ДМИТРИЙ ТАРАСОВ. «Беседа с Семиным решила всё…»

ДМИТРИЙ ТАРАСОВ. Минувший сезон был, пожалуй, скуп на открытия.

Одно из немногих – Тарасов из «Москвы», он даже получил вызов от Хиддинка в сборную. Неудивительно, что за 22-летнего полузащитника разгорелась нешуточная борьба на трансферном рынке. Его окончательный выбор пал на «Локомотив».

Корреспондент «ССФ» встретился с Дмитирием темным вечерком на турецком сборе «Локо» и расспросил о свежих впечатлениях.

…Мне с ходу не удавалось «разогнать» интервью. Собеседник все время косился на свой мобильник, на экране которого в который раз высвечивалось: Илюха Горшков.

– Друг хороший звонит, можно я отвечу?.

Поговорив с Илюхой, Тарасов пояснил:

– Мы с ним вместе в спартаковской школе учились, только он на год старше. Шутит: мол, после того как я оказался в «Локомотиве», так взлетел высоко, что теперь могу трубки и не снимать. Да нет, Илюха, все проще – в свободное время обязательно встретимся, пообщаемся.

– Слышал, вы отдыхали компанией на Маврикии со спартаковцем Федором Кудряшовым. Вас так же связывает давняя дружба?

– Ага, она уже переросла в семейную. С Федей познакомились в «Спартаке». Он приехал из Братска, это в Сибири, и поначалу ему было не слишком уютно в Москве. Я его поддерживал. Помню, даже в кино вместе ходили, чтобы ему одному не было скучно. Федя однажды сказал: «Это, наверное, редкость – такого друга в Москве найти». В общем, я постарался сделать так, чтобы наш город показался ему теплее.

– С чего начался футбольный путь Димы Тарасова?

– Мой отец – военнослужащий, но отдать меня в армию не грозился. На спортивные достижения настраивал. И не только меня. Собирал ребят; в подвальных помещениях организовывал секции по боевым искусствам. Я, например, постиг азы карате.

– Случались ситуации, когда приходилось постоять за себя?

– Вообще-то я человек неконфликтный. Но, видимо, в этой жизни трудно избежать разборок. Когда в Томске играл, пара инцидентов с болельщиками случилась. Проводим неудачную игру, выходим из раздевалки расстроенные, как говорится, «на эмоциях». И вдруг на тебя поток брани. «Тарасов, ты не бегаешь, не бьешься, посмотри на Климова, ему почти 40 лет, и как он играет! Вали обратно в Москву!». И еще порция оскорблений. Понятно, люди переживают за команду, но я считаю, что они не имеют права так резко высказываться в адрес футболистов. Тем более что некоторые из «правдорубов» в нетрезвом виде. Хорошо, что жена меня успевала сдерживать.

– Неужели вы медленнее Климова?

– Я сравнивать не стану. Если откровенно, я далеко не суперспринтер. Да и моя позиция на поле предполагает немного иные функции.

– Но у вас в «Томи» были и хорошие матчи.

– Иду к шлагбауму, где меня такси дожидается. Те же личности ожидают. «Хорошая игра, Дима! Молодец! Красавец!». И в Москву уже не просят возвращаться. Помимо общения «в реале», существуют еще и мнения из виртуального пространства. Пообщаешься с прессой после матча, а вскоре звонят друзья, смеются: «Почитай отклики к своему интервью». Я читаю иногда, глаза на лоб вылезают. Читатели у нас острословы хоть куда.

– Фанаты «Москвы» вряд ли встретят вас по-доброму…

– На прощание они мне «подарили» шарф «Локомотива». Я выходил из раздевалки, они его к ногам швырнули. Я, правда, шарфик этот сначала не заметил, но знакомые подсказали: вернись, там тебе презент оставили. Еще фанаты кричали: «Предатель! Иуда!». Неприятно. Злость берет, обида…

– Луишу Фигу, когда ему свиную голову подкинули, было еще хуже.

– Да я считаю, настоящее это свинство – свиные головы швырять и все остальное. Футболист, что, не имеет права на выбор, на профессиональный рост? Я этого не понимаю. Футболист один, а с разных сторон толпа что-то кричит. Ну пусть кто-нибудь вперед выйдет, выскажет претензии один на один. Поговорим.

– Вас такое отношение расстраивает, а вот Александр Самедов умеет получать от этого удовольствие.

– Саша правильно себя настраивает. Во время матча со «Спартаком», когда ему кричали, терпел, даже улыбался. Так и надо – на агрессию отвечать улыбкой. Это часть нашей профессии – срываться нельзя.

– Кроме папы, в вашей семье кто-то связан со спортом?

– Нет. Мама, Ольга Александровна, работала до недавнего времени в универмаге «Первомайский». Когда я начал зарабатывать, попросил ее уйти с работы. Сейчас она помогает нам по уходу за ребенком. А старшая сестра раньше занималась пением. Она даже участвовала в вокально-инструментальном ансамбле. Меня на репетициях и заставляли аккомпанировать – в такт бить по треугольничку. А однажды на концерте я спел песню об оловянном солдатике.

– Умилила история, как ваши родители донашивают на даче спартаковские костюмы.

