Сыграть в «откат». В технологиях «строительства по-русски» разбирался корреспондент «ССФ»

На Руси никогда не считалось зазорным обокрасть государство. При советской власти так вообще образовалось народное движение «несунов» (что ж не нести, если «все вокруг – народное, все вокруг – мое»?).

Нынче это движение сошло на нет – нести уже нечего, фабрики-колхозы загнулись. Однако по воровству Россия рванула на недосягаемые высоты. Потому как за дело взялись, засучив рукава, весело и лихо чиновники. Мелкие воруют у отдельных представителей народа (взятки), крупные – у народа вообще, то есть из бюджета.

Самые лакомые куски – мегапроекты, те же футбольные стадионы. Смета зенитовской арены – самой проблемной из строящихся сейчас в стране, по последней информации, составляет 43,8 млрд руб., и сам черт не разберет, сколько в ней коррупционной составляющей, а сколько – российского раздолбайства.

Предлагая в 2006 году свой вариант стадиона «Зенит» (волшебный, «воздушный», поле въезжает-выезжает, то же самое делает крыша), японец Кисё Курокава прикинул стоимость – 225 млн долларов (6,7 млрд руб.). Спустя полтора года генподрядчик – ООО «Авант» утвердил в три с половиной раза большую сумму (23,7 млрд руб.). Оказалось, японец ошибся с металлом (его нужно не 12 тысяч тонн, а 60 тысяч), с котлованом (вместо 100 тысяч кубометров земли перелопатили аж 700 тысяч!)… «Почему Куросава решил, что за 6,7 млрд можно построить в таком месте такой стадион, – для меня загадка!» – восклицал начальник «Аванта» Григорий Фельдман.

Через два года под раздачу попал уже «Авант». Город обвинил ООО в бездействии, фирма город – в коварстве и вранье: построено на 5,5 млрд (одних только свай вколотили аж 11 тысяч!), а получено на 1,3 млрд меньше. Друг друга пугали судом.

Для проформы следователи начали уголовное дело: куда делись демонтированные кресла? Да и часть свай вбивали почему-то по одной смете, а часть – по другой, в два раза большей…

Новый генподрядчик (ЗАО «Трансстрой») затянул старую песню: нужны изменения в проекте (не соответствует требованиям ФИФА), новые сметы…

В 2006 году в конкурсе на строительство участвовало ГУП МНИИП «Моспроект-4» (бывшая знаменитая архитектурно-проектная мастерская №6, построившая большинство спортивных стадионов в России), но его проект показался не достаточно грандиозным…

С главным архитектором «Моспроекта-4» Дмитрием Бушем встречаюсь в его кабинете. На столе – чертежи, по телефону то и дело звонят заказчики…

– Несколько причин. Как делается за границей и как положено по нашему федеральному закону: сначала проводится архитектурный конкурс, победитель делает проект, потом прохождение экспертизы и заключение по сметной стоимости (если объект бюджетный) и только потом объявляется тендер на строительство. Вот тогда разница
между сметой и реальной стоимостью стройки будет процентов десять.

– Потому что тендеры по всем последним объектам (Казань, Сочи, Питер) проводились до проектирования и составления смет. Это были тендеры концепций.

– Но на стадии концепции невозможно определить стоимость! Тому же генпод-рядчику в объем работ сейчас вменяют не только стройку, но и выпуск проектной и рабочей документации. Естественно, он сделает все, чтобы проект был как можно более рентабельным.

Другой момент. С недавних пор уникальные сооружения в России приравнены к товарам народного потребления. По этому закону (о государственных закупках) мы, проектная организация, должны внести в банк залог: безотзывную банковскую гарантию. Если проектирование стадиона стоит 800–900 млн, то это еще 200–300 млн! Кто обладает такой суммой? Опять же, только подрядчик, который и сделает проект под свой интерес.

– Приняты новые законы, результат которых налицо. Это Сочи, это Питер, это Казань: прохождение экспертизы по нескольку раз, прежде всего чтобы скорректировать стоимость работ.

