Главный тренер «Анжи» Гаджи Гаджиев: Наш общий враг – «барбосы»!

Спецкор «Советского спорта» взял не совсем обычное интервью у почтенного наставника «Анжи». Мы говорили о правилах хорошего тона, принятых в Дагестане, об известном бойкоте футбольных матчей на Кавказе и даже о лезгинке, которую иногда танцуют на Манежной площади. Гаджи Гаджиев знает, как добиться примирения между столичными и кавказскими фанатами, а также предложил свой способ наказания самарского «бананщика», безуспешно разыскиваемого полицией.

Гаджиев всегда ассоциировался у меня с вдумчивым аналитиком. Да и не найдется в нашем футболе тренера опытнее – в этом году Профессор, как за глаза называют его в «Анжи», отмечает 50-летний юбилей трудового стажа. Нынешней профессией он занялся еще в 16-летнем возрасте (!), будучи хасавюртовским школьником. Но под конец очередного австрийского вечера Гаджиев явно устал от теории – сначала читал лекцию основному составу, затем резервному. Поэтому наша беседа от теории плавно перешла к злободневным темам. Гаджиев искренне переживает из-за того, что болельщиков из разных регионов, как он сам выражается, стравили друг с другом. Это интервью – своего рода обращение к ним, просьба задуматься…

Для начала рассказ о том, как воспитывают на Кавказе, с примерами из собственной юности. Я слушал и редкий раз вставлял вопрос…

— Мать всегда говорила: самое хорошее мы должны оставить для отца и гостей. Потому что отец — инвалид войны. А гости – всегда самые дорогие люди. В шкафу лежат конфеты, но их нельзя трогать, иначе, когда придут эти самые гости, нечего будет поставить на стол. Конфеты после войны, и не только они, были большим дефицитом. Мое детство, прошедшее в послевоенное время, вообще было тяжелым.

Для детей (а рос я в Хасавюрте) существовали строгие правила. Когда в дом приходят гости, мы должны поздороваться с ними, а затем покинуть помещение, в котором собираются общаться старшие. Если появляемся в этой комнате, значит, возник какой-то неотложный вопрос.

Мы не имели права сесть за стол до тех пор, пока не присядут старшие. Не могли сидеть, если старшие стоят. Недопустимой считалась демонстрация плохого настроения, а тем более конфликты друг с другом в присутствии гостя. Допустим, мать нас ругает – нашалили — и в этот момент раздается стук в дверь. Все, молчок! Гостя обязаны встретить улыбкой.

И еще правило горцев – на случай, если в дом пришел кровный враг. Даже его надо принять как дорогого человека. Пока он находится у тебя в доме – он находится под твоей защитой.

Но в современности далеко не все эти правила соблюдаются.

— Московские фанаты, поддержавшие бойкот, жалуются как раз на негостеприимство. Говорят, камушками в Махачкале закидывают.

— Послушайте историю. В прошлом году в Махачкалу приехали болельщики ЦСКА. Наши встретили их душевно — отвезли на море, накормили, напоили. Вечером – матч. «Анжи» ведет в счете, но в итоге проигрыш. Наши организованные болельщики приняли поражение с достоинством. Но какие-то «барбосы», смотревшие игру с крыши недостроенного дома по соседству, бросили в автобус камнем. И все усилия, направленные на то, чтобы между болельщиками завязались отношения, из-за этих хулиганов пошли насмарку! Хотелось бы, чтобы болельщики осознали: не враги они друг другу, а вот такие «барбосы» – провокаторы. Они есть в любой среде, не только в околофутбольной.

Силовые структуры должны разделить ответственность за подобные инциденты. Если бы работали получше, то эту шпану давно бы осадили. Впрочем, для начала нужна правовая основа. Ждем закона о болельщиках.

— Чем объясняете всплеск агрессии на трибунах?

— Проблема фанатов возникла не вчера и не сегодня. Это процесс длительный. Уже давно фанаты сбивались в группировки, набранные из ультрас, — чтобы морды бить, а не футбол смотреть. Потом появились фашисты. А реакции со стороны властей не было. Казалось порой, что на фанатскую среду не только глаза закрывали, но и пособничали! Вот мы и получили «показательный» сезон.

— Как реагируете на известный бойкот выездов в кавказский регион? Всего лишь забава или серьезный надлом в отношениях?

— Понять бы, кто стоит за этим бойкотом. Это главное. У тех, кто продвигает акцию, имеются большие идеологические консультанты. Происходящее наводит на мысль, что кто-то пытается реализовать часть плана по развалу России. Если же у бойкота нет политической основы, то в таком случае через полгода он сойдет на нет. В данной ситуации руководство РФС предпринимает верные ходы – Сергей Фурсенко, как я знаю, собрал лидеров фан-движений, пытался навести мостки между ними. Но этих мер со стороны только лишь РФС, полагаю, недостаточно.

