«Жизнь каждому покажет когти» Защитник сборной России Роман Шаронов о Чехове, Бердыеве и Салтыкове-Щедрине

Разговор после первой тренировки:

– Интервью? Зачем? Журналисты все время задают одни и те же вопросы. Какие вопросы у вас?

– Приходите после ужина.

Разговор получился не совсем обычным, а «фол» за банальный вопрос Шаронов зафиксировал всего один – когда я спросил про настроение. Действительно, какое настроение может быть у футболиста, которого негаданно позвали на крупный турнир? Ответ прост, если не брать в расчет, что футболисту 35, у него большая семья, а отпуск наконец-то выпал на лето.

– Сначала сыграл за вторую команду против Германии в 2003‑м, – рассказывает Шаронов о том, как начиналась его история в сборной. – Потом была поездка в Японию вроде бы с первой командой, но не совсем основным составом. Следом – игры с болгарами, с норвежцами – в обеих выходил на поле. В общем, примелькался. И когда перед турниром получили травмы Игнашевич и Онопко, стало понятно, что я точно еду на Евро-2004.

– Не буду говорить плохо о Ярцеве. У каждого тренера свои методы подготовки. Сейчас у всех команд есть специалисты по физподготовке. Футбол развивается.

– Да, такой системы в то время в команде не было. Но тогда и вся линия обороны играла с листа.

– Не считаю то удаление справедливым. Нарушение в случае с первым предупреждением не тянуло на карточку – мы стали нарушать правила, мой фол был по счету, наверное, уже шестым. А вторая карточка... Торрес удачно подставился. Не особенно помню, как шла та игра, – все-таки первый мой матч на таком уровне.

– Никак. Нам в один из дней в автобусе просто объявили, что Мостового в команде больше не будет, Мостовой уехал домой.

– Сейчас бы я, может, и ответил, что это ненормально. А тогда я был новичком, решение принимал Ярцев, и спрашивать надо у него. А Мостовой был одним из лучших игроков, не знаю, почему его убрали.

– Нет. Я ведь попал на такой турнир, какие вообще могут быть обиды!

– Если конкретно по Словакии говорить, то сыграл очень плохо. После того матча вызвали еще раз – на Эстонию, и игру отсидел в запасе. В дальнейшем из сборной не звонили.

– Все было понятно. Я и в клубе не играл, были проблемы с Бердыевым, он меня не ставил в состав. В тот момент невызов в сборную выглядел логичным.

– Может быть. Но есть много футболистов, которые оказывались в моей ситуации, а в сборную не попадали. Так что, скорее, все это – стечение обстоятельств.

– Вы считаете этот вопрос умным?

– Мы собирались в Венецию, но ненадолго. Отпуск на самом деле не такой уж и большой. И отпуска еще будут. Я не понимаю, как вообще должен ответить на этот вопрос.

– Это не пустые слова. Всегда пою гимн, трогает, когда его исполняет весь стадион. У нас, правда, в Казани не поют.

– Да. У нас в стране много трудностей, надо, чтобы люди получали положительные эмоции. Сборная может их дать. Понимаю болельщиков, когда они критикуют команду за безволие. Но порой перебарщивают. В том числе и эксперты. Если выиграли – молодцы, если проиграли – сразу начинается грязь.

– Просто такое ощущение, что все ждут, когда сборная сыграет неудачно, чтобы сказать: вот, вы видели? И после этого начинается разговор о том, какие зарплаты у футболистов.

– Не думаю, что в Италии считают зарплаты футболистов. Почему это происходит у нас? Наверное, потому, что люди в целом живут не очень хорошо. Футболисты прилично зарабатывают, но мы платим за это своим здоровьем, всю жизнь отдаем игре, и только единицы попадают на самый верх. Остальные живут обычной жизнью среднестатистического россиянина.

– Это попросил делать Дик Адвокат.

– Мое дело – хорошо играть. А решения по составу принимает главный тренер.

– А кто из защитников любит, когда его обводят? Или из полузащитников? Думаю, это общая черта игроков моего амплуа.

– Раньше так было. Сейчас – нет, все сбалансированно.

