Гражданин фанат. «ССФ» поговорил о футболе с Михаилом Ефремовым

– Чей «Чемодан» будет, Михаил? Не ваш, часом?
– Не-не! Не мой! Олега Меньшикова. Капитана нашей артистической футбольной команды, к слову. Да, у многих моих друзей и коллег свои рестораны и прочие заведения общепита: у Феди Бондарчука, Степана Михалкова, Антона Табакова, Жени Митты и Никиты Высоцкого… Хожу к ним столоваться. А сам с бизнесом не дружу. Это наследственное.
Есть семейное предание, как моя бабушка, Анна Алексеевна Некрасова, балерина, а потом – профессор ГИТИСа и режиссер Центрального детского театра, во время Великой Отечественной войны отправилась на рынок, вознамерившись обменять одежду на что-нибудь съестное. Дело происходило в эвакуации, жрать было нечего, все жили впроголодь. И вот Анна Алексеевна решила показать хватку и сноровку. Подошла к тетке, продававшей редиску, и спросила: «Почем пучок?». Та ответила: «Двадцать пять копеек, дамочка». Бабушка минуту подумала и выдала коммерческое предложение: «А три за рубль пойдет?».
Сторговала, называется… Вот так и я.
– Даже не пробовали?
– Не знаю, можно ли назвать бизнесом то, чем занимался у гостиницы «Космос» до призыва на службу в армию…
– И чем же?
– Менял рубли на валюту у одних иностранцев и продавал ее другим. Утюжил в легкую.
– Незаконные валютные операции!
– Верно, 88‑ю статью еще не упразднили… Но суммы-то были мизерные. И наваривали мы крохи. Брали баксы у буржуев, сбрасывали братьям-социалистам – полякам, югославам, венграм… Наверное, современной молодежи даже не понять, о чем толкую. Время изменилось разительно!
Тем не менее факт: больше бизнесом я не занимался. Не мое. Если бы вдруг полез, сильно дергался бы, переживал. А у меня и без того профессия нервная, на разрыв аорты, как говорится. Да и, честно сказать, большими накоплениями, которые можно было бы вложить в дело, не располагаю. Расходов много. Недавно вот в новую квартиру въехали, деньги на покупку улетели. Надо опять зарабатывать, подушку безопасности создавать. Зато перебрались в арбатские переулки. Раньше-то жили не в центре, на улице Ефремова.
– Кого, извините?
– Михаила Ефремова.
– Вашего имени?! Не пугайте меня.
– Не моего, а тезки. Правда, он Григорьевич, а я Олегович. Был такой командарм времен Великой Отечественной. В начале 1942 года попал в окружение под Ржевом, Сталин присылал за ним самолет из Москвы, но Михаил Григорьевич отказался бросать солдат, сражался до последнего, а потом застрелился. Немцы похоронили его с воинскими почестями. Недавно Ефремова отпевали в храме, чего обычно не делают для самоубийц, но тут Церковь посчитала, что человек бился за родину и погиб в бою. Вот на улице, носящей его имя, мы и жили последние несколько лет.
– Красиво звучит: Ефремов с улицы Ефремова!
– Знаете, когда собрались переезжать, нам предложили выбор: квартира на улице Кооперативной – с балконом и на третьем этаже или – на улице Ефремова, но без балкона и на втором. В итоге пожертвовали балконом… Сейчас, правда, нам стало там тесно, потребовалось новое жилье. У меня ведь семья все увеличивается и увеличивается….
– В последнем браке у вас трое детей?
– Да, а всего – шестеро.
– Отец-герой!
– У телеведущего Владимира Соловьева, по-моему, семеро. У певца Олега Митяева, кажется, еще больше. Есть на кого равняться! Считаю, чем больше детей, тем лучше. Это главное чудо, которое происходит с нами в жизни. Оп-па – человечек родился, фи-и-гак – он уже вырос… И, что поразительно, ведет себя, засранец, как и я когда-то в юности! Порой стыдно на это смотреть, узнавать себя в детях!