— Вам нравится нынешняя дагестанская молодежь?

— Не отношусь к тем людям, которые твердят: вот раньше молодежь была лучше. Понимаю молодых ребят, вероятно, в силу того, что постоянно занят ими в футболе. Может, и потому, что у меня двое малышей — пять с половиной и три с половиной года.

А молодежь везде меняется — и в Москве, и в Дагестане. Неизвестно, где она изменилась сильнее за последние годы. Чувствую, что все больше молодых людей волнуют не человеческие, а материальные ценности. А по мне – наоборот, личные качества самые важные. Что за человек: достойный ли мужчина, гражданин?

— У столичных фанатов есть претензия: молодые дагестанцы любят танцевать на Манежной площади и других открытых площадках. В дни выездных матчей «Анжи», как рассказывают, подобное происходит нередко.

— То, что на Манежке танцуют лезгинку, неправильно. Когда приезжаешь в гости, надо соответствовать местным устоям, да и вести себя скромнее. Но я не могу понять: какие могут быть претензии к танцу? Мои русские товарищи к нему всегда проявляли интерес. А на улицах Дагестана во времена моей молодости часто слышались русские народные песни. Шли люди с гармошкой, пели: «Ой, цветет калина в поле у ручья…». И сегодня поют. За последние десятилетия народы Дагестана ментально стали ближе к русским, это давно одно целое. На сегодня как минимум половина жителей Дагестана мыслят на русском, а говорят почти все. Но кто-то словно подталкивает нас к конфликтам. И попытка раскола исходит вовсе не из сердец обычных людей. Хотел бы, чтобы болельщики задумались над этим.

— Когда, по-вашему, началась та самая «попытка раскола»?

— Мое мнение – с распадом Советского Союза. Проводили ведь референдум среди населения страны: быть Союзу или не быть? Народ большинством ответил: быть! Но страну все равно развалили. И сегодня мы имеем некоторую разобщенность с украинцами, белорусами... Мне, человеку старшего поколения, тяжело и грустно сравнивать ту эпоху и нынешнюю – как дружно жили тогда и что случается сегодня.

— Вспомним о самарском «бананщике». Можете представить встречу с ним?

— Смех смехом, а этот вопрос обсуждался. Есть один старый прибалтийский фильм. По сюжету герой возмущается: «Мне поесть нечего!». Полицаи его отловили и дали сразу десять тарелок каши. Может, нашего «бананщика» следует угостить 500 бананами – пусть наестся ими досыта?

После этой истории я не изменил своего мнения о Самаре. Тамошний болельщик – один из самых интеллигентных. Обстановка на трибунах дружелюбная. Для Самары это норма.

Также Гаджи Гаджиев высказался по текущим сугубо футбольным вопросам.

— Считаю, у Гаджибекова, Тагирбекова, Агаларова есть неплохие задатки и возможность оказаться в сборной. Нельзя сказать, что они прямо сейчас готовы. Но вырасти – способны.

Гипотетически можно рассуждать о том, что мы сумеем пригласить уже состоявшегося игрока сборной России. Найти слова и доводы, чтобы убедить его перейти к нам. Потому что сегодняшний «Анжи» – клуб с большими возможностями, где игрокам создают приличные условия для роста.

— Тренеры защищены контрактами, где, как правило, на случай отставки все прописано. Увольнение тренера – явление, можно сказать, рядовое. Но это совершенно ненормально, когда одна отставка следует за другой. Это, как правило, признак невысокого профессионализма лиц, отвечающих за выбор главного тренера. Как вершина этого процесса – абсурдное увольнение Юрия Красножана.

— В преддверии этого сезона мы просматривали игроков более низкого уровня по сравнению с теми, кого желаем сейчас. У нас не было серьезного финансирования, отсутствовала селекционная группа. За это направление отвечал один из тренеров. Впрочем, это не помешало составить свою картотеку на футболистов.

Вот новобранец Балаж Джуджак. Мы давно его вели, посмотрели множество игр с его участием. Но не имели возможности пригласить. Сейчас она появилась.

— Роберто Карлос — инициатива исключительно Сулеймана Керимова. Но при этом он все равно посоветовался с нами. Мы обсудили плюсы и минусы такого приглашения. Плюсов оказалось больше. Даже там, где мы их не ожидали. Оказалось, Роберто Карлос – консолидирующая фигура. Все его поступки просты и понятны. Он не оратор и не стремится выделить себя в коллективе. Он просто ему верен. И в этом его сила.

В приглашении игроков не все решают деньги. Надо уметь и договариваться. В этом плане руководству клуба многое удается. Ведь хорошо известно, что многие игроки отказываются приезжать в Россию, хотя платят у нас больше, чем в ряде других стран.