– А что, они качественные, удобные, долговечные. В них комфортно делами заниматься. Правда, я не хочу, чтобы родители грядки вскапывали. Их не переубедишь – любят на участке повкалывать. А потом – спина болит, еще что-то. С другой стороны, глаз радуется, когда на столе свое, а не покупное: лучок, чесночок… У нас дача недалеко от базы «Москвы» в Мячково, я несколько раз после тренировок заезжал на шашлык. Теперь не получится – Баковка совсем в другой стороне.

– Врезалось в память, как с вами Владимир Федотов на базе в Тарасовке индивидуально работал. Симпатизировал?

– Не от Владимира Григорьевича услышал, а от тренеров дубля: он меня в основном составе «Спартака» видел. А мне Федотов говорил: «Все будет хорошо, давай-давай». Как-то раз перед матчем с ЦСКА привлек меня в основу на весь недельный цикл. Но с теми спартаковцами, что журналисты окрестили пионерским отрядом, мне пробиться не удалось.

– Вы признавались, что уступали в мастерстве многим партнерам по дублю. Какие были упущения?

– Была какая-то неуверенность при работе с мячом. Терял мяч, «накрывали» меня. Видение поля оставляло желать лучшего. Это злило, я приходил домой в плохом настроении и спрашивал совета у отца. «Перетерпеть надо», – говорил он. И действительно перетерпел… Моим футбольным учителям хочется сказать спасибо. Белкину Сергею Анатольевичу, Королеву Анатолию Федосеевичу.

– Тот самый Королев, подаривший нам Титова? Жестковатый, говорят, в обращении.

– А Федосеич так и говорил: обижайтесь-обижайтесь, а потом «спасибо» скажете. Доставалось от него прилично.

– Несостоявшегося железнодорожника Александра Алиева помните по спартаковской школе? Говорят, трудный характер был у подростка.

– Александра помню прекрасно. Но мы лишь здоровались, не более того. Я часто оставался в манеже в Сокольниках смотреть матчи с участием старших ребят. До сих пор перед глазами игра с ЦСКА и мощный удар Алиева с 35 метров в самый угол ворот.

– О вашем уходе из «Спартака» будем говорить?

– Надоело. Опять вопросы про Шавло? Про предложение уехать из «Спартака» в Эстонию? Довольно. Ушел и ушел. Надо смотреть вперед.

– Вы часто напоминаете о своем агенте Олеге Артемове. Он так много значит в вашей жизни?

– Получилось так: как только он появился, у меня нормализовались дела, и я уехал в «Томь». У нас с Олегом дружеские отношения, перешли на «ты». Он часто звонит: «Приезжай, посидим, пообщаемся». Даже в новогоднюю ночь встречались. Состоялся бы я без Артемова – еще вопрос. Какой-то специалист давал интервью и сказал: «Если бы не Артемов, то не было бы футболиста Тарасова». Мне, конечно, хочется возразить: не затерялся бы! С другой стороны, можно привести множество примеров, когда талантливые ребята неожиданно исчезали из поля зрения или вообще заканчивали с футболом.

– В какой момент точно решили: ухожу из «Москвы»?

– После завершения чемпионата. У нас было командное мероприятие, банкет. Попрощался со всеми, «спасибо» сказал. Божовичу признался, что перейду в другой клуб, а вероятность этого события – 99 процентов.

– Кстати, о процентах. Какова доля заслуг Божовича в успехе «Москвы»?

– У кого-то может быть десять, а у Божовича все 60. Футбол – дело общее, но от тренера в «Москве» зависит очень многое. Не стоит подчеркивать лишь его заслуги в создании коллектива, умении выстроить добропорядочные отношения. У Миодрага своя методика. Все делается по уму, и команда играет. Мне кажется, он вряд ли станет рассказывать о своих ноу-хау. И еще ошибка, что его преподносят эдаким добрячком. Он разный. И добрый бывает, и злой.

– Прямо как Семин…

– Мне понравилось все, что Юрий Павлович сказал мне перед подписанием контракта. Та беседа и повлияла на окончательное решение.

– В чем отличительные особенности предсезонки «Локомотива»?

– Работа начинается без раскачки. Сразу мощная нагрузка, большие объемы работы.

– Правда, что Юрий Павлович на теоретических занятиях подверг тщательному изучению полуфинал прошлогодней Лиги чемпионов между «Челси» и «Барселоной»?

– Да, ответный матч, который завершился вничью – 1:1. Мы рассматриваем игру с позиции «Барсы». Она больше атакует. Подмечаем для себя тактические ходы. Каждый из нас больше внимания обращает на игрока схожего амплуа, как бы представляет себя на его месте.

– Кто вы, признавайтесь!

– Выходит, что Хави.

– Бытует мнение, что в зоне опорника у «Локомотива» незаменимым является Томислав Дуймович.

– Первое: незаменимых не бывает. Второе: возможны разные схемы игры. Я надеюсь выступать в основном составе и на той позиции, на которую укажут.

– «Москву» разобрали как новогоднюю елку. Ей предстоит борьба за выживание?

– Я буду переживать за «Москву», за Божовича. И не думаю, что команда утратит свои позиции. Руководство подыщет усиление, а Миодраг сколотит новый коллектив.