– Когда сменился первый генподрядчик, мы переделывали проект – на это ушло чуть меньше двух лет. Прошли первую экспертизу – по технической части и по стоимости. Стоимость была, кажется, 32 млрд. Во второй раз прошли экспертизу в прошлом году – только по технической части. После этого в мае прошлого года у нас закончился контракт.

– Конечно.

– Первое – мы приводили проект в соответствие с требованиями ФИФА. Тогда же предложили какие-то варианты его упрощения. Но город-заказчик пытался сохранить то, что уже было выполнено старыми подрядчиками, – закупленное железо лежало на складе. В частности, мы предложили отказаться от выдвижной крыши – зимой вариант Курокавы попросту может не раздвинуться. С нами сначала не согласились, но через год все равно пришлось это делать.

– Пока остается. Оно уже было сделано к моменту перепроектирования – куда его девать…

Выдвижное поле предназначено для концертов на стадионе. Пустить публику на газон – вытопчут. Поэтому поле решили выкатывать наружу. Это, конечно, очень сложно и очень дорого. Причем если раздвижную кровлю, как планировалось, будет делать немецкая фирма, то выкатывающееся поле делали наши заводы, в жизни таких работ не выполнявшие!

– Вполне вероятно. Мы не знаем, какова последняя смета – ее сдавали в Главгосэкспертизу уже без нас.

Насколько сложно менять смету? Очень сложно. Если строительство бюджетное, каждое изменение сметы – только через Главгосэкспертизу. Меняется смета – нужно корректировать проект и снова сдавать на экспертизу…

Выход? Писать другие законы или брать за аналог существующие – во Франции, Америке… Но это означает – ломать мощное лобби крупных генподрядчиков. А они все – из первой двадцатки «Форбс». Сами понимаете…

– Тогда все было по-другому. Увеличение стоимости стройки было ни к чему строительной организации. Денег в кармане у директора от этого не прибавлялось.

– Нет. Не на бюджетные же строят.

Смета даже не проходит экспертизу. Тот же ЦСКА – заказчик, заключает контракт с подрядчиком по договорной стоимости. Договорились, к примеру, на 100 млн, и никого смета не интересует.

Бывший вратарь сборной СССР Анзор Кавазашвили стал строителем в начале 1990‑х: «После того как проиграл выборы на пост президента РФС Колоскову, создал фирму – жить-то на что-то надо было».

– Если финансирование из бюджета, чиновники стараются привлекать «своих» строительных магнатов, с которыми есть контакт. Те дают «откат» – никуда не денешься! А потом отбивают деньги с подряда. Самый простой вариант – «зарыть их в землю». Например, когда идет нулевой цикл – копают котлован и делают фундамент, – многие вместо твердого бетона заливают легкий…

– А на семь… Еще подрядчик может составить смету на зарплату, скажем, двумстам рабочим, а работать будут сто.

Но иногда случаются скандалы. Вот начали строить автомобильное кольцо при Лужкове, но государственная комиссия нашла, что ширина дороги на несколько сантиметров уже, чем в проекте. А это же миллиарды!

Что интересно, наши чиновники приучили к «откатам» иностранные фирмы, раньше понятия не имевшие, что это такое. Заказчики получают процент в зарубежном банке – и все шито-крыто.

– Раньше – 10 процентов общей сто-имости. Сейчас, говорят, доходит до 50! А представьте, если смета на десятки миллиардов рублей?!

Сейчас много разговоров о стадионе «Зенита». Прибавляет и прибавляет в стоимости. Потому что строители меняются, как перчатки. Каждый говорит: материал дорожает, кризис, предыдущий ошибок наделал, надо исправлять… И каждый новый подрядчик внедряет какое-нибудь ноу-хау. А для этого надо сломать старую
конструкцию. Вот так процесс и идет.

– А до этого Счетная палата признала, что незаконно менялась смета строительства. И что? В этом деле давно должны были разбираться правоохранительные органы, но, кажется, заботит оно только прессу! Дойдет ли до суда? Сильно сомневаюсь…

P.S. Строительство стадиона «Зенита» должно быть завершено к осени 2015 года.