Вячеслав Колосков: Отстранение Блаттера и Платини – правовой беспредел

— Не ожидал, конечно. Прежде всего, Блаттера я видел буквально две недели назад на заседании комитета, членом которого я являюсь. Блаттер выступал, объяснял ситуацию, был убежден, что его это (расследование) не коснется, сказал, что исполняет обязанности президента и будет это делать до 26 февраля. То есть никаких рисков Блаттер не видел.

В равной степени это касается и Платини, которого я тоже видел в отеле. Перекинулись парой слов, Мишель излучал оптимизм, был доволен тем, что является кандидатом номер один на пост президента ФИФА. В случае Платини тоже ничто не предвещало такого поворота событий.

Честно говоря, для меня это шок. Если копнуть историю, можно узнать: комитет по этике создавал именно Блаттер. Он обосновал перед исполкомом необходимость такого комитета, он же разрабатывал полномочия комитета – и он же теперь, получается, пострадавшая сторона. Причем серьезно пострадавшая. С моей точки зрения, решение об отстранении пока абсолютно ничем не оправдано. Это просто какой-то правовой беспредел! По всем законам, в том числе международным, существует презумпция невиновности. Да, по делу Блаттера идет следствие, но следствие же еще не доказало, что он виновен. Пока суд не определит виновность и ее степень, никто не имеет права применять никаких санкций. А здесь комитет по этике лишает права работать в футболе президентов ФИФА и УЕФА, бывшего вице-президента ФИФА Чон Монджуна (под каким-то совсем надуманным предлогом)… Ну чушь какая-то!

Откровенно говоря, все это меня смущает. Похоже на продуманную акцию вывода из боевого строя ведущих футбольных деятелей. Для чего это делается, не очень понятно. Когда арестовали накануне конгресса ФИФА восемь человек, некоторые из которых входят в исполком, предъявили им обвинения – тут все понятно, в их отношении комитет по этике принял верное решение. Но тут люди на свободе, идет следствие, никто ничего не доказал – и вдруг их отстраняют. Сейчас президентау  ФИФА нет, генсека нет, есть только исполняющие обязанности. А сейчас ведь у ФИФА огромное количество соревнований, вроде Кубка мира среди клубов в декабре в Японии.

— Это я знаю, конечно. Но для принятия таких решений нужны веские основания. А веские основания – это какая-то доказательная база. Сегодня никаких доказательств вины ни Платини, ни Блаттера, ни тем более Чон Монджуна нет. Как можно взять и отстранить во время следствия? Понимаю там, предъявили обвинения, осудили, тогда вопросов нет. Но что если следствие закончится оправданием и Платини, и Блаттера? В какой тогда ситуации будет комитет по этике? Вот где парадокс.

— Говорить о виновности Блаттера рано можно будет, только когда состоится суд. Сейчас ни вы, ни я, ни комитет по этике понятия не имеет, что там происходит.

Ясно, что о продаже телеправ никто не знает кроме людей, которые подписывали соглашение. Ну а Платини при мне работал в ФИФА, где-то на рубеже 2000-х он был советником Блаттера. Именно Мишель – автор международного календаря. Почему ему заплатили не в 2001 году, а в 2011-м, разберется следствие.

— В прессе написано: Чон Монджуна отстранили от занятия футболом на 19 лет за то, что он в 2010 году, представляя заявку Южной Кореи для ЧМ-2002, объявил, что в случае своей победы образует фонд в поддержку ФИФА. Комитет по этике счел это подкупом – но подкупом кого? Какой федерации, кого из членов исполкома? Корея проиграла, повода никакого нет. Мало ли, что кому-то это показалось похоже на подкуп. Судить надо за действия – а ничего противоправного не было. Предлог совсем уж надуманный, чушь и беспредел.

– Призывы «Кока-Колы», «Макдональдса» и других юридически не имеют никакой силы. И тем более они не могут повлиять на решение комитета по этике. Но, конечно же, спонсоры – очень мощный инструмент давления на ФИФА и прежде всего на Блаттера. Бюджет ФИФА складывается не только из продажи телеправ, но и из спонсорских денег. С моей точки зрения, эти угрозы спонсоров заставили Блаттера на третий день после избрания на пост президента в мае изменить свое решение. Не исключаю, что именно это стало причиной досрочного прекращения его полномочий.

– Это покажут ближайшие 90 дней. Пока что Платини отстранен от футбольной деятельности. Следствие ничего не докажет, Платини окажется чист, кандидатом он останется, а 26 октября заканчивается подача заявок (кто еще может выдвинуться, мы не знаем) – если все так и будет, Мишель останется кандидатом номер один.

– Аяту не обвиняли в коррупции, но замечания и правда были. Детали я немного подзабыл, но на счет Федерации футбола Камеруна действительно переводились какие-то спонсорские деньги – а расследование подтвердило, что ни копейки этих денег в самой федерации в итоге не осталось. Все инстанции потом подтвердили, что Аяту тут не при чем, но след остался. Впрочем, этот шлейф вряд ли куда-то потянется.

– Никакой связи тут нет, к счастью. Блаттер же не занимался организацией ЧМ-2018 в каждодневном режиме – это делает специальный орган, он мониторит ситуацию по всем 11 городам. Он очень тесно работает с нашим оргкомитетом, постоянно выживает на места, не далее как пять дней назад инспектировали стадионы «Арена Химки» и «Родина». Блаттер же участвовал только в заседании оргкомитета ФИФА по проведению чемпионата мира, он проводится два раза в год, да и то его президент – не Блаттер. Происходящее сейчас никак не касается нашего ЧМ. Тем более вы же сами подтвердили: обвинения Блаттеру заявки не касаются. Опасаться нам нечего.

– На этот вопрос вам никто не ответит: любой ответ, пусть даже и юриста, будет некорректным. Тайна следствия неизвестна никому, доказательная база – тоже, никто бумаг не видел. Делать прогнозы сейчас очень рискованно. И. о. генсека есть, его полномочия исполняет аппарат – значит, власть существует. А что до президента, то до тех пор, пока Аяту не приедет и не будет заниматься работой Блаттера, безвластие сохранится.