«Алан – лучший!» На проводах сборной болельщики благодарили только Дзагоева

Еще в субботу тут было жарко. На пятачке у черного входа в «Бристоль», как на нулевом километре в российской столице, группки людей. Вчера народ прикидывал варианты на четвертьфинал, а сегодня готовится к отъезду в Россию.

Игры с греками стыдится российский флаг: на палке наш триколор свернулся обоями, и флагшток выглядит пикой, которой проткнули российскую сборную. Уже вечером в воскресенье тут снова затрепещет флаг Евросоюза....

Сборная едет домой. Тренькает на холостых двигатель «Хендай». «Играй с душой. Борись до конца» – девиз на борту этим утром выглядит словно издевка.

На борт потихонечку заходят игроки, их жены, подруги, родственники...

Лариса Павлюченко с супругом Романом – уже в гражданском. Вячеслав Малафеев с подругой, Роман Шаронов с женой Надеждой и дочкой Марусей.

Маруся в это утро – за главного тренера. Дочка и жена Романа сели в первый ряд – на то место, где обычно сидит Дик. Его уже нет – голландец рано утром улетел в Амстердам. Нет Марата Измайлова – он отправился в Португалию, Кержаков и Денисов утро встретили в Питере. Ночью улетел и глава делегации Сергей Фурсенко.

Андрей Аршавин летит в Россию один. Кстати, вот эпизод, о котором вспомнили, отправив в редакцию все тексты, – наш капитан перед матчем с греками сидел на скамейке и читал роман японца Мураками.
Вот цитата из интервью писателя: «Когда я пишу роман, у меня всегда в душе живет образ яйца, которое разбивается о высокую прочную стену. «Стеной» могут быть танки, ракеты, фосфорные бомбы.

А «яйцо» – это всегда невооруженные люди, их подавляют, их расстреливают. Я в этой схватке всегда на стороне яйца. Есть ли прок в писателях, которые стоят на стороне стены?».

У Андрея непростой период. И не все проблемы связаны только с футболом. На той стороне – слишком много стен...

…Красные воспаленные глаза поляка Фабьена. Вчера водитель автобуса сборной допоздна сидел в отеле, ожидая указаний – что дальше? Команду дали поздно ночью – утром, как штык, в аэропорт. Он и провожает сборную в последний путь. Может, звучит грубовато и прямолинейно, но так и есть – команды в ее нынешнем виде больше нет. Нет тренера, сменится состав, грядет смена поколений.

Чувствуется, это понимают и болельщики. Они не ждут автографов. Просто молчат, вглядываясь в лица.

– Алан, молодец, лучший! – кричат несколько болельщиков при виде Дзагоева. Армеец еле улыбается. Другим не сказали ни слова – похвал не было, но не слышно и упреков. Нет хамства и грубости.
Жены, дети, коляски, чемоданы.... Благо места много.

Фабьен до «Летничка Шопена» мчит за 10 минут. Там, в общем, все быстро, вот только поляки долго грузят багаж. Вылет откладывается на полтора часа...

Наконец самолет взлетает. Борт с аленьким цветочком уходит в Москву. Три лепестка остались целыми.

Победу, как просили, команда домой не привезла.