– Вы про старшего – Никиту?
– И про Николашу. Каждый взрослеет по-своему, но оба умудряются повторять какие-то мои ошибки.
– Яблоки от яблони.
– Ну да. Наверное, по-другому нельзя…

– Я, собственно, хотел обратиться к вам, Михаил, как к гражданину.
– Тут вы правы, по поэтической части у нас Быков. За мной – художественное исполнение. С присущим моменту гражданским чувством. Если надо, могу и паспорт предъявить.
– Полагаю, российский?
– Другого не имею. Я и его-то теряю время от времени. Такое случалось, чтобы не соврать, раз пять. А может, и больше. Со счета сбился. Паспорта у меня периодически пропадают, техника, когда прикасаюсь к ней, вырубается... Такой вот я человек, рассеянный и несобранный. Самое противное восстанавливать потом документы. Это ужасно! Однажды месяца два жил по справке об утере из милиции. Даже на съемки по ней летал…
Так что ношу в кармане паспорт с двуглавой птицей, хотя, не скрою, не отказался бы от британского льва с единорогом или, скажем, от американского белоголового орлана.
– Непатриотичное заявление!
– Зато чувствовал бы себя гораздо более защищенным, нежели сейчас. Кажется, Черчилль сказал, что патриотизм – последнее прибежище негодяя. Как можно бить себя кулаком в грудь и кричать о любви к России, если она с собой разобраться не может? Я сорок восемь лет прожил на белом свете, из них честных было два или три, не больше. В остальное время государство врало нам, эксплуатировало, подставляло. Да и мы поступали под стать – воровали, что плохо лежало, пили да кутили. Эту страну лечить надо! Стыдно так жить в XXI веке…
Спорт, кстати, то немногое, чем Россия еще может по-настоящему гордиться. Не ядерной же бомбой, правда? При всей своей оппозиционной настроенности признаю: домашний чемпионат мира по футболу 2018 года – это реально крутое достижение! Уж не знаю, каким макаром нам удалось заполучить первенство планеты, тем не менее снимаю шляпу.
– Теперь бы не облажаться при подготовке.
– Это второй вопрос. Не сумеем сами построить стадионы – Запад поможет. Надеюсь, придут серьезные компании, которые нельзя купить откатом. Воровать начнем без меры – Интерпол подключат. Заодно, глядишь, и коррупцию нашу почистят, давно пора навести порядок с ребятами, потерявшими страх и совесть. Думаю, и спорту нашему это пойдет на пользу, к нему много всякого прилипло за последнее время.
Говорю об этом как болельщик, наблюдающий за происходящим со стороны. Сам я, сказать по правде, даже утреннюю зарядку не делаю. В этом году и футбол забросил. Надеюсь, выпустим с Гариком Сукачевым спектакль «Анархия» в «Современнике» – и вернусь в строй.
– За кого играете? Не на сцене – на поле.
– Вот же фото нашего капитана, на стене, – Олега Меньшикова. Время от времени собираемся в «Лужниках» и гоняем мяч.
– С кем сражаетесь?
– Синие против желтых. Состав меняется, кто-то уезжает на гастроли, другие заняты на съемках, но капитан старается не пропускать матчи. Могу ошибаться, но, думаю, Олега к футболу приобщил Никита Михалков. Еще в синюю команду входит режиссер Каменькович, вместе с Меньшиковым Евгений Борисович цементирует оборону. Два таких наших брата Березуцких. В нападении играет Никита Татаренков, часто голы забивает. Мне, впрочем, тоже иногда удается поражать чужие ворота, в том числе головой. Горжусь! Против нас обычно выходят Егор Дружинин, Макс Виторган, ребята из группы «Уматурман», фигурист, с которым танцевала Навка…
– Жулин.
– Да-да! Саша. Если Мигицко привозит команду питерских актеров, зовем на подмогу «Квартет И» – Хаита, Бараца, Ларина…
– Почему вы синие, а не красно-белые?
