Либо почет, либо наручники

О том, предоставлены ли такие разъяснения и материалы, неизвестно, хотя три вице-президента РФС – Симонян, Прядкин и Ефремов побывали на финале Кубка России, который прошел 1 июня в Грозном.

11 июня грядет исполком РФС. Он может предоставить право президенту РФС при необходимости создать рабочую группу (в состав которой включить представителей футбольных лиг) для рассмотрения заявлений Кадырова.

Высказывания Кадырова, вызвавшие живую реакцию, касались некоего судьи, «который просил денег». Как можно понять из этих слов, некий судья приехал в Грозный, попросил денег, но ему отказали, после чего местной команде не поздоровилось. В контексте повествования Кадырова можно понять, что речь идет о нижегородском арбитре Михаиле Вилкове. Ранее государственный деятель назвал «судьей продажной» и «козлом», не посчитав необходимым принести личные извинения.

«Советский спорт» обратился к первому вице-президенту РФС Никите Симоняну – как продвигается дело?

– С этими вопросами лучше напрямую обратиться к президенту РФС Николаю Толстых. Лично я этим вопросом заниматься не собираюсь. Не имею информации, занимались ли вопросом. Но, безусловно, вопрос требует того, чтобы была поставлена точка. Необходимо установить факты, – считает Симонян.

– Давайте предположим, что могло быть в Грозном на самом деле. Кто у кого требовал денег.
– Непростая ситуация, черт возьми. С одной стороны, существует презумпция невиновности. И надо обязательно выслушать господина Вилкова – что он думает по этому поводу? С другой… Сложно не верить руководителю такого ранга, как Рамзан Кадыров.

– Если мы правильно поняли его слова, то Вилков приехал в Грозный и потребовал…
– Если это правда и арбитр Вилков требовал денег, к тому же при свидетелях, то надо было надеть на него наручники. Или по крайней мере завести уголовное дело. Если будет доказано, что судья требовал денег, значит, он должен быть отстранен от деятельности арбитра пожизненно.

– Вы обсудили эту тему с Кадыровым в Грозном, где вместе вручали Кубок России?
– Нет, не обсуждали.

– Почему?
– Потому что не хотел испортить праздник. Это же финал Кубка России, понимаете? Немного позднее было бы уместно… Кстати, Кадыров хотел заговорить со мной в Грозном на тему судейства. Он высказался, но я практически не реагировал. Не возражал, ничего не говорил. Я в большом футболе с 1946 года. Не было ни одного чемпионата, чтобы судьям не предъявляли претензий. Чаще в претензии остаются команды, которые проиграли решающие матчи, не выполнили поставленных задач. И в этих командах никогда не вспоминают о случаях, когда судьи принимали спорные решения в их пользу. Тем, кто критикует российских судей, я посоветовал бы обратить внимание на мировую школу. Помните не замеченный арбитрами гол Лэмпарда на чемпионате мира в ЮАР? И болельщики по всему миру возмущались совершенно по делу. Однако этот момент в конце концов признали чисто футбольной ошибкой.

Ответил на вопросы «Советского спорта» и президент РФПЛ Сергей Прядкин.

– На пресс-конференции по итогам сезона вы говорили, что Кадыров не прав, высказывая подобные мнения по судейству. Поговорили с Рамзаном Ахматовичем в Грозном на финале Кубка России?
– Да. Но коротко. Кадыров был занят – по статусу положено больше уделять внимания руководителю республики, в данном случае – Республики Дагестан, который был на матче. Но проблему мы обсудили и договорились пообщаться еще раз.

– Вкратце – в том смысле, кто именно из судей деньги берет?
– Нет, чтобы не было непоняток, поясню: мы обсудили проблему судейства в целом, открытости судей, проблему подхода к развитию судейства.

– Но исходя из высказываний Кадырова, Вилкову и в суд сложно пойти – его фамилию глава Чечни не называл.
– Где-то прочитал мнение о том, что это говорилось не о Вилкове, а о ситуации в одном из туров. В моем понимании, говорилось не о Вилкове. Говорил с президентом «Терека» Даудовым о том, что такие вопросы необходимо обсуждать в футбольном кругу.

Напомним, что сказал на встрече с журналистами глава Чечни Рамзан Кадыров о своих оценках в адрес арбитра Михаила Вилкова.

– Наказали нас по закону… Хотя не по закону, не по правилам. Нас должны были оштрафовать – и все. А нас за то, что мы чеченцы… Я неумышленно, я хотел другое сказать, не могу при женщинах. Хотел грязно сказать, но остановился. У нас болельщики самые воспитанные. Самый плохой – это я. За это я получил наказание. Зашел в комнату к судье, говорю по-мужски: пойми нас правильно, болельщики, которые сидят, у каждого кто-то умер, кого-то похитили, они думают, что если нас давят, то это указание руководства государства. Почему нечестно судите, дали карточку Уциеву? Он умышленно это. Нам сказал судья: «Дайте нам деньги, все будет хорошо». Я сказал, что не даем, давай до свидания. И поэтому я сказал, что он продажный. Он это знает. И те, кто комментировал, тоже знают.

Михаила Вилкова обсуждают, осуждают, вот только он ответить ничего не может.

Андрей БОДРОВ

Мне передали персонально: Роберто Розетти недоумевает по поводу комментариев в «Советском спорте» об информационной политике департамента судейства. Меня попытались убедить в том, что для арбитра вполне естественно не реагировать на оскорбления в микрофон, а также на обвинения во взяточничестве и вымогательстве денег и т.п. Что для арбитра естественно молчать. Кроме того, следует ценить только оценку своего начальника. А также смотреть телепрограмму «Свисток», где о судействе скажут компетентные люди, покажут интересные повторы.

В таком случае мне представляется, что Розетти выбрал наилегчайшее – самоустранился от скандала. А вот арбитр Михаил Вилков, по моей информации, мягко говоря, не согласен «со сведениями, порочащими честь». Он консультировался с юристами на предмет происходящего о том, как реагировать. Но и в его случае по всему выходит, что лучше молчать. Подать в гражданский суд на главу Чечни, наверное, страшно.

Выступить в прессе – еще страшнее, потому что отлучат от работы.

Правильнее дождаться, что решит исполком. Или пояснений от Кадырова – вдруг он обознался? Ведь всякое может случиться – какой-то другой судья вымогал деньги в Грозном, а подумали на Вилкова.