– …как «Барселона»?

– Мы к цели идем постепенно. И это не одного-двух лет дело. Процент владения мячом за последние пару лет у команды вырос. Но я уже не раз говорил про эту «Барселону» – журналисты просто не считают нужным разбираться, что имел в виду Бердыев.

– Играть так, как «Барселона», мы не будем. Но есть определенная философия – больший контроль мяча, акцент на атаку... Об этом и идет речь.

– Вы задаете вопросы, на которые лучше ответит тренер.

– На подготовку это влияло, конечно. И зимой такие слухи ходили, и вот сейчас. Нам хочется стабильности, вот и все.

– Не то что нервируют... Но когда говорят о том, что тренер то уйдет, то нет, для игроков это не очень хорошо.

– Моя задача – играть в футбол.

– Концовка чемпионата показала, что болельщиков стало ходить больше. В клубе обязательно должны вести работу с ними. А когда появится новый стадион, в 2013‑м, людей на футбол станет ходить еще больше. Ну и, конечно, важно, чтобы «Рубин» добивался результата.

– Кокорин же появился! Шунин, Гранат, Оздоев, Дзюба. То есть целая группа футболистов. Думаю, будут призываться в команду и Бурлак с Беляевым. Кроме того, важно, что хорошо работают академии клубов. Думаю, через некоторое время в футбольной России ситуация с талантливой молодежью выправится.

– Но там, во-первых, хорошая система подготовки, во-вторых, в сборную привлекаются не только немцы. Есть турки, поляки, бразильцы... Я, когда после операции восстанавливался в Германии, даже спросил, не нужны ли им русские футболисты.

– Это вопрос качества футболиста. Вспоминаю сенегальцев, которых давным-давно привезли в «Рубин». Понаехало человек пять, вот они реально занимали места россиян. А сейчас качество игроков уже совершенно другое. Мне кажется, нынешний баланс – верный. Потому что если вообще отменят лимит, то богатые клубы купят 10 дорогих иностранцев, а бедные – 10 дешевых. И опять русские играть не будут.

– Толком не знаю. Но я тогда сразу определился – хотел остаться в «Рубине».

– Я в сборной не игрок основного состава и не могу делать таких заявлений. Но на поле, если доверят, оставлю все силы ради победы. Вообще не люблю говорить в таком духе – «едем побеждать». Но и против тех, кто говорит так, ничего не имею. Если считают это нормальным – почему нет?

 

– Знаю, что она растет, но конкретные цифры не назову.

Шаронов листает что-то в своем телефоне, наконец находит цитату Салтыкова-Щедрина:

– «Если я усну и проснусь – а проснусь через 100 лет – и меня спросят, что сейчас происходит в России, отвечу не задумываясь: пьют и воруют». Мне кажется, это и есть Россия.

– Услышал да записал. Но что-то мы далеко ушли от футбола, давайте возвращаться.

– Чехова.

Собеседник снова заглядывает в телефон.

– «Счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут свое бремя молча. И без этого молчания счастье было бы невозможным. Это общий гипноз. Надо, чтобы за дверью каждого довольного и счастливого человека обязательно стоял бы кто-нибудь с молоточком и постоянно стуком напоминал бы, что есть несчастные, что как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти. Стрясется беда, бедность, болезнь, потери. И его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других».

– Ничего. Чтобы читать, надо сконцентрироваться на книге. А я сейчас пока не могу.

– Не могу сравнивать, меня тогда в команде не было. Слышал от Адамова, что тогда тренировались на максимуме и это помогло.

 

– Да. «Металлика», Оззи Осборн. Классика рока. Все подряд я не слушаю.

– Да. Но у нас сбор, это превыше всего.

– Не буду никого обижать, скажу просто – не мой вариант. Самое лучшее из того, что есть, – «Машина времени».

– Никак. Конкурс для домохозяек. Не смотрю никогда. «Бурановские бабушки» заняли второе место? Да хоть двадцать второе...

 

– Ничего. Просто красиво. Римлянин, Колизей... Фраза: пришел, увидел, победил.