502 Bad Gateway


nginx
V4x3 l 1455540381188

«Советский спорт» начинает публикацию серии биографических заметок о главном тренере сборной России. Сегодня – первая часть, рассказ в которой пойдет об истории семейства Капелло.

 Вытянуть из Фабио Капелло интересные воспоминания о детстве или, скажем, об отношении к женщинам невозможно. По крайней мере если вы не земляк итальянца. Тренер предпочитает говорить о предстоящем матче и не лезть в прошлое. А ведь в его биографии немало интересных поворотов и событий, определивших стиль поведения и оказавших влияние на становление личности.

Преступление перед российскими болельщиками не узнать об основных вехах жизни 67‑летнего итальянца. 

РОДИНА. ГДЕ НАХОДИТСЯ ПЬЕРИС?

Фабио Капелло появился на свет 18 июня 1946 года, всего через 16 дней после создания Итальянской Республики. Вполне счастливое детство прошло в крохотной деревушке Пьерис на северо-востоке Италии, в 20 км от границы со Словенией.

Раньше эта территория контролировалась британской армией, в связи с чем английские веяния можно было заметить без особого труда. Например, трехэтажный панельный дом, на первом этаже которого маленький Фабио жил с мамой Эвелиной, папой Гуеррино, сестрой Бьянкой и бабушкой с дедушкой, очень напоминает урбанистические строения Манчестера. По крайней мере в этом уверяет корреспондент «Daily Mail» Нил Эштон, отправившийся на родину тренера в 2007 году. И причин не верить нет – дом действительно строили британские солдаты вскоре после окончания Второй мировой войны.

До войны Пьерис являлся частью Венецианской и Австро-Венгерских Республик. И как рассказывают долгожители, в регионе всегда рождались упорные, волевые, но молчаливые и сосредоточенные мужчины.

– Исторически мы не привязаны к одному определенному месту, – рассказывала Эштону мэр города Сильвия Каросо. – В Пьерисе не просто так собрались представители самых разных наций.

И по сей день Фабио остается самым знаменитым уроженцем поселения. Его историю может рассказать каждый житель – нужно только спросить.

– Я каждый день наблюдал, как мать отводила Фабио в школу, находившуюся буквально в ста метрах от их дома, – рассказывал Паоло Паскор, владелец одного из трех баров на весь Пьерис, в котором проживают 2567 человек.

– Когда Фабио забил свой знаменитый гол на «Уэмбли», табло должно было показывать: Англия – Пьерис – 0:1, – уверен 73‑летний составитель «Истории ФК «Пьерис» Фабрицио Милокка.
И эти слова подтвердит любой местный житель.

ДЯДЯ. ПУТЬ ОДИН – НА ПОЛЕ

Итальянские журналисты, знающие о Фабио практически все, уверяют, что его девиз: «Семья прежде всего» (девизом его отца Гуеррино была фраза: «В здоровом теле – здоровый дух»). Этим принципом он и руководствовался по жизни. Пока, например, швед Свен-Йоран Эрикссон во время работы в сборной Англии был уличен сразу в нескольких интрижках (даже с секретарем футбольной ассоциации Фарией Аллам), Капелло уже больше 40 лет наслаждается семейной жизнью с супругой Лаурой, родившей ему двух сыновей – Пьерфелиппо и Эдуардо.

Правда, еще раньше будущий тренер сборной России влюбился в футбол. Что на самом деле не так уж и странно – отец Гуеррино тренировал местный клуб «Пьерис», в котором Фабио делал первые футбольные шаги, а дядя – родной брат его матери Марио Тортул (умер 25 августа 2008 года) – выступал на профессиональном уровне за «Сампдорию», «Триестину», «Падову» и даже сборную Италии. Другого пути, кроме футбольного, попросту не существовало. И если верить соседям да английским журналистам, Фабио начал гонять мячик во дворе уже в возрасте трех лет.

