Артем Ребров: Лучше пропускать в Лиге чемпионов, чем вообще там не играть

Не там чисто, где метут, а там, где не мусорят. Вокруг спартаковской базы в Тарасовке не мусорят. Потому, наверно, и ни одной урны.

Внутри тоже чисто. Но урны есть. Не успеваешь разобраться со сложной логикой этого явления, как ту же натыкаешься на другую шараду. В коридоре базы две нарядных двери. На одной написано: «Белый склад». На другой: «Красный склад». Куда дели дефис? Почему расчленили святое?

Наведение справок дает понять: название соответствует содержанию. За одной дверью складировано гостевое, за другой домашнее. Форма разной степени красно-белости. Наименование складов придает этому разделению своеобразный художественный шарм. А вот с туалетами решено не мудрить. Оба исполнены в канонической комбинированной гамме.

Вообще Тарасовка остается консервативно-ностальгической. Планировка базы не меняется, добавляется лишь отделочных виньеток. Кругом разлиты газонные зеленя. Тишина такая, что слышно, как где-то под Ярославлем лает собака. Даже во время установки Дмитрия Аленичева.

Мероприятие это тихое, почти библиотечное. Команда внимает тренеру с пиететом. После чего начинается традиционное людское движение и звон мячей. Но без характерных футбольных словечек. Возможно, они и рвутся из душ наружу, однако при предшественниках Аленичева, есть ощущение, они оттуда вырывались, а при нем нерешительно мнутся у выхода.

Главный холл тарасовской базы чуть переделан с тех пор, как работа заносила меня сюда в последний раз. Пробковая обшивка стен на месте, а вот стенд с табличками, отражающими регалии «Спартака», переехал с одной стены на другую. Теперь на нем оставлены только медальные заслуги. Ушли успехи в кубке Содружества и памятная победа в розыгрыше Copa del Sol. На том месте, где все это ликовало, - большой портрет Николая Петровича Старостина. Его взгляд устремлен на переехавшие таблички. Его лицо имеет выражение мудрое и грустное. И грустит портретный Николай Петрович явно не о о пропаже извещения о победе в Copa del Sol. Скорее, о долгом отсутствии других извещений.

Между базой и полем - нарядные автомобили от нового клубного спонсора. Все новых линий и обводов. Когда-то здесь стоял синий джип Олега Романцева, привезенный, такое ощущение, из сердца Южного Бронкса. А сам он, оперевшись на перильца балкончика, весело докуривал последнюю предтренировочную сигарету.

Теперь все в прошлом. Все не так. И одновременно по-старому. Будет жалко, если «Спартак» съедет с Тарасовки. Нафутболенное место. Овеянное. Почти экскурсионное, если разобраться.

Тренировка, точнее, зримая для журналистов ее часть, водопадами фактов с ног не сбила. Все прошло открыточно и строго. Пресса успела понаблюдать разве что за рукобольством: полуфутболом, полугандболом, призванном размять конечности тренирующихся. Все занятие продлилось час пятнадцать и футболистов своей интенсивностью вполне удовлетворило. Потому, возможно, что часть из них стремилась на хоккей «Спартак» - ЦСКА.

Я заподозрил в этом, было дело, и Романа Широкова, который действительно стремглав расшнуровал свой нежно-розовые бутсы и скрылся в чреве базы. Но позже разведка донесла: Широков подзадержался в столовой, смотрел жеребьевку Лиги чемпионов. Хоккей конкуренции с таким шоу в глазах Романа не выдержал.

Голкипер «Спартака» Артем Ребров перед общением с прессой попросил минутную паузу.

- Сына в столовую отведу, и сразу к вам.

- Так вышло, что младшему сейчас больше мама нужна, а у старшего в садике перерыв и хоккейные тренировки. Когда позволяет ситуация, беру его с собой, спасибо тренерам, что разрешают. И мне по-отцовски спокойнее, когда сын рядом.

- Пока рано ему с хоккея на футбол переключаться.

- С удовольствием смотрю.

- О-о, это вы у него спросите. Про других не готов говорить.

- Не могу сказать, что вот прямо новая. Она хорошая. Но и была неплохая. Просто результатов не было, а сейчас они есть. И игра, которая нравится болельщикам, и от которой мы сами получаем удовольствие.

- Если перейдешь грань, он в спокойной и тихой манере скажет такое, что сразу поймешь: больше так делать не надо.

- Мне нет. Но со стороны наблюдал.

- Отцу моему спасибо, прежде всего, что так воспитал. У меня своя работа, у вас своя. Нужно ее уважать.

- Думаю, все видят, что с приходом Широкова в команде появился человек, который может и сгладить, и успокоить, и завести. Хотелось бы отметить его в этом плане. И я с себя капитанских обязанностей не снимаю. Но и про других ребят не стоит забывать. Все с характером, со стержнем.

- Он не навязывал мне никогда свои стремления, только поддерживал. Я и плаванием занимался, и волейболом. А стал футбольным вратарем. И очень этому рад.

- Вряд ли. Пока есть Акинфеев, ясно, что первый номер у него. Желаю и Игорю, и Юре Лодыгину только здоровья. Я третий в списке, всегда готов сыграть. И приглашению в сборную рад, конечно.

- Мне кажется, лучше 31 матч подряд пропускать в Лиге чемпионов, чем находиться в стороне от нее и отпускать какие-то комментарии. Когда-то серия закончится, а Лига чемпионов останется. В отличие от тех, у кого ни серии, ни Лиги.

- Тяжело. Играют в Екатеринбурге? «Урал» выиграет.

- Абсолютно. Что-то слышал краем уха, не более.