– Мы же не по клубным предпочтениям делимся. Меньшиков вообще за ЦСКА болеет. Есть, конечно, и «мясные», но это все остается за пределами поля. Да и играем щадяще, не рубимся насмерть, стараемся избегать травм. Мне особенно зимний футбол нравится: набегаешься, а потом в баньку – париться. Кайф! Заряда энергии дня на три-четыре хватает.

– На «Спартак» вас, наверное, подсадил отец – Олег Николаевич?
– Он. Правда, в первом классе я начал болеть за хоккейный ЦСКА, самую популярную команду страны. Папа услышал и сказал: «Вообще-то всем артистам нравится «Спартак». Отцовский авторитет для сына непререкаем – я быстро переориентировался. Потом уже узнал, что и Яншин, Кторов, Грибов были «мясными». Зачем далеко ходить? Олег Павлович Табаков, Игорь Золотовицкий, Дима Назаров… Нас много!
– Ефремов-старший фанател по-настоящему?
– Нет, в мягкой форме. Хоккеем еще так-сяк интересовался. Помню у нас дома книгу с автографом Вячеслава Старшинова. Спартаковца, кстати. А футбол папа знал в общих чертах. Он из тех людей, кто на чемпионате мира смотрят два-три матча.
– А вы?
– Восемь-девять. Из-за занятости. Был бы посвободнее, наверное, ни одной игры не пропустил бы. И в «Лужники» всегда стараюсь приезжать на матчи «Спартака». В прошлом году на встречу с «Локомотивом» прикатил в гриме прямо со съемочной площадки.
– Надеюсь, не эпохи покорения Крыма?
– Мы снимали сериал «МУР», который должны показать в следующем году. У меня роль начальника отдела по борьбе с бандитизмом. События происходят во время Великой Отечественной войны.
– Жеглов номер два, словом.
– Мой герой ближе к интеллигенции – галстук, костюм, пальто по моде сороковых… И вот в таком прикиде я поехал на стадион, воспользовавшись перерывом в съемках на три часа. «Спартак» выиграл – 2:1.
– Как реагировали соседи по трибуне?
– У меня годовой абонемент в ложу «Б», где собирается в основном солидная публика, которая ведет себя прилично и пальцами по сторонам не тычет. Был бы помоложе, ходил на фанатский сектор за воротами, орал бы вместе с пацанами, но возраст, как ни крути, берет свое…
– Пропуск в общество избранных вам клуб выдает?
– Ну да, приглашают, за что «Спартаку» большое спасибо. Но там и другие артисты есть – Марк Розовский, Дима Назаров, Игорь Золотовицкий, кто-то еще, всех не упомню…
– Сыновей на стадион берете?
– Обязательно! С момента, когда чуть подросли…
– А ваши первые отчетливые воспоминания о футболе каким временем датированы?
– 1974 год, чемпионат мира в Германии. До того по советскому телевидению международный футбол почти не показывали. А тут – прямые трансляции. Вот все мужики и прилипли к экранам. Пацаны, конечно, тоже. Помню, у нас во дворе мяч гоняли сплошные Кройфы, Мюллеры, Шварценбеки и Беккенбауэры. Я болел за Голландию, а мой товарищ по даче Леша Бодряков – за немцев. Он носил белые кожаные кроссовки Adidas, как у бундестим. Они и сегодня считались бы крутыми, но тогда это был предел мечтаний! Леша даже знал, как зовут основателя фирмы – Адольф Дасслер. Это уже потом, к Олимпиаде-1980, в Кимрах построили завод «Адидас» и стали выпускать советский ширпотреб с тремя полосками...
– Неужели папа не мог привезти вам из какого-нибудь Парижа настоящую «фирму»?