ОТЕЦ. КАК ВЫЖИТЬ В КОНЦЛАГЕРЕ

Отец нашего героя Гуеррино был человеком многих талантов и способностей – он не только тренировал «Пьерис» в начале 50‑х, но и работал учителем математики. Впрочем, самой трагичной частью его жизни стала война. Капелло-старший воевал в артиллерийских войсках на стороне армии Муссолини при итальянском вторжении в Хорватию в 1941‑м. Но когда Италия решила выйти из конфликта, он оказался отрезанным на вражеской территории, рассказывает в одной из своих книг про жизнь тренера журналист Майк Райан.

– Немцы арестовали его в пять утра, когда он сходил с поезда в Фиуме, – рассказывала журналистам Эвелина. – Так начались два или три очень трудных года. К тому моменту уже родилась Бьянка (сестра старше Фабио на пять лет, сейчас живет в Местре, Венеция, мать двоих детей. – Прим. ред.) и мы были женаты.

– Отца отправили в немецкие лагеря, откуда он изредка писал письма и просил прислать ему хоть что-нибудь съедобное, – вспоминала Бьянка Капелло. – Мать посылала ему корзины с едой, но из-за хаоса войны редко доходило хоть что-то.

– Американцы освободили мужа в апреле 1945‑го, – продолжает мама Дона Фабио. – Он весил 40 кг. Хотел сразу вернуться домой, но в том состоянии не мог. Его убеждали, что есть нужно понемногу и восстанавливаться постепенно, а потому дома он оказался лишь в сентябре. А уже спустя девять месяцев появился маленький Фабио.

Затем Гуеррино работал в местном клубе «Пьерис», выступавшем в низших лигах. Как вспоминал вице-президент клуба Франко Стефано, «он тренировал не только взрослую команду, но еще и юношескую плюс выполнял функции граундсмена, засеивал поле, когда то превращалось в месиво, – и вскоре вырастала трава».

– Фабио сейчас выглядит точно как отец, – уверяет 56‑летний Альдино Косоло, успевший поиграть под руководством Капелло-старшего. – Когда он скрещивает руки и стоит с серьезным видом – вылитый Гуеррино.
– Он подталкивал сына, например, хотел, чтобы Фабио получил диплом перед тем как стать футболистом, – вспоминает Элиза Косоло, которую Гуеррино учил в школе. – Он заставлял его быть дисциплинированным.
Следующая история о методах предка может удивить слабонервных.

– В том месте, откуда я родом, живут прямые и сильные люди, – рассказывал в одном из интервью уже сам Фабио. – Мы должны работать. У нас строгая дисциплина. Уважение всегда являлось для моего отца самым главным. Но в то же время он всегда твердил мне, что нельзя вести себя как ягненок. Когда мне было четыре года, мы отправлялись на остров, отец помогал залезть на самую высокую скалу, сам затем прыгал в воду и кричал снизу, чтобы я тоже прыгал. Я прыгал, несмотря на десятиметровую высоту и неумение плавать.

В другом интервью сеньора Эвелина уверяет, что Гуеррино сталкивал сына в воду. Бьянка утверждает, что Фабио тогда было 8 или 9 лет, что он сам забирался на скалу, чтобы покрасоваться перед отцом, и что сигал вниз с высоты 5–6 метров. Не десяти.

Пусть показания разнятся, суть понятна: именно отец наставил тренера на путь, по которому он идет всю жизнь. Причем и в буквальном смысле тоже.

Именно он отправил сына в возрасте 14 лет за тысячу миль в клуб «СПАЛ» (Лучано Спаллетти здесь совершенно ни при чем. – Прим. ред.) из маленькой Феррары, где спустя четыре года Фабио встретит будущую жену Лауру в общественном транспорте. А ведь к юному дарованию присматривались скауты разных клубов. Вопрос состоял лишь в том, кому именно удастся убедить Гуеррино. И он отдал его в руки президента «СПАЛа» Паоло Маца (сумма трансфера, по некоторым данным, составила два миллиона лир, или 500 фунтов стерлингов по нынешним деньгам), которого один из величайших итальянских журналистов Джанни Брера прозвал «Il Rabdomante» – «прорицателем» за умение обращаться с молодыми талантами. Именно это умение приведет крохотный клуб в саму серию А, свидание с которой затянется на долгие 13 сезонов.

