Как мы снимали клип в поддержку сборной [ВИДЕО]

– Про футбольные клипы «ССФ» еще не писал, – говорю Ворону.

– Ну давай! Может, тогда и сыграешь в нем? – и Ворон с ходу предлагает десяток сюжетов на выбор. Гаишником я быть не захотел по этическим причинам. Мужем, запихивающим жену в шкаф (мешает смотреть футбол), – тоже. Женой в шкафу – тем более… А вот это для меня – сцена в пивном баре.

В назначенный день приезжаю в Киров. Идем с Вороном в пивняк под названием «Чапай» (Che Pay).

– Бар самый демократичный – можно на барной стойке танцевать, – говорит Ворон. – Для нашего города это круто – тут народ не расшевелишь! Это тебе не Москва. Хотели городу вернуть название – Вятка. Так все против! Улицы все те же – Ленина, Маркса, Розы Люксембург… А вон Ильич – мы его кентавром зовем!

Ленин на центральной площади действительно стоит с каким-то лошадиным задом – скульптор зачем-то подпер вождя каменюгой. Ильич смотрит вдаль – вглядывается в свои большие проекты. Под ним разворачивается очередное малое дело губернатора Никиты Белых. С громким, впрочем, названием – Всемирные сказочные игры. Бегают лошадки, крутятся карусели, зазывают народ кощеи и колобки… Кстати, Белых снялся в предыдущем клипе Ворона… Я сегодня буду петь «Рашн гоу!», а он запевал «Здорово, мама!».

– Хочу подсказать сюжетный ход для клипа, – говорю я. – Когда наша сборная проиграла, брат выкинул с балкона ванну. Она до сих пор торчит из газона – ушла на полтора метра… А?!

– Не пойдет, – серьезно говорит Ворон. – Уже все сюжеты продуманы. Главная идея такова: когда начинается футбол, все слои населения бросают дела и становятся болельщиками…

«Чапай» вообще-то ведет ночной образ жизни, но сегодня ему пришлось проснуться спозаранок. И сейчас, в одиннадцать, там уже шумно и людно. Стоят, как спутниковые тарелки, светильники. Катается по рельсам «колодезный журавль», только вместо ведра – камера. Тесновато…

– Смотрите под ноги! – кричит оператор Андрей. На полу, как щупальца, – провода.

Приходят один за другим актеры. Каждый – с футбольным аксессуаром, в основном с майками.

– Ори! Входи в образ! – говорит парню режиссер Артур.

– А-а-а! – выдает тот, как на пожаре.

– Молодец!

«Так и мне придется орать», – подумал я без энтузиазма. И вообще, дотяну ли до художественных высот, на которые забрались предыдущие клипы Ворона? Одно обнадеживает: другие актеры, судя по виду, тоже новички…

На барных полках среди бутылок устанавливают кубок (выиграли кавээнщики) и футбольный мяч. Артур украшает люстру… парой бутс, связанных шнурком. О футболе сегодня должен орать и интерьер.

– Для клипа пойдет секунд двадцать материала, – объясняет Ворон. – Значит, всего надо снять приблизительно часа четыре.

Но перед съемками есть репетиции, значит, орать предстоит часов восемь… Конечно, болельщик состоит не только из крика, но без крика не может быть настоящего болельщика…

Помощник режиссера Никита приносит квас «Вятич» и безалкогольное пиво. Мне становится грустно: по трезвости вряд ли произведу мало-мальски годный вопль. Но Никита достает из сумки нормальное пиво в полуторалитровых бутылях.

Рядом режиссер Артур говорит в ТВ-камеру (приехал местный канал): «Самое главное – не количество актеров, а разнообразие! Нужны типажи – бородатые, лысые, всякие…

Спрашиваю вдогонку, когда отваливает ТВ:

– Вы говорите, всякие… Но почему нет негров?
– Негр есть, он в клипе – вратарь, но сегодня его не будет… Широкий спектр физио-номий – это половина успеха! У нас уже есть ангельский подросток, татуированный мужчина, взрослые, приедет мой отец – ему пятьдесят. Все разные. Есть даже трезвые (смеется). Это всё наши друзья. Но если кто-то еще придет, не выгоним.

На стуле лежит листочек. Заглянул – что-то вроде сметы и рабочего расписания сцены в баре. Читаю: «7.00 – разбудить всех».

– Это самое главное! – поясняет Никита. – Я сам проспал.

– А это что такое? «13.45 – отпустить DJ Цвета! 14.00 – обязательно отпустить DJ Цвета!» Деловой чувак?

