«Жениться думаю лет в 25». 15 добрых цитат из юности Игоря Акинфеева

– Я не считаю ни свои годы, ни сантиметры, на которые увеличился мой рост. И ощущение «прощания с детством» специально не «ловил». Только на семейных праздниках и думаешь о том, что подрос, повзрослел. А так – жизнь идет своим чередом, и об этом не вспоминаешь.

– За себя могу сказать точно: болел. Следил за матчами питерцев, за тем, как они набирают для России очки в рейтинг УЕФА... Жаль, что «Зенит» попал на «Севилью». Точнее, жаль, что лучшая игра испанцев в этом турнире пришлась как раз на домашний матч против нашей команды. А в Питере отыграть три мяча было уже сложно. Тем более на таком поле, где утонуть можно было. Что ж, теперь Питер только сильнее захочет победить в Кубке России. Впрочем, на это у нас свои планы...

-- Почему Канисарес? Понравилась его игра в финале Лиги чемпионов против «Реала» лет семь назад.

— А какие это может вызвать проблемы? У меня с ними совершенно нормальные отношения – в сборной спокойно общаемся. Другое дело, что «Зенит» наверняка не горит желанием продавать своих лидеров прямому конкуренту, так что рассуждать об этом можно только в теории.

— В ЦСКА дружу со всеми, в номере сейчас, например, поселился с Сергеем Самодиным. В других командах тоже много хороших знакомых. Поддерживаю контакты со сборниками «Локомотива», «Зенита».

— У футболистов принято называть друг друга по прозвищам, образованным от фамилий. Меня в команде зовут Акинфеем.

— Если выиграем даже 10:9, я всех расцелую.

— В раздевалку мне позвонили родители. Я не видел, но, судя по голосу, на их глазах были слезы счастья. Свои эмоции я даже затрудняюсь описать. Когда Вагнер забил третий гол, я лицо закрыл руками от ощущения: «Вот оно!» Просто кожей почувствовал, что Кубок УЕФА мы не упустим!

-- (смеется) Жениться думаю лет в 25. Пока мне это не нужно, а лет через шесть-семь, возможно, созрею. В девушках, считаю, главное – добрый характер или, что называется, душа. Внешность второстепенна. Для меня чтобы понять человека, нужно общение, а следовательно – время. Может быть, из-за его недостатка пока обхожусь без жены. И даже без девушки.

– 200 рублей – моя первая зарплата в детско-юношеской школе. Еще при Павле Федоровиче Садырине. Тренеры главной команды тогда посмотрели тренировку, потом вызвали родителей, меня и решили поставить на ставку. А на что потратил деньги, даже не помню. Родителям, наверное, отдал.

– Сам был на награждении в этом году и был среди вратарей самым маленьким. Не знаю, что-то они, наверное, такое едят (смеется). Мне и моих сантиметров вполне хватает. Комплекс этот я еще в детстве изжил. Тогда росточком я был метр с кепкой, и, когда били в верхний угол, все уже заранее знали, что это гол.

– Ощущения, честно говоря, были довольно интересные – будто мы выиграли войну. Победили соперника в футболе, успели подраться. Вспомнили все, чем в детстве занимались, – кто бокс, кто каратэ. В раздевалку пришли с чувством хорошо выполненного долга (смеется). Но сам инцидент практически не обсуждали, посмеялись, пошутили, разъехались домой.

-- Было такое. Морально старались поддержать, подшучивали (смеется). Жиркову, кстати, можно сочувствовать постоянно. Он у нас в команде главный коллекционер синяков и шишек. После «Рейнджерс» с фингалом приехал, после Португалии, когда за «молодежку» играл. Из Порту опять же с синяком возвращался.

– Учусь, дела нормально. Помню, на вступительных экзаменах диктант писал. Потом было ощущение, что красной ручкой – исправлений было больше, чем моих слов. Но поступил. Со мной на курсе Спартак Гогниев, кстати, учится. На другом курсе – Леша и Вася Березуцкие… Из ЦСКА многие в этот институт поступают. Традиция, наверное, такая.

– Если поступят серьезные предложения от солидных клубов – я буду только рад. Но рассматривать мы их будем вместе с руководством ЦСКА.