…Как уверяет еще один летописец Габриэлле Маркотти, до последних дней жизни Гуеррино Капелло, умерший от рака в 1982 году, оставался самым близким другом для сына. У них даже существовало правило: дважды в неделю писать друг другу письма. При том, что уже давно существовали телефоны…

МАТЬ. ПОЧЕМУ МАМА ФАБИО – НЕ КАПЕЛЛО?

Эвелине Тортул – как многие другие итальянские женщины, мама Фабио сохранила за собой девичью фамилию – сейчас за 90. Она продолжает жить в той же самой квартирке с двумя спальнями в Пьерисе, в конце улицы Виа Вольта. Перед тем как Капелло возглавил сборную Англии, к ней в гости наведались скромные репортеры из Британии.

– Он не звонил мне уже два дня, это очень необычно, – поведала им госпожа Тортуд. – Обычно звонит каждый день. Наверное, весь в делах. Мне про работу в Англии ничего не говорил. Все узнаю из телевизора. Но работа в Англии – это не совсем то, что я для него хотела бы, но надеюсь, что все сложится хорошо. Он не появлялся здесь с прошлого сентября, но надеюсь, заедет перед отправкой в Англию. Потому что затем, видимо, я буду видеть его еще реже. А мамма (итальянцы произносят с двумя «м». – Прим. ред.), знаете ли, всегда останется маммой.

– Мне бы хотелось, чтобы он тренировал итальянский клуб и жил в Италии, – продолжает заботливая старушка. – А еще ему не помешало бы немного отдохнуть. Да и сноха моя, Лаура, вряд ли от счастья запрыгает. Она тоже за Италию. Он побывал уже везде, пора бы и провести какое-то время дома. Только за этот год им уже третий раз приходится переезжать. Испания, Италия, теперь Англия.
А тогда ведь еще и речи не шло о России…

Английские журналисты, навестив госпожу Тортул, рассказывали, что в ста метрах от ее дома располагается и центр городка, куда она на велосипеде ездит за покупками и играет в бинго.

– Люди спрашивают, почему я продолжаю жить в Пьерисе, почему Фабио не перевезет меня в большой дом, – вспоминает мама тренера. – Так вот: он пытался, но я отказалась уезжать. Мне нравится здесь. Здесь царит безмятежность. Я знаю каждого, и каждый знает меня. Здесь я провела всю жизнь – вышла замуж, вырастила детей. Люди постоянно подходят, спрашивают, как Фабио, обнимают, целуют прямо посреди улицы. Вы понимаете, о чем я говорю?

Наведавшись в Пьерис через какое-то время, англичане грустно подметили, что сеньора Капелло бросила езду на велосипеде и выходит в основном за покупками и к парикмахеру. Репортерам удается стать свидетелями удивительного момента – телефонного разговора сына и матери. Он спрашивает про здоровье (лучше, чем вчера) и про погоду (дождливо). Она – о том, как добрался до Англии после того, как приезжал к ней на прошлой неделе на 24 часа.

Беседа, по свидетельствам очевидцев, «короткая и нежная». «На прощание она выдыхает в трубку теплое «Чао, аморе». Звонки исправно раздаются практически каждый день, но о работе сын с матерью никогда не говорит. Вот как описывает их беседы Пьерфелиппо, сын, а также адвокат-агент Фабио и внук Эвелины:

– Они созваниваются каждый день, но разговор длится не больше минуты. По правде говоря, Фабио в принципе не разговаривает долго по телефону. Если ему звонит мама, это выглядит примерно так: «Как дела? Все хорошо? Ну и хорошо. Чао».

Второго сына зовут Эдуардо, он работает финансовым советником при семье. В одном из интервью отец сожалел, что нынешнее поколение не так трепетно относится к традициям и что у обоих сыновей дети появились раньше, чем их отцы вступили в брак.

Меняются времена, меняются нравы, но Фабио Капелло и его отношение к семейным ценностям остаются неизменными. Жаль, что не все это понимают.

Связанные материалы: