«Самым приятным был финальный свисток». На матч «Зенит» - «Анжи» «ССФ» командировал американского журналиста

В Санкт-Петербурге я живу уже десять лет. В доме на Центральной улице. Пальмы вдоль дороги, прямо напротив – бар и бейсбольный стадион. И много-много солнца.

Санкт-Петербург, штат Флорида. Может, слышали о таком?

Очутившись в российском Сент-Пите, я первым делом направился на поиски Центральной улицы. Даже 15‑градусный мороз не остановил меня. Надел два пиджака, две пары перчаток, две пары специальных носков для сноуборда – и в путь. Но все равно мерз. Вам смешно? Тогда имейте в виду: за десять лет, что живу во Флориде, снег я видел лишь раз, да и то мельком. Коснувшись земли, он тут же таял.

Местная Сентрал-авеню оказалась совсем не такой центральной, как ее американская тезка. Пришлось пилить на метро до конечной станции «Парнас». Это на самом севере города. Кстати, удобная штука метро. И дешевая. У нас в Сент-Пите под землей никуда не доберешься.

В России я оказался благодаря американо-российской программе по обмену журналистами. Вместе со мной прилетели еще 11 человек. Вообще-то я общеполитический обозреватель в газете Tampa Bay Times и к футболу как таковому отношения не имею. Так, иногда освещаю матчи местной бейсбольной команды. Но когда российские коллеги предложили сделать репортаж с игры «Зенит» – «Анжи», согласился не колеблясь.

Соккер – один из моих любимых видов спорта. Хотя, признаюсь, сам не играл ни разу в жизни. В школе была возможность записаться в футбольную команду, но я в итоге предпочел гольф. А футболом увлекся в 2006‑м, болея за сборную США на чемпионате мира в Германии. Некоторые коллеги удивляются: «Что там интересного? Был бы счет 55:42 – другое дело».

Но дело в не в счете. В футболе столько динамики! Постоянная смена ритма. Смотрится куда живее, нежели бейсбол и американский футбол. Тягомотина.

Моим футбольным гидом в Сент-Пите стал коллега Игорь из «Советского спорта». Договорились встретиться на «Спортивной». Пока ждал его на выходе с эскалатора, с интересом наблюдал за работой полицейских. Почему их так много? Боятся митингов или протестов? И зачем им такие большие шлемы?

Тут и там люди в шарфах «Зенита». Остановили парня в капюшоне и с наушниками. Попросили документы. Простая формальность.

В Америке с определенных пор тоже очень серьезно следят за безопасностью. Боятся терактов. Но российские полицейские какие-то более… пугающие.

Хотя при входе на стадион меня даже не попросили раскрыть рюкзак. Я мог пронести все что заблагорассудится.

В ложе прессы меня ждал неприятный сюрприз. Сюрпризом оказалась сама ложа. Почему она на открытом воздухе? Как работать при минус восьми?

На любом американском стадионе имеются специально оборудованные остекленные кабины, откуда можно наблюдать за игрой, не отвлекаясь на болельщиков и погодные неурядицы. Кабина отапливается или кондиционируется, в зависимости от внешних условий. На экранах можно посмотреть повторы. Где на «Петровском» столь привычные американцу удобства?

В этот момент я понял, что оставил шапку в гостинице. Я же рассчитывал на тепленькую комнатку! Пришлось в срочном порядке обматывать голову шарфом. И садиться поближе к пункту раздачи горячего чая. Поначалу пытался печатать, но от этой идеи пришлось быстро отказаться и покрепче натянуть перчатки. А потом и вторую пару.

Скажите, кому пришла идея провести матч поздним вечером в понедельник?

Российский гимн эхом прокатился по пустым трибунам, постепенно растворяясь в сумерках. Эй, там, наверху! Вы что, не могли сделать звук чуть тише? Нас тут от силы сотни две человек на всю арену. Ладно, гимн, но зачем во время предматчевой видеорекламы врубать колонки на полную?

Пока звучала музыка, игрок «Зенита» активно массировал уши. Денисов, кажется. В Америке национальный гимн – святое. Даже если не нравится, будь добр, но две минуты стой смирно. Выкажи уважение.

Полицейские, освобожденные от необходимости контролировать фанатские массы, кучковались и ежились у входа в подтрибунку. Подающие мячи мальчишки, чтобы не окоченеть, подпрыгивали на месте, словно маленькие воробушки. Сиденья припорошены снегом. Зачем очищать? Это последний домашний матч перед отпуском.

