Почему дела  подвисли? «Советский спорт» выясняет, как идет следствие по наиболее громким уголовным делам последних лет

В Шишлова выстрелили в августе 2010‑го недалеко от его дома. Он еще жил какое-то время, но вскоре скончался в Боткинской больнице. По факту убийства тренера-селекционера «Луча-Энергии» (именно эту должность он занимал в последнее время) возбудили уголовное дело по двум статьям – «убийство» и «незаконный оборот оружия».
Оперативники называли убийство «заказным», а близкие и друзья недоумевали, с чем оно могло быть связано.
Выдвигались версии, что это отголоски так называемого «дела Шепеля», по которому Шишлов проходил одним из свидетелей. Бывший гендиректор ярославского клуба Владимир Шепель (Шишлов являлся его заместителем) в 2010‑м был осужден на пять с половиной лет за налоговые махинации и растрату имущества. Но, как выяснилось, «дело Шепеля» тут ни при чем…
С корреспондентом «Советского спорта» связался сын Юрия Шишлова Сергей и сообщил: «Создается впечатление, что в следственном управлении по Центральному административному округу Москвы расследование убийства моего отца разваливают. Чем еще можно объяснить то, что за год дело передают уже пятому следователю? И каждый из них словно начинает его с чистого листа…».
– Лишь один из следователей, Михаил Евременков, как нам показалось, действительно пытался разобраться в ситуации, – говорит Сергей Шишлов. – По крайней мере он выходил на контакт с родственниками, говорил о возможных зацепках, которые обнаружены в ходе расследования. Словом, вселил в нас определенные надежды, что заказчиков убийства найдут и накажут. Но... пришел новый следователь, и опять тишина. Недавно дело передали следователю Роману Власову. Нам вновь остается лишь верить, что оно сдвинется с мертвой точки.
– После того как все случилось, говорили, что убийство может быть связано с «делом Шепеля».
– Да. Других версий, во всяком случае по нашим сведениям, не рассматривалось.
Хотя сомнения возникли сразу: разве профессия футбольного менеджера относится к разряду тех, из-за которых убивают? Кто-то говорил, что отец ворочал большими суммами. Могу сказать, что на момент убийства на его счету было 4000 долларов. Отец не был олигархом, банкиром, человеком, «решающим вопросы» на высоком уровне.
– В последнее время он практически отошел от профессиональных дел, связанных с футболом. Это так?
– Да. Отец лечился от рака печени. И пытался заняться бизнесом в далекой от футбола сфере. К сожалению, в силу характера, а может, из-за обострившейся болезни он не делился с нами подробностями, не рассказывал о своих планах, понимая в душе, что скорее всего им не суждено сбыться. Отсюда главный вопрос: зачем убивать обреченного человека?

– У вас есть предположения – зачем?
– Прекрасно понимаю, что не могу заменить своими предположениями деятельность следователей. Но, возможно, эти предположения смогут стать основой для поворота дела в иное русло. Года за полтора до убийства в разговорах со мной и братом отец все чаще упоминал некую Карину, руководителя компании, занимавшейся оформлением заграничных паспортов, виз. Отец сказал, что она, обладая обширными связями в деловом мире, готова (естественно, не безвозмездно) оказать ему помощь в становлении бизнеса, налаживании необходимых контактов. В какой-то момент мы узнали от отца, что немалые суммы он успел передать Карине под заверения, что 4 или 5 августа 2010 года будут совершены первые сделки в рамках их договоренностей.
– Но 5 августа произошло убийство.
– Да, все случилось накануне отъезда отца на очередной курс лечения в Израиль. Кто-то очень торопился.
– Вы общались с Кариной, о которой вам рассказывал отец?
– Через месяц после убийства Карина Абезова стала часто звонить нам. Она хотела, чтобы мы как можно скорее оформили документы на имя ее сестры на квартиру, которой владел отец.
– Как вы отреагировали?
– Были в недоумении. Тем более через несколько месяцев Карина от имени своей сестры подала иск в Никулинский суд Москвы с заявлением права собственности на квартиру. Единственным документом, подтверждающим это право, была расписка Карины, что она передала Юрию Шишлову 60 миллионов рублей в качестве стопроцентного залога за квартиру. На расписке стоит подпись отца, подлинность которой графологической экспертизой доказана не была. Первоначально судья не принял исковое заявление, посчитав, видимо, что оно недостаточно аргументированно. Потребовалось вмешательство Мосгорсуда, чтобы Никулинский суд вновь принял его на рассмотрение.
– Кстати, еще один человек, который, уверен, мог бы на многое пролить свет – бывший футболист «Торпедо» Максим Чельцов, – продолжает Сергей. – О нем как о своем бизнес-партнере в последнее время часто говорил отец. Удивительно, что сразу после убийства отца Максим исчез. Во всяком случае никто из знакомых с тех пор его не видел. Еще более удивительно то, что розыском столь важного для следствия человека практически не занимались. Дело ограничилось робкими и безрезультатными попытками выяснить номер телефона Чельцова.
– В каком состоянии расследование дела сейчас?
– Идет вялотекущий процесс. Квартира отца арестована: ни мама, ни мы с братом в права наследования не вступили. Ни о каких сделках с квартирой никто из нас от отца не слышал. Но такое дело он не мог обойти молчанием, тем более брат буквально накануне убийства гостил у отца, много разговаривал с ним…
– Я уверен, следствие должно рассмотреть все обстоятельства, сопровождавшие преступление. Но почему этого не происходит? – задается вопросом Сергей Шишлов. – Возможно, следователи не считают нужным доводить до сведения родных, как идет расследование убийства, но, судя по отсутствию каких-либо результатов, оно попросту стоит на месте.