– Очень! Диджей. Но очень нужный в кадре – он мужчина с татуировками.

– Реквизиты – квас, шесть бутылок. Зачем столько?

– Квас имитирует темное пиво. Безалкогольное – имитация алкогольного. А алкогольное – бонус актерам. Ведь никому не платим. Так пусть хоть пива выпьют! Приезжайте в Киров набирать актеров за пиво! (Смеется.)

– Другие реквизиты, вижу, все несут с собой...

– Да. А майку Ван Перси я одолжил в магазине. Вчера вдруг дошло, что наш приятель-телевизионщик – вылитый Ван Перси. Хорошо бы еще заорал как надо и пробежку сделал после гола… Включили в сценарий.

«Нужна грудь!» – доносится до меня. Заинтригованный, спешу на голос. Оказывается, грудь требует Артур – официантки Наташи: ее майка слишком закрытая. «Найди другую!»

– Наташ, зачем ему грудь?

– А кто его знает. Вчера речь шла только о спине...

– Зачем грудь, Артур? – спрашиваю режиссера. – Груди похожи на футбольные мячи?

– Ассоциативно да. Но хочется показать, что ничто, даже аппетитная женская грудь, не может отвлечь мужчину от футбола…

– Товарищи актеры, занимайте места за столиками! Первая сцена – расстройство! – говорит Никита в рупор.

Занимаем места, несем реквизиты – пиво, чипсы.

Артур долго пересаживает кого-то с места на место, добиваясь большего сходства с картинкой, которая прочно засела у него в башке.

– Выгодный момент, но наши не забивают! – говорит Никита в матюгальник. – Смотрите на меня, как будто я – экран (вскакивает на… подоконник). По счету раз-два-три начинаем переживать!

– Матерщина не запрещена, – добавляет Ворон. – Даже нужна! – Он выдает фразу из десяти слов, восемь из которых непечатные, а остальные два – междометия.

Сразу все начинают материться, входя в роль и для разогрева.

– Хватит, хватит! Теперь – раз-два-три!

Все орут, показывая пальцами на мазилу, хватаясь за головы, я бью кулаком о стол… Это повторяется раз десять. Режиссер немногословен и даже печален. Что-то не так?

– Когда будем снимать? Эмоций не хватит! – начинается ропот.

– Хватит! – зловеще произносит Артур. – Пива много…

Следующая сцена – радость от гола. Перед съемками Артур придумывает мощный сценарный ход: в центр композиции поставить (именно поставить, а не посадить), чтобы стоял, как Ленин на центральной площади, DJ Цвета. Он должен контрастировать с беснующейся действительностью, то есть переживать гол внутри себя.

Для раскрытия образа нужно: 1) стоять, опустив голову, как бы в тяжелой думе о судьбе отечественного футбола; 2) в момент гола очнуться, вскинуть голову и распахнуть глаза.

Было бы здорово пустить слезу. Но под рукой нет репчатого лука.

Да, диджею предстояла тонкая работа. Внутреннее напряжение должны выдавать желваки.

– Скулу кусай! Кусай скулу! – командовал Артур.

Я не понимал, как можно укусить собственную скулу. Не понимал, очевидно, и DJ Цвет, но очень старался, поигрывая жевательными мышцами…

Наши начали забивать. Вскочив от радости, я бил в грудь соседу, а он – в мою. DJ Цвет играл желваками. Артур кричал «не верю!» и заставлял повторять снова и снова.

Скоро просто бить в грудь соседу мне показалось неинтересным. И я предложил Артуру творческую находку: как только Россия забивает, сосед орет, а я запихиваю ему в рот горсть чипсов. Оригинально!

Сосед инстинктивно отодвинулся…

– Нет, – сказал Артур. – Негуманно это…

Я не стал настаивать, но чипсам нашел применение. После каждого гола метал по одной в бокал. Получалось метко, но чипсы быстро заканчивались. Таяли и силы. Кончалось пиво.

– Пять голов уже забили! Может, хватит? – предлагает кто-то через полчаса «веселья».

– Это договорняк, – шутит Никита, вставая для очередного дубля.

– Сейчас бы наших с финнами посмотреть – вот поорали бы натурально! – сказал кто-то.

В это время Россия в полуфинале хоккейного ЧМ рубилась с Финляндией. В «Чапае» телевизора не было. Кто-то полез в ноутбук.

– Ребята, наши ведут – 2:1!

