«Мы пойдем до конца – пока всех не оправдают». Адвокаты Кокорина и Мамаева – о вердикте Мосгорсуда

- По какой статье отменили наказание? – вопрос адвокату Александра Кокорина Татьяне Стукаловой.
- Отменено наказание по статье 213 в отношении Александра Протасовицкого, Кирилла Кокорина и Павла Мамаева в эпизоде с потерпевшим Денисом Паком. Что касается Александра Кокорина, то приговор не поменялся. То есть, Мосгорсуд не последовал указаниям вышестоящей инстанции и оставил все как есть. Это вынуждает нас обжаловать этот приговор в кассационной инстанции, чтобы найти там истину. Вышестоящие органы подробно в этом разобрались, дали конкретные указания, и, тем не менее, по эпизоду с водителем Виталием Соловчуком, для которого кассационная инстанция подробно расписала, что вина Кокорина не доказана, приговор остался в силе.
Мы рассчитывали на то, что Мосгорсуд последует указаниям вышестоящей инстанции, но... Хорошо, что у нас есть возможность обжалования. Мы пойдем до конца.

- Александру сообщали итоги сегодняшнего заседания?
- Еще нет. Но мы уверены в том, что справедливость все равно восторжествует. В кафе был конфликт, спровоцированный потерпевшей стороной, а хулиганство подразумевает беспричинность.

- По моему мнению, в отношении Мамаева Мосгорсуд сегодня вынес половинчатое решение, - заявил адвокат Игорь Бушманов. - Павел оправдан по одному из тяжких преступлений, которое ему вменялось. Это часть 1 статьи 213 (хулиганство), по которой было назначено лишение свободы в колонии общего режима. Что касается двух других эпизодов: по одному мы просили оправдать Павла, а по другому переквалифицировать статью. Тут оставлены прежние приговоры – 10 месяцев исправительных работ и по совокупности один год исправительных работ с удержанием 10 процентов дохода. Но суд освободил Павла от отбывания этого наказания, поскольку решил, что лишение свободы более сурово. Такие же наказания постановлены в отношении Кирилла Кокорина и Александра Протосовицкого. Таким образом, Мосгорсуд не последовал четким предписаниям вышестоящего кассационного суда, где было расписано, что по первому эпизоду нужно четко определиться, кто и какие действия совершал, и правильно их квалифицировать. Если Мамаев говорит, что причинил легкий вред здоровью исходя из другой мотивации, то надо правильно квалифицировать его действия.
По третьему эпизоду с побоями в отношении Сергея Гайсина также не были выполнены указания вышестоящего суда. Поэтому, несмотря на оправдательный приговор, у нас есть все основания для дальнейшего обжалования. Хотя мы предполагали, что сегодняшнее заседание поставит жирную точку в этом судопроизводстве. Это элементарное дело растягивается, к сожалению, на длительное время. И еще неизвестно, сколько потребуется времени для вынесения законного  и обоснованного решения. Возможно, все точки будут поставлены в кассационной инстанции. Или Верховному суду придется разбираться с этим простым и элементарным делом, которое посильно даже для студента второго курса.

- В связи с тем, что у Мамаева появляется право на реабилитацию по части статей, которые отменили, вы будете этим пользоваться или подождете решения Верховного суда?
- У оправданного лица есть право на реабилитацию, и оно сегодня было разъяснено. Мы эти вопросы не обсуждали, и это преждевременно, поскольку надо добиться окончательно законного и обоснованного решения по этому делу. Сейчас нам предстоит кассационная инстанция. Там достаточно грамотные судьи, и они свою позицию уже выразили. Я не думаю, что она существенно поменяется исходя из сегодняшнего решения. Кассационная инстанция могла и самостоятельно исключить из обвинения троих осужденных части 1 статьи 213 и оправдать их, но недаром она направляла дело в Мосгорсуд.
Хотел бы отметить, что те составы, по которым Мамаев был осужден, вообще не предусматривают меры пресечения в виде заключения под стражу. Мера пресечения избиралась исходя из подозрения, а потом обвинения в совершении тяжкого преступления – хулиганства. Как выяснилось, второй части статьи 213-й статьи нет, суд перешел на часть 1, а теперь вынес оправдательный приговор. То есть, содержание под стражей изначально было незаконным. Соответственно, то наказание, которое сегодня назначили, не было связано с лишением гражданина свободы. Оно могла быть отбыто по месту их работы.
Право реабилитации предусматривает компенсацию морального и материального вреда. Мы можем обратиться с иском к казне РФ в течение трех лет после постановления итогового решения. Сегодня приговор вступил в законную силу. А вопрос о компенсации нужно задавать лицу, которое было оправдано.

- Это примерно какая сумма?
- Мы не счетоводы, и не наша задача считать чужие деньги. Вопрос в том, будет ли кто-то обращаться по этой теме. Это пока неизвестно. Мы не обсуждали это с подзащитными. Для ребят было важно добиться законного и обоснованного решения. Но уже прошел четвертый суд, а окончания дела нет. Будет пятый тайм. Это не какие-то происки адвокатов, а желание наших подзащитных добиться законного решения в отношении всех четверых.

- Что имеете в виду под пятым таймом?
- Было четыре процесса: первая инстанция, апелляционная инстанция, кассационная, опять апелляционная и теперь снова идем в кассацию.

- Когда будет поставлена точка?
- Когда по каждому эпизоду будет принято единственно правильное решение. К преступлению против Соловчука, кроме Мамаева, никто не причастен. По эпизоду в кафе ни посетители, ни официанты не признаны потерпевшими. А если не признаны, то не должно быть уголовного дела. По эпизоду с Гайсиным - у того диагностирована осаднение нижней части губы. Он мог сам прикусить губу. А это одновременно вменяется и Мамаеву, и Протасовицкому. Никакой 116-й статьи тут, конечно, нет. И оба наших подзащитных должны быть оправданы.

- То есть, вы будете обжаловать решение?
- Частично наши требования были удовлетворены. Все, кроме Кокорина, оправданы по тяжкому составу преступления. Но есть все шансы дальше обжаловать это и получить законный приговор в отношении всех четверых.

...Напомним, что Кокорин и Мамаев были осуждены в 2019 году за участие в драках в центре Москвы в октябре 2018-го. Оба провели почти год в СИЗО и колонии белгородской области - и вышли по УДО осенью прошлого года.