Экс-гендиректор «Шинника» Владимир Шепель (на фото) по-прежнему находится в местах лишения свободы. Шепелю инкриминировали неуплату налогов и вменили в вину растрату имущества на крупные суммы. Сначала его приговорили к семи годам лишения свободы, а летом 2010‑го сократили срок до 5,5 года. Шепель обжаловал решение Кировского районного суда в суде Ярославской области и Верховном суде России, однако они оставили приговор без изменений.
– По отбытии половины срока можно рассчитывать на ус­ловно-досрочное освобождение. Однако летом суд отклонил наше ходатайство. Теперь мы планируем обратиться в суд с просьбой об освобождении в марте 2012‑го, когда до истечения срока нахождения под стражей останется два года, – сказал адвокат Шепеля Сергей Уваров корреспонденту «Советского спорта». Также Уваров отметил, что Европейский суд по правам человека, куда обратился Шепель, уведомил его о получении материалов. Однако когда будет рассмотрено дело экс-гендиректора «Шинника» в Страсбурге, пока не известно.

В октябре 2007 года перед матчем «Смоленск» – «Спортакадемклуб» (второй дивизион, зона «Запад») тренеру смолян Владимиру Силованову и некоторым игрокам клуба предлагали «сдать» матч.
Сотрудникам отдела по борьбе с экономическими преступлениями (ОБЭП) Ленинского ОВД Смоленска удалось опросить по факсу гражданина Иракли Гегечкори, на которого указал Силованов. Гегечкори, как заявил прокурор отдела прокуратуры Смоленской области Алексей Самсоненко, не отрицал факта присутствия на матче «Смоленск» – «Спортакадемклуб». Однако категорически опровергал, что связывался с кем-либо из представителей смоленского клуба.
Материалы по этому делу восемь раз направлялись на дополнительную проверку. Только в начале 2009 года прокуратура Смоленской области впервые согласилась с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела «в связи с отсутствием в действиях Гегечкори И.К. состава преступления, предусмотренного ст. 184 («подкуп участников и организаторов профессиональных соревнований и зрелищных коммерческих конкурсов») Уголовного кодекса России». В сентябре 2009‑го материалы дела находились на проверке в Следственном управлении при УВД Смоленской области, где их следы окончательно теряются….

В апреле 2009‑го во время матча «Рубин» – «Спартак» на секторе фанатов «Спартака» на короткое время было вывешено полотнище со свастикой и надписью: «С юбилеем, дедушка, 120». Предполагается, что дедушкой был Адольф Гитлер.
– Признаков состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом, в данном случае пока не усматривается. Только административное правонарушение за «пропаганду и публичное демонстрирование нацистской атрибутики и символики». Милиция по данному факту работает. Дело в том, что возбудить административное производство лишь по факту нельзя, необходимо установить личности тех, кто поднимал этот баннер, – говорил «Советскому спорту» и.о. прокурора Казани Марат Долгов в 2009‑м.
Личности, державшие баннер, так и не были установлены. Как не была получена правовая оценка эпизода, которую ждали в контрольно-дисциплинарном комитете РФС. С тех пор минуло больше двух лет…

В 2009 году Следственный отдел района Головинский города Москвы планировал возобновить следствие по делу об убийстве игрока «Торпедо» и «Динамо» 1980–1990‑х, впоследствии комментатора и агента Юрия Тишкова, которое произошло в январе 2003‑го.
– В Москве создана следственная оперативная группа. Она займется расследованиями убийств прошлых лет, по которым не обнаружен обвиняемый. Когда велось следствие, существовали две версии убийства. Первая – связанная с профессиональной деятельностью Тишкова. В России у него было удостоверение агента под первым номером. В ходе проверки той версии опрашивали гендиректоров клубов премьер-лиги. В том числе «Спартака» и ЦСКА. Впрочем, не думаю, что убийство связано с профессиональной деятельностью. Оно было жестоким. Скорее это хулиганство, – отмечал в интервью «Советскому спорту» руководитель Следственного отдела района Головинский САО города Москвы при Следственном комитете Генеральной прокуратуры РФ по городу Москве Василий Кузнецов в 2009 году.
Однако, очевидно, следствие по делу об убийстве Тишкова так и не возобновили. «По крайней мере мне об этом ничего не известно. Как я слышала, сменился следователь, который вел это дело, после чего все стихло», – сообщила Галина Григорьевна, мать Юрия Тишкова.

P.S.Как видно, процент раскрываемости дел, мягко говоря, не слишком велик. При том что все это резонансные дела, о которых много писали в прессе. Нетрудно представить, какова ситуация с обычными, если так можно выразиться, делами. Пожалуй, до логического конца доведены только «дело Шепеля» (осужден на 5,5 года) и «дело Свиридова» (все участники драки на Кронштадтском бульваре будут, по всей видимости, осуждены). А сколько вопросов навечно повисли в воздухе… Кто держал флаг с фашистской свастикой в Ярославле в 2006‑м на матче «Шинник» – «Спартак»? Почему никто не ответил за оскорбительный баннер («11‑й номер только для Тихонова. Обезьяна, убирайся домой») и скандирование в адрес Веллитона в 2007‑м в Самаре? Отчего не названы имена тех, кто держал баннер, оскорбляющий Льва Яшина, в Питере в 2008‑м? По каким причинам заглохли поиски болельщика, кинувшего банан в Роберто Карлоса в Самаре 2011‑м? Первый попавшийся, как мы помним, доказал свою невиновность. Вопросы, вопросы… И почему-то крепнет уверенность, что ответов на них мы никогда не получим.