«Россия! Россия!» – заорали вдруг актеры, обретая второе дыхание.

– Отдыхаем! – разрешает наконец Артур.

Я иду на улицу проветриться и сталкиваюсь с новым посетителем – дедом. Поняв, что ошибся адресом, дед разворачивается, намереваясь дать деру. В иной ситуации я бы даже помог – открыл дверь, но тут заорал: «Костя, какой типаж! Лови его!»

Быстрые ноги рванули, крепкие руки схватили. Ведут. Кто-то несет дедушке пиво в кружке. Подходит Артур:

– Да, типаж. Камеру!

– Дедушка, я сейчас буду считать до трех. Расстройся, пожалуйста, что наши не забили, – просит Никита человеческим – без рупора – голосом. – Раз, два, три!

Расстройства не получается, но вид у деда и без того неважнецкий. Пущее расстройство было бы перебором.

Не допив пиво, дед по-партизански (а может, он им и был когда-то?) исчезает.

Наконец, самая пронзительная сцена – с грудью официантки. В центре кадра (кроме грудей) самые пожилые – отец Артура с приятелем.
Наташа приносит пиво, наклоняется…

– Прогнись ты сама сексуальность! – командует Артур. – Папа, не смотри на грудь! Смотри на экран! Она тебе мешает – тяни голову вправо!

Как жирафы, мужики тянут головы то вправо, то влево. После шестой попытки начинает получаться – головы теперь похожи на самонаводящиеся пушки, смотрящие в одну точку, в то время как танки выделывают кренделя…

– Улыбайся! Соблазняй их! Оттопырь, оттопырь зад!

На исходе сил снимаем, как некто вскакивает на барную стойку и орет: «Бухаем!» Он угощает. Трудность только одна – призыв тонет в общем хоре по поводу гола, поэтому у толпы не получается синхронно повернуться по часовой стрелке к благодетелю.

– Почему не повернулся? – Артур хочет задушить моего нового соседа (ему тоже бью в грудь) Гошу.

– Да я не слышал!

– Но ты же всегда слышишь, когда кричат «бухаем»! Что с тобой?

Наконец выход найден. «Бухаем!» – кричит в рупор Никита. Но это еще не все.

– Ребята! Сейчас вас с барной стойки будут поливать шампанским. Кто против? – спрашивает помреж.

Ряды сразу редеют. Сборную любят все, но не до такой же степени… Однако человек восемь соглашаются. Они собираются в кучку. Похожи на молодогвардейцев перед расстрелом.

– А какое шампанское? Хорошо бы сухое – у меня только шорты, а еще ехать в Москву!

Шампанское оказывается полусладким.

– Только пусть стреляет пробкой в сторону, – просит Гоша.

По реакции окружающих я понимаю, что он когда-то получил пробкой в глаз.

Я стараюсь спрятаться за Гошу, он – за меня. Но перед расстрелом надо прыгать, размахивать знаменами… Не очень-то охота, но тут кто-то сообщает: «Забили финнам четвертый – 4:1!» «Россия!» – орут «молодогвардейцы».

– Пли! – командует «эсэсовец» Артур…

Мне повезло – струя пролетает над головой. Гоша становится полусладким. Да и остальные тоже. Но Артур требует повтора и вручает «палачу» вторую бутылку. И тут уже «ССФ» получает по полной…

Через час стою под нормальным душем в гостинице, ноги… прилипают к ванной.

Вечером свою лепту в создание клипа внесли… лучшие блогеры России. Оказывается, губернатор Белых пригласил их посмотреть всемирные игры и посидеть за круглым столом… Посмотрели. Посидели… Вот как раз за круглым столом Ворон и пригласил блогеров внести лепту…

Перед этим блогеры заехали на пивзавод – продегустировать сорта… Как ни странно, потом явились в «Чапай» и оказались замечательными актерами. Мне даже стало завидно – до чего раскрепощенные люди! Блогеры чуть не раздолбали кулаками стойку бара, тряслись в истерике, пуская пену изо рта, кто-то даже пускал фонтан пива на счет раз-два-три…

P.S. На следующий день даю интервью блогеру Юре не своим голосом. Мой голос мужественнее, чем обычно, с обертонами а-ля Луи Армстронг, то есть осипший. «Наша сборная вчера забила голов сорок, столько же не забила, – хрипло говорю я. – И каждый гол пришлось проорать…» Я хотел добавить, что, даже будучи грудным ребенком, не производил столько крика, но, поблагодарив меня, Юра с камерой уже переходил к Косте Ворону.