И.о. главного тренера «Спартака» Валерий Карпин: Ари и Кариока были в номерах, а не в ночном клубе

– Судя по интервью игроков – был. У каждого из них есть свои личные обиды – скажем, у Дзюбы. Прочитал интервью Димы Комбарова (в «Советском спорте» от 27 ноября. – Прим. ред.) и насколько понял – были проблемы с дисциплиной. Не конкретно у Димы, а в команде.

– Да, в какой-то мере. Говорили об этом с Унаи, отмечали, что есть футболисты, с которыми контакт не найден. Унаи ответил, что все нормально, такие ситуации у него были и прежде, и все находится под его контролем.

– Слышал об этом. Многие об этом говорят. Но предпочитаю факты – в чем должен был клуб оказывать поддержку тренеру? До подписания контракта у нас были встречи с тренером, всю информацию по игрокам он имел, это действительно глубокий анализ. Унаи посмотрел до подписания контракта 14 матчей. Мы обсудили с ним команду по всем позициям, подробно рассказал ему об игроках, с которыми ему придется работать. Если говорить о быте, то и тут все в порядке – квартира, машина, водитель с испанским языком... Клуб пошел даже на то, чтобы спортивный директор Дмитрий Попов находился в Тарасовке и помогал с переводом. Это была просьба Унаи. Словом, все пожелания были выполнены вплоть до мелочей, которые не предусмотрены бюджетом. Просил не ночевать на базе в Тарасовке перед матчем, потому что в день игры далеко добираться – пошли на то, чтобы жить в отеле, хотя такая ночевка не предусмотрена бюджетом. Все помощники, которых просил Унаи, были здесь, включая личного психолога, который должен был и ему, и штабу помочь наладить контакт с командой. Плюс тренер-аналитик, второй тренер… В чем еще может помочь клуб?

– Повторяю еще раз – до того как Унаи приехал и подписал контракт, он просмотрел 14 матчей (причем последние матчи прошлого сезона он смотрел в «прямом эфире», будучи еще тренером «Валенсии»), услышал мое мнение, высказал свое – относительно тех позиций, которые необходимо усилить. Мнения наши совпали – центральная опорная зона плюс центральный защитник. Хурадо и Чельстрем были предложены самим Унаи. По поводу Ромуло вопросы вряд ли у кого-то есть, и клуб не виноват в том, что он «сломался». Унаи получил всю информацию по бразильцу, мы получили ответ – да, берем. То же самое было сказано и по Инсаурральде, и по Уорису. Конечно, любой клуб и любой тренер хотели бы иметь в своем составе Месси или Роналдо. Но не для всех это возможно.

– Да. Как до, так и после подписания контракта. Если кто-то думает, что я не пускал тренера к владельцу, то он заблуждается. Более того – говорил Леониду Арнольдовичу, что предпочитаю, чтобы тренер общался с ним напрямую без моего участия.

– Да, вместе с одним из членов совета директоров клуба. Леонид Арнольдович не присутствовал на матче с «Динамо» из-за болезни, поэтому мы объявили об этом тренеру при всей команде.

– В какой-то мере – наверное, как и для всех вас. Потому что за неделю до матча главный акционер сказал, что Эмери отработает свой контракт. Но при счете 0:5 Леонид Арнольдович позвонил мне и сообщил о решении.

– В конце прошлого сезона футболистам было сказано: ребята, с тренерской работой покончено, остаюсь в клубе на посту гендиректора. Есть вопросы, образно говоря, записывайтесь на прием к секретарю, но главный в команде – тренер. Естественно, в команде при любом тренере возникает недовольство игроков. Сам, когда не играл, был недоволен. Сейчас кое-какая информация до меня доходила – через прессу, агентов. Те, кто мало играет, недовольны тренером. Но то же самое было и в мою бытность во главе команды. Такова футбольная жизнь. Скажем, говорил одному игроку: тебе в прошлом году не нравился Карпин, в этом Эмери, в чем причина? Но это обиды отдельных футболистов. А что касается дисциплины в команде, то налаживать ее – исключительно прерогатива главного тренера.

– Да, на ползарплаты. Говорил с Артемом по этому поводу. Такие слова недопустимы. Он публично извинился, но это не снимает с него ответственности.

– Нет, мы усилили требуемые позиции. Более того, когда Унаи сказал, что ему нужен еще один атакующий футболист и обозначил фамилию Хурадо, мне пришлось буквально отменять рейс в Турцию на матч с «Фенербахче» и срочно лететь в Германию – договариваться по испанцу.

– Так же, как это обычно бывает. С приходом нового человека появляются новые эмоции. Каждый хочет себя показать. В понедельник потренировались хорошо. Но самое главное – не первый день, а итоговый результат. Сейчас нам надо сыграть три матча, а через две недели посмотрим.

– Сам Унаи при прощании с футболистами сказал, что главная проблема – он не смог наладить коммуникацию с командой.

– Нет. Это абсурд. Будучи главным тренером, такого бы не допустил. И на посту гендиректора считаю такое недопустимым. Это принижает прежде всего авторитет тренера в команде. Вряд ли, скажем, Спаллетти может спокойно смотреть, как Митрофанов в перерыве спускается в раздевалку и «пихает» там команде.