Я смотрел на покрытые сугробами трибуны и не мог понять: почему из-за поступка одного человека пострадали 20 тысяч других? Какой посыл несет это наказание? Не бросайте петарды на поле?
Уверен, если бы кинули петардой в игрока MLS, хулигана тут же вычислили и посадили за решетку (на некоторых стадионах есть мини-тюрьмы для нарушителей). Охранникам не понадобились бы видеозаписи – на злодея указали бы пальцем зрители. И получай статью «Посягательство на жизнь».

Вспоминается прошлогодний случай из университетской баскетбольной лиги. Болельщики «Бригэм Янг», недовольные решением судьи, закидали площадку посторонними предметами. Арбитр наказал команду техническим фолом, а тренеру «Бригэма» пришлось обращаться к зрителям по микрофону с просьбой угомониться. Подействовало. Может, и в футболе пенальти в таких случаях назначать?

На каждом американском стадионе свой свод правил. Выбежал на поле во время игры – сразу под руки, и на стадион в этот день уже не вернешься. Был свидетелем подобного на матче бейсбольной «Филадельфии». Какой-то буйный всю игру

выкрикивал матерные кричалки. К нему повернулась женщина: «Мы тут с дочкой, пытаемся смотреть игру» – «Я заплатил деньги за билет. Что хочу, то и делаю». Через минуту подошли полицейские: «Не угомонишься – вылетишь со стадиона».

Я не мог поверить своим глазам. Что это? Журналисты болеют за команды?

В Америке подобное просто невозможно представить. Если забили красивый гол, можно воскликнуть, сдержанно похлопать. Красивый гол есть красивый гол. Но рядом со мной сидела девушка, постоянно возводившая руки к небесам: «Что ты делаешь, Халк?! Что ты делаешь?». При этом я не заметил, чтобы она хоть что-то писала или передавала.

Никогда в жизни моя газета не разрешила бы мне прийти на игру просто так. Если получил аккредитацию и оказался на стадионе – освещай матч. Прийти на игру ради удовольствия – своего рода нарушение журналистской этики. Даже если выбрался на матч в свой выходной.

Кто все эти люди, расхаживающие по ложе? Кому разрешили пройти и по какому принципу? Когда игрок «Анжи» готовился выйти на замену, парень из ложи прессы окликнул его. Футболист обернулся и махнул рукой. Слышно было абсолютно все. Как игроки препирались с судьей. Как мяч соприкасался с газоном. Как тела шлепаются оземь. Все это напоминало университетский междусобойчик. Как если бы друзья предложили выйти на улицу и попинать мяч во внутреннем дворике.

Первый тайм я доблестно отсидел на своем месте, но все оставшееся время провел на ногах. Футбол в декабре? В России? Вы что, издеваетесь?

Официальные лица MLS твердо стоят на своем: в Торонто, Монреале или Ванкувере матчи в декабре–январе проводить нецелесообразно. Хотя в Торонто средняя температура в декабре – минус два.

И какой смельчак теперь рискнет предложить новые сроки проведения чемпионата США? Его пыл тут же остудят, показав нарезку матча «Зенит» – «Анжи».

Никогда еще финальный свисток не звучал так сладко. Радостно шмыгая и потирая руки, мы спустились в помещение, называемое у вас микст-зоной.

– Игорь, нас не пустят в раздевалки? – спросил я коллегу.

Он саркастически улыбнулся. Футболисты проходили мимо нас с каменными, непроницаемыми лицами. Удивительно. В США репортеров приглашают в раздевалки команд после каждой игры, даже самой неудачной. Если условный Лэндон Донован не в духе, у него есть 20 минут, чтобы помыться, собрать шмотки и смыться. Но если уж остался по истечении этого времени, обязан поговорить с прессой. Будь ты хоть трижды Бекхэм. Некоторым приходится отбиваться от вопросов вплоть до часа. Таковы правила игры.

Игра лидеров чемпионата в декабрьский мороз – незабываемое ощущение. Эпизодами классный футбол, хотя погода наложила свой отпечаток. Очень впечатлила средняя линия «Анжи». И все же голые трибуны не могли не оставить осадок.

«Петровский» не показался мне местом, куда можно пойти всей семьей. Сложно судить о таких вещах, когда стадион пуст. Но я не увидел будок с закусками и напитками. В США зрителям во время игр предлагают поп-корн, вафли и даже лобстеров. Все силы организаторов направлены на то, чтобы развлечь зрителя. На аренах разрешена продажа любых спиртных напитков – от пива до виски.

Если ты можешь позволить себе выложить 60 млн за Халка, почему не можешь вложить в безопасность и развлекуху?