– Думаете, он сплошь по Франциям гастролировал? Но даже оказавшись там, получал такие копеечные суточные, что при всем желании не мог на них особо разгуляться, накупить подарков родне…
Кстати, я рано впервые попал за кордон – в 1976 году. И было мне в ту пору тринадцать лет. На экраны вышел телефильм «Дни хирурга Мишкина», его съемочную группу пригласили на фестиваль «Злата Прага». В том числе и меня. Помню, как папа сидел в салоне самолета и курил, а окурки складывал в пепельницу в подлокотнике кресла. Тогда курение на борту еще не запрещалось…
Остались в памяти и рассказы Олега Даля о московском «Торпедо», за которое, по-моему, он болел. Иначе зачем бы упоминал Стрельцова, Воронина? Приставленный к нашей делегации дядечка, подозреваю, из КГБ, каждый день давал мне монетку в пять крон, и я покупал себе мороженое… Такая вот поездка. А в капиталистической стране я впервые оказался только в 1988 году. Во Франции.
– К тому моменту у вас за плечами уже были десятки ролей. Известным вы ведь стали после фильма «Когда я стану великаном»?
– Скажете тоже! Ну, получил приз за лучший дебют на студии Горького, комсомол чем-то наградил... Да, два дня выходил на сцену, кланялся, что-то пытался говорить. А потом все как-то отошло на второй план.
Кстати, в эту картину я пробовался со сломанной ногой. Единственный вид спорта, которым осмысленно занимался, – это водные лыжи. Мамины знакомые научили, потом полгода тренировался в секции. Сначала – в бассейне ЦСК ВМФ на «Войковской», а зимой катался на горных лыжах в Крылатском. Там неудачно упал и месяца два провалялся в гипсе. Оператор приезжал ко мне домой, чтобы снять кинопробы. К счастью, на роль утвердили, и я на все лето умотал на съемки в Ялту и Севастополь. И это в четырнадцать лет! Вот это был отрыв! Можете представить, что творил там с ровесниками. Первая любовь, первый стакан вина… Вступил во взрослую жизнь, словом.

– На футбол силы и время оставались?
– Сначала попал на хоккей. Суперсерия 1974 года между сборными СССР и Канады. Приехали профессионалы во главе с блистательным Бобби Халлом, и мы с пацанами каким-то образом раздобыли билеты на матч. Наверное, кто-то из родителей достал. Школа-то блатная. Сначала я учился в обычной, 60‑й, но меня выгнали за хулиганство из пионеров, и родители перевели в 31‑ю за МХАТом на Тверском бульваре.
Так вот хоккей. Мы с одноклассниками вырядились в модные иностранные куртки, взяли мощную дудку и стали болеть за… канадцев. Не успели несколько раз дунуть во всю дурь и прокричать «Go, Canada, go!», как подошел милиционер и, коверкая русский язык, чтобы, значит, иностранцам было понятнее, произнес, указав на дудку: «Вот ето – нелзя!». Он принял нас за канадцев. Мы чуть не сдохли от хохота!
А потом уже был футбол. Вскоре ведь «Спартак» вылетел из высшей лиги. Думаю, именно тогда, в 1976‑м, вокруг него и сплотились настоящие болельщики. Команда, которую возглавил Константин Бесков, хотела вернуться в «вышку», а поклонники считали долгом поддержать ее, не бросили в трудную минуту. И я тоже начал активно ходить на стадион. Сидел на фанатской трибуне и орал вместе со всеми «От Москвы до Бреста…» Помню, как в 1978‑м дебютировал Федор Черенков, а через год «Спартак» стал чемпионом страны. В том сезоне «мясные» разгромили в Черкизове «Локомотив» со счетом 8:1. Хет-трик сделал Георгий Ярцев. Я был на матче…
– А на выезды выбирались?
– По молодости как-то съездил в Киев. Честно скажу, воспоминания остались смутные. Слишком много принял на грудь по дороге. Так до возвращения в Москву и не протрезвел, но, подозреваю, игра закончилась вничью, поскольку ни радости, ни жестокого разочарования не испытал.
