яму, что и год назад. А во-вторых, сумеете назвать навскидку биатлониста, который, варясь из года в год в котле сборной, сумел выдать поступательный прогресс? Нет у нас такого биатлониста…