Дик Адвокат: До сих пор не знаю, кто уволил меня из «Зенита»

– Не уверен в этом. Но я знаю, что президент Федерации футбола Сербии позвонил мне, потому что кто-то из УЕФА сказал ему: «Попробуй Дика, почему нет». Возможно, это был Фурсенко. Или Прядкин. Один из них двоих, потому что вряд ли кто-то еще сказал бы такое.

– Мы были хорошими друзьями, дружили с семьей Фурсенко. Но после чемпионата Европы-2012 что-то случилось, и я ни разу не видел его и не говорил с ним. По-моему он был отличным президентом. Он всегда был открыт для новых идей и всегда стоял за своих людей.

В футболе ничего нельзя планировать. Я никогда не думал, что покинул сборную России после двух лет работы. Потому что в команде все шло хорошо, мы играли в хороший футбол, и это приносило результат. Но затем что-то произошло между господами Мутко и Фурсенко, и это стало причиной ухода Фурсенко. Видимо, они не были друзьями, и видимо, Мутко был в тот момент более могущественен. Может, я и ошибаюсь, но думаю, поэтому Фурсенко пришлось уйти.

– Я провел в «Зените» три года, и за эти три года – очень короткий срок – мы выиграл все. При этом мы не тратили так много денег. Атмосфера была хорошая. Господин Миллер вместе с Фурсенко прекрасно развивал клуб. Потом я был близок к приходу в «Динамо». Но, возможно, я попросил слишком много денег.

– После.

– В какой-то момент подумал, что «Динамо» возьмет меня. Но что-то произошло между людьми, которые принимали решение. В итоге они сказали: «Ты просишь слишком много, мы на это не пойдем. Не всегда получаешь то, что просишь.

– Нет, никто не говорил со мной о «Спартаке» или «Рубине».

– Капелло – очень опытный тренер. Он добивался успеха и как игрок, и как тренер. Но итальянское видение футбола очень отличается от голландского. Капелло все всем доказал, но у него  другой стиль футбола – оборонительный. В «Зените» то же самое. Спаллетти тоже был успешен. Он потратил очень много денег, но его команда играла очень по-итальянски. Но если есть успех – что можно еще сказать?

– Думаю, Андрей был счастлив вернуться в «Зенит». И думапю, он знал, как непросто будет возвращаться в родную команду. Андрей – хороший игрок, но играет только моментами. В эти дни тренеры больше ищут игроков, которые будут в игре все 90 минут. А с Аршавиным – ты никогда не знаешь, что будет. При мне он делал хорошую работу, усердно трудился. Но он делает это не для всех. Ему 33, его по-прежнему можно выпустить на поле, и он решит  тебе исход игры. Но стать основным игроком «Зенита», учитывая, сколько игроков они купили в последние пару лет, будет очень сложно.

– Как с человеком – нет, как с игроком – да.

– Как я уже сказал, тренеры ищут игроков, которые будут работать все 90 минут. И если у клуба есть деньги, тренер лучше купит себе такого игрока. Так лучше для тренера и для команды. Когда Андрею было 26, я сказал ему: «У тебя есть данные, чтобы быть самым топовым игроком». Возможно, ему были важнее другие вещи в жизни. Мы видим, что делают звезды, чтобы стать настоящими профессионалами, чтобы всегда оставаться в форме. Андрей не делал этого, он не такой человек. Но кроме этого, мне он очень нравился.

После Евро у него был тяжелый период. Он был бы тяжелый для всех, кто попадал в такую ситуацию. Он ведь еще был капитаном сборной. Нам в конце не повезло. Мы провели отличный матч против Чехии, хорошо сыграли с Польшей. Хороший результат! Но игра с Грецией – это что-то невообразимое. У них было два момента, и они забили один гол. Это была невероятная ошибка. Даже три ошибки, предшествовавшие голу. Это футбол.

– Когда я впервые вывал Дзюбу, он уже был бомбардиром. Но у меня тогда еще были сомнения по поводу его движения, скорости. Я пробовал его, но знал, что он сможет заиграть на уровне сборной только через некоторое время. Кокорин же продвинулся дальше. У него есть талант, чтобы стать действительно отличным игроком, он умеет забивать, он быстр. Я сказал ему в 2012-м, что он должен стать новым нападающим сборной России. И через три месяца он заиграл в основе.

– Тут всегда будет конфликт интересов. Сборной России нужно, чтобы в «Зените» играл русские игроки. «Зениту» же нужны иностранцы. То, что происходит сейчас, не идет на пользу сборной. Потому что когда есть иностранец, чаще всего именно он будет играть, а не русский. В мое время в «Зените» мы купили 6-7 русских игроков и 3-4 иностранца. Сейчас клубы в России слишком сильны. Это проблема для российского футбола. Но в принципе это проблема и для многих  других стран.

– Это очень глупое правило. Думаю, и Хиддинк, и я принесли много позитивных вещей в Россию. То, что Федерация принимает такие невероятные правила, многое говорит о самой Федерации.

– Я все объяснил игрокам сборной. В моем контракте было прописано, что Федерация должна решить до апреля, продлевать ли со мной соглашение. Это нормально, мы хотим знать, что будет дальше, перед турниром. Все шло хорошо, команда играл в хороший футбол. А затем Фурсенко сказал мне, что надо подождать конца турнира. Это было  немного странно. Это должно быть как-то связано с взаимоотношениями между Мутко и Фурсенко, сто процентов.

– В «Зените» я чувствовал себя очень хорошо, и по правде говоря, я все еще не имею понятия, кто именно принял решение меня уволить. И никто так и не объяснил мне причину, после всех успехов, что мы добились вместе с «Зенитом». Логично было бы удержать меня, думать о том, как можно добиться большего. Но я получил звонок: руководство решило поставить точку. Окей, ваше дело. А плакал я потому, что так много людей пришло сказать мне до свидания, несмотря на то, что меня убрали из клуба.