Самый потрясающий матч с киевлянами на моей памяти – это когда Шмаров в добавленное время на флажке забил со штрафного, «Спартак» выиграл – 2:1 и стал чемпионом. Я уже не верил, что чудо случится. Вот это было счастье! Как же я орал тогда! До сих пор жалею, что смотрел игру по телевизору, а не живьем на стадионе. На трибунах, сами знаете, эмоции другие.
– Знакомых из мира футбола имеете?
– С Карпиным общался, скорее, шапочно. С Хиддинком как-то говорил. Пролоббировал встречу Илья Казаков, пресс-атташе сборной, с которым давно дружу. Свидетельствую: Гуса можно прикладывать к больному месту вместо грелки или льда – такую положительную энергию источает. Сплошной позитив! Совершенно неожиданно мы протрепались тогда часа полтора…
С Игорем Шалимовым я беседовал неоднократно. Оказались в общей компании в ресторане, зацепились, слово за слово, и с тех пор не наговоримся. Но я рассказывал об этом на днях вашим коллегам из конкурирующего спортивного издания, не хочется повторяться.
– Даже на бис?
– Не те истории, чтобы тиражировать без конца… Могу сказать, что не без моих стараний Олег Романцев стал лауреатом премии «Своя колея» Владимира Высоцкого. Дело было году в 1994-м, когда «Спартак» не имел равных на внутрироссийской арене. Я убедил Никиту, сына Владимира Семеновича, что Олег Иванович достоин награды. Тот согласился, хотя и болеет за московский «Локомотив»…
Романцев всегда был последователен. Даже если ошибался, не метался, всегда шел до конца. Черта, заслуживающая уважения. Настоящий русский мужик! Помните, как он взял на чемпионат мира в Японию старую гвардию, которая завоевала это право игрой в отборочной группе?
– Вот и настоящий голландский мужик Адвокат, похоже, собирается на Евро с теми, кто, по его мнению, борозду, то бишь колею, не испортит…
– Коней на переправе менять – дело рискованное. С другой стороны, посмотрим, какими вернутся сборники из отпуска, все ли сохранят форму.
– Они же не вчера на свет родились, играют по два десятка лет каждый.
– Футболисты – молодые ребята. Даже те, кого мы по привычке считаем ветеранами. С ними всякое может приключиться – один влюбился, второй развелся… Словом, нельзя сбрасывать со счетов факторы, казалось бы, не имеющие прямого отношения к футболу. Адвокат наверняка это знает и учитывает в работе.
И Слуцкий со Спаллетти, не сомневаюсь, тоже. Никогда не болел за «Зенит», но Питер мне понравился во втором матче против «Порту». В команде и раньше все было, но… чего-то не хватало. Вроде бы такие мощные, газом накачанные-перекачанные, а в решающий момент сдувались. Словно кто-то протыкал шарик иголкой. А в этот раз бились до последнего, не сломались. И, конечно, Малафеев – красавец! Думаю, ему вышла компенсация за 1:7, полученные от португальцев в сборной при Ярцеве. Может, если бы тогда меньше пропустил, сейчас ворота не сберег бы…
Вот ЦСКА против «Реала» устоять будет трудно. Даже февраль и русская зима, боюсь, не помогут. Хотя если Слуцкий, с которым я тоже знаком, настроит команду, как Хиддинк перед Евро, появится маленький шанс, что здесь забьют больше, чем там пропустят.
– Из области фантастики.
– Зато «мясных» в любом случае ждет праздник. Победят армейцы – честь и хвала российскому футболу. Пролетят – всегда приятно, что «коней» дернули. Беспроигрышная лотерея для фанатов «Спартака»!

– В роли предсказателя себя не пробовали, Михаил?
– Не чувствую за собой талантов. Пару раз сыграл на тотализаторе, но без особого успеха. Однажды, правда, попал в десятку, когда в антракте матча…
– Наверное, все же в перерыве?
– Ну да. Словом, после первого тайма Россия уступала Англии, и я заявил, мол, сейчас выйдет Павлюченко и закатит два мяча. Так и случилось, Рома принес нам победу. Мои слова подслушал знакомый журналист, прятавший диктофон в кармане, и обо мне пошла слава как о великом прорицателе. Но это, скорее, случай, совпадение.
Чтобы дать точный прогноз, надо знать процесс изнутри, быть аналитиком, стратегом. А я рассуждаю по-дилетантски, реагирую на все эмоционально. Мне вот, например, любопытно, какое направление в футболе возобладает – атлетичное, силовое, которое исповедуют сегодня многие клубы, или же стиль «Барселоны».
– Вы, разумеется, за второе?
– Это ведь ближе «Спартаку»…
– Как, интересно, вы на «Анжи» в новой ипостаси реагируете?
– Спокойно. Без раздражения. Керимов свои деньги тратит, не мои. И не бюджетные, что еще более важно. Окажется ли проект долгоиграющим – вот главный вопрос. Мало привезти Это’О и назначить Роберто Карлоса президентом клуба. Звезды – не гарантия успеха. Сколько раз в кино бывало: артистов позвали хороших, известных, а фильм получился полное г... То ли режиссер никудышный, то ли сценарий слабый. Так и в футболе. Мы же помним, как долго не мог выстрелить «Реал», собравший все сливки. Нет, нужна политика, рассчитанная на перспективу. Однако, что-то мне подсказывает, владелец «Анжи» именно такую задачу и поставил, хотя лично с Керимовым я ни разу не встречался.
Среди моих знакомых вообще не много богачей или, как принято было говорить раньше, олигархов. Два года назад, правда, по приглашению Абрамовича я попал на матч между «Челси» и «Манчестер Юнайтед». С владельцем «аристократов», впрочем, не виделся, но в ложе на «Стэмфорд Бридж» сидел. Вася, Андрей Васильев, бывший главный редактор «Коммерсанта» и нынешний продюсер проекта «Гражданин Поэт», сделал такой подарок на день рождения, зная о моей любви к футболу. Со мной ездил Никита Высоцкий, а на стадион пришла Галина Волчек, которая в тот момент оказалась в Лондоне. К концу матча я хорошенько надуденился, поскольку официантка, с которой мы перемигнулись еще до начала игры, постоянно повторяла мне джин с тоником. Минут за десять до финального свистка, когда Дрогба уже забил гол и «Челси» вел – 1:0, я на весь стадион заорал: «Манчестер» – г..!» Галина Борисовна сказала: «Твои слова, Миша, наверняка передадут Роману Аркадьевичу».
– Зачет!
– Типа того…
– На Евро поедете?
– Хочу. Буквально вчера мне подсказали номерок человека, которому надо позвонить по этому поводу.
– То есть?
– Ага! Вот сейчас назову вам явки-пароли-адреса!
– А серьезно?
– Кто-то же должен заниматься билетами на матчи, трансферами, гостиницами… Речь не о блате, нет, но на Евро собирается большая компания, и надо заранее все организовать, подготовить. Для меня это будет первый такой тур, хотя в Польшу раньше ездил. Во Вроцлаве мы снимали продолжение «Диверсанта», а в Варшаве живут мои тетка и троюродный брат по папиной линии.
– У них остановитесь?
– В отеле. Вместе со всеми. Болеть так болеть! Даже больше, чем на Евро, хочу в Бразилию. И лучше поехать так, чтобы не сразу на футбол попасть, а еще пару недель в Рио провести, поосмотреться, пообвыкнуть. Никогда не был в тех краях, ниже Мексики по американскому континенту не спускался.
– А если наши на чемпионат-2014 не попадут?
– Все равно! До сих пор корю себя, что не слетал в прошлом году в Южную Африку. Россия не пробилась, я сильно расстроился и решил не ехать. А теперь понимаю: зря. Когда еще окажусь в ЮАР? Боюсь, никогда.
– Оптимистичный финал!
– А вы три точки в конце поставьте. Чтобы лазейка маленькая осталась…