Президент Союза альпинистов и скалолазов: Вряд ли кого-то откопают живым

- Совершенно верно. Завалило базовый лагерь – никогда такого не было. Туда только пыль (снежная – прим. ред.) доходила от лавин. А сейчас в нем собрались небывало много народа - тысяча человек. Прибавились те, у кого в прошлом году из-за катастрофы сорвалось восхождение - им разрешили их «пермиты» (разрешения – прим. ред.) использовать в этом году.

- Да, в апреле, когда обработка была маршрута на леднике, сошла слева лавина, и погибли 16 человек – шерпы, которые готовили маршрут (вешали лесенки, веревки). И тогда прекратили все восхождения, а пермиты перенесли на этот год. Потому что стоит это разрешение большие деньги - 10-11 000 долларов на человека. Все эти люди вернулись в этом году, соответственно базовый лагерь разросся во все стороны и, видимо, совсем близко подошел к самому леднику Кхумбу. После прошлогодней трагедии решили обрабатывать Кхумбу не слева, а по центру – пусть там труднее подниматься, но подальше от лавинных сбросов. Но землетрясение все перепутало.

- Бывало, что откапывали через четыре часа живыми, но в пылевых (снежных – прим. ред.) лавинах. А на Кхумбу - это лед, поэтому вряд ли кого-то откопают живым.

- Естественно! Когда только растает сама собой эта масса льда.

- Да их никто из альпинистов не носит. И если бы я там был, тоже никакой маячок бы не брал. Зачем он нужен на такой высоте! Там, где действительно могут сходить лавины, лавиноопасные склоны – маячок нужен. Прежде всего на Манаслу. Там склоны очень лавиноопасные. А здесь же опять-таки ледовые сбросы. Ну, найдут тело по этому маячку. Под ледовыми сбросами вряд ли останешься жив. Для нас особенно на больших высотах они не нужны. Не случайно тот же Букреев (Анатолий – прим. ред.) ходил на Аннапурну и никогда никаких маяков не брал. Хотя вес у них небольшой. Но не берут их еще и по психологическим причинам (из-за суеверий – прим. ред.). В общем 99% альпинистов высотников не имеют их.

- Но с Юга ведь никто на Эверест из наших не идет! Идут на соседние небольшие трекинговые вершины – Айленд Пик (6160 м) и на Лобуче (6119 м). Это шеститысячники, легкие, двоечные маршруты – сложность 2А, 2В. Они туда поднимаются не через Кхумбу.

А группа (Абрамова – прим. ред.), которая идет на Эверест с Севера – там никакой опасности лавин нет. Лавины могут сойти только с Северного седла. Кстати в лагере АВС (передовом – прим. ред.) сантиметров тридцать снега - необычайно много. Поэтому с Северного седла могли сойти лавины. Но наши то ребята даже до АВС еще не дошли, должны были только сегодня прийти туда по плану.

- Сначала базовый ВС, потом лагерь на 5800 метров, потом передовой АВС (6400 м, туда доходят яки), дальше лагерь на Северном седле, потом на 7800 метров и штурмовой – на 8300.

- Конечно. Во-первых, заплатили слишком большие деньги (каждый порядка 50 000 долларов – прим. ред.). А с точки зрения моральной и этической… Они же не с Непальской стороны поднимаются! Если бы поднимались оттуда, я бы сказал: надо прекращать восхождение и спускаться. Но они же не знают даже, может быть, какие разрушения произошли в Непале. На Северном склоне – тишь, гладь да божья благодать. У них даже мысли не возникнет прекращать восхождение. А те, кто поднимается с Юга… Правительство Непала может принять решение: закрываем и вниз всем! Представляете себе, как трудно сейчас оттуда добраться до Катманду. Ведь надо из Луквы лететь, а летают ли туда сейчас самолеты? Можно, конечно, из Луквы спуститься за три дня до автобусов, но ходят ли автобусы? То есть проблем – будь здоров! Одна надежда на нашу МЧС, которая прилетит, чтобы вывезти из Катманду тех, кто ждет в культурном центре – человек пятьдесят набралось.

- Я ходил на такие трекинговые вершины. Это стоит не так дорого - без билета 1500 долларов примерно с человека. И пермит на четырех всего 340 долларов.