Денис Лебедев: Гильермо могу сказать, иди на пенсию, тренируй детей, сделай хоть что-то доброе

Перед прессой Денис Лебедев появляется с небольшим листочком. Там рисунок дочери. «папа – ты гИрой» ‑ написано детским почерком. На обратной стороне стихотворение.

‑ Мои, наверное, еще даже не знают, ‑ разочарованно выдает Денис.

‑ Да вы знаете даже легкое чувство вины есть, будто бы что-то не доделал, ведь по-хорошему хотелось бы вернуть должок. На сердце осталось что-то.

‑ Где-то, наверное часа полтора назад.

‑ Они даже стучались к нам в дверь и спрашивали, когда мы будем тейпировать руки. Есть небольшое сожаление, поскольку мне было, что сказать Джонсу. Знаете, чем дальше в лес, тем больше дров, но я все больше узнаю профессиональный бокс  и понимаю, что за рубежом не все, но очень многие, что называется, «любят покушать».

‑ Очень обидно и я хочу сказать спасибо всей команде, за эту работу. Моему тренеру, моим менеджерам, Андрею Михайловичу Рябинскому. У меня действительно есть крепкая команда и уже не получится у нас взять что-то просто так. А это дорогого стоит. Я бы хотел продолжить подготовку в США с тем же тренером, мне есть чему поучиться.

‑ Я очень сожалею, что бой не состоялся, а Гильермо могу сказать, иди на пенсию, тренируй детей, сделай хоть что-то доброе. С виду он вроде бы нормальный парень.

‑ Я могу ошибаться, но на взвешивании глазки у него дернулись. Долго-долго смотрел, а потом раз и дернулись глазки. Что-то это значит.

‑ В первую очередь мне нужно отдохнуть, причем в большей степени психологически, я уже год не дрался, теперь вернул все свои боевые рефлексы, и был полностью готов.

‑ Да, могу. Он у меня и в первом бою был похожий, когда мы работали с Костей Цзю. Мы хотели отбивать ему корпус, но из-за рассечения я был вынужден все изменить. План на бой у меня перечеркнулся я не слышал ни Костю, ни Александра Зимина. У меня была одна цель – убрать Джонса за шесть раундов. Убрать его я не смог, а дальше мне уже пришлось выживать. Бензин кончился, я терпел-терпел и дотерпел бы, но в десятом раунде у меня лопнул второй глаз. Я решил отказать, потому что я видел перед собой только темный прыгающий силуэт. Протираю глаз, а он стоит, улыбается, знает, что у меня рассечение. Я решил сохранить здоровье и вот судьба дала мне второй шанс.

‑ Да, есть определенные амбиции, и я думаю, что они мне по зубам. Знаете есть такой анекдот. Василий Иванович говорит Петьке. Ты, брат, едешь представлять наш полк на соревнования по боксу. Петька: «Да вы что, мне это не по зубам». Василий Иванович: «По зубам, Петька, по зубам».

‑ Подраться буду готов, а говорить с людьми, которые готовы признавать, что белое это черное, а черное это белое, нам не о чем.