– Нет.

– Это вопрос не ко мне. После матча с «Динамо» акционером был задан вопрос – готов ли он подать в отставку? Он ответил, что нет.

– Нет, конечно. Были хорошие моменты, на тренировках много правильных вещей – об этом сами футболисты говорили. Много работали над стандартами. Все, что касается собственно поля, много хорошего. Но, как говорит сам Унаи, главное – коммуникация. Если у футболиста нет желания, понимания или хотя бы страха, ничего не получится. «У каждого футболиста есть кнопка, ее просто надо отыскать». Это тоже слова Эмери.

– Нет, не показалось. Команда хотела, но не смогла добиться результата. Но о «сливе» тренера речи не было.

– Нет. Надо думать о трех предстоящих матчах. Доиграем год, потом будет время обо всем подумать.

– В ночь на понедельник. После разговора с Леонидом Арнольдовичем понял, что обязанности главного тренера возложены на меня.

– Трехлетним опытом тренерской работы. А тогда можно было говорить о прыжке в омут.

– То, что положено, получит. Эмери в Москве, должен прилететь его агент, будем разговаривать.

– Две недели – такая же.

– Не вижу смысла называть его.

– Нет.

– Нет. На тот момент был переизбыток нагрузки – физической и психологической. Это как игроки – наелся футболом. Есть такая фраза – сгорел на работе, и на тот момент она характеризовала мое состояние. Возможно, через месяц отпуска стало бы лучше, но был риск не потянуть. Поэтому решение было продуманное и правильное. И сейчас был бы счастлив и доволен, если бы команда шла в тройке и была близко к первому месту.

– Нет. Думаю, что ушел вовремя.

– Имея опыт совмещения постов, уверен, что это чересчур.

– Не готов ответить. При идеальной ситуации ушел бы в годичный отпуск. Но давайте подумаем о предстоящем матче с «Зенитом».

– Да, возможно, кому-то нужен кнут. А кому-то и кнут, и пряник. А кому-то только пряник. Грубо говоря, команда – это 25 детей, и к каждому нужно найти подход.

– Это не конкретный матч или конкретная неделя.

– Это один из моментов. Но еще миллион, которых никто не видит.

– Как понимаю, важно найти виновного. Хорошо, Карпин – виновный.

– А я серьезно отвечаю. Карпин виноват, что привел Эмери, а Федун – что привел Карпина. Но это работа большой компании, где есть ответственность каждого, где делают выводы и где решение принимает совет директоров. Но если кому-то нужен виновный, то вопросов нет.

– Больше вам скажу – у Веллитона есть фото и со мной в ночном клубе. Потому что когда отмечали окончание сезона, был с командой. И мы даже фотографируемся, и эти фото тоже попадают в Сеть. А по конкретному фото скажут так: Веллитон собирался ехать на операцию, и в игре с «Динамо» участвовать не мог. Кроме того, известно, когда сделано само фото?

– Даю вам голову на отсечение – оба были в гостинице в своих номерах. Знаю, о чем говорю, поскольку служба безопасности у нас не дремлет.

– Потому что считаю это неправильным.

– Раза три. Мое появление могло нервировать тренера.

– Потому что ранее тренировал команду и знаю, о чем говорю.

– Еще раз могу объяснить эту ситуацию. В июне, когда с ним встречался, он не хотел ехать в Россию. Говорит: поеду в Россию в конце августа, за большие деньги, если не будет других вариантов. Ни клуб, ни главный тренер не хотели и не могли ждать, поэтому приехал Ромуло. Второй момент – денежный. Мы не хотим ситуации, как в «Зените» после прихода Халка. Может она возникнуть? Может. Вот будет в «Советском спорте» редактор отдела хоккея получать раз в 10 больше вас, вы станете возмущаться?

– Таких ситуаций мы не хотим. А это было, насколько знаю, в «Спартаке», и наш акционер на примере Кавенаги это пережил.

– Это всюду так. Доказывайте. Станет Брызгалов лучше Парехи, Сухи и Инсаурральде, тренеры выберут его. То же самое можно сказать по любому молодому дарованию. Просто самородков, вроде Мостового, Шалимова, единицы. И давайте не забывать, что у нас в юном возрасте заиграли Макеев, Дзюба, Паршивлюк.

– Нет.

– У «Спартака» богатая история, и кажется, что мощное ветеранское лобби быстренько сожрет следующего иностранца, не потерпит его.

– Нет, если будет результат, потерпит.

– Да, но в России своя специфика.

– А кто вам сказал, что они ведутся?

– Отвечу вопросом на вопрос. Если с прошлогодним составом минус купленная в межсезонье четверка «Спартак» занял второе место, то на какое место он должен претендовать сейчас?

– Вот и ответ.

В конце разговора по просьбе корреспондента «Советского спорта» Валерий Карпин сформулировал девиз (на фото слева), под которым команда проведет три последних матча 2012 года.

– У нас в ходу выражение – прорвемся. Добавлю для девиза еще один глагол: «Объединимся и прорвемся».