«Слуцкий не должен получать в 100 раз меньше Капелло» Черданцев о сборной России

В понедельник Георгий в паре с Константином Геничем отработал для Первого канала матч Россия – Черногория, утром приехал в редакцию Sovsport.ru, а днем отправился подписывать контракт с «Матч ТВ». Сам телеканал начинает вещание с первого ноября. О ТВ и персонально об экспертах, о сборной и будущем Леонида Слуцкого, мы с Георгием – давно знакомы и потому на ты – и поговорили.

– На матч с Черногорией я опоздал, попал в пробку, – говорит Черданцев. – Приехал за полчаса до начала, пришел в комментаторскую, и мне Генич говорит: «Тебя Слуцкий ждет, иди селфи с ним делай». Это уже как счастливая примета.

– Знаешь, Леонид Викторович на этих селфи выглядит как человек, которого явно застали врасплох.
– Нет-нет. Я не фанат селфи, но понимаю, как много значат в футболе приметы. Сам играл в футбол, и у меня была примета  на поле заходил с левой ноги плюс уже после того, как закончилась разминка, перед построением команд, мне обязательно надо попасть в пустые ворота.

– Что будет дальше со Слуцким? 
– Слишком много неизвестных факторов. Я не знаю ни суммы контракта тренера с ЦСКА, ни неустойки в этом контракте в случае расторжения, ни планов президента ЦСКА на то, кого он видит преемником Слуцкого… Могу только со стороны высказать свое мнение: я бы подписал Леонида Викторовича тренером сборной до 2018 года, потому что сейчас не время скакать от цикла к циклу, надо работать на далекую перспективу.

– А совмещение?
– Ответ на этот вопрос может дать только сам Слуцкий – насколько ему комфортно сидеть на двух стульях. 

– Почему ты считаешь, что надо подписывать тренера до ЧМ-2018? Ведь после Евро все может измениться.
– Потому что иной путь, когда ты подпишешь до Евро-2016 с формулировкой «а там посмотрим» – это неуважение. Если вы говорите Слуцкому: «Давайте проведете Евро, а там посмотрим», это ставит под сомнение профессионализм тренера. Надо доверять тренеру, чтобы он рассматривал свою работу на Евро с прицелом на ЧМ-2018. И на домашний ЧМ надо работать только освобожденным тренером, потому что это работа вдолгую, это больший просмотр игроков, матчей и совместить это с нагрузками тренера в топ-клубе нереально.  

– Но крупный турнир, Евро-2016 в частности, почти всегда меняет отношение к тренеру. И по завершении турнира длинный контракт с ним оказывается обузой.
– Так пропишите в контракте вменяемую неустойку. Она не должна быть безумной, как у Капелло. Есть же законодательство РФ, есть формулы расставания, зачем выдумывать телегу? Мечта любого тренера – работать со сборной своей страны на ЧМ, который к тому же проводится дома. Тренеров, которым это удавалось, единицы за всю историю футбола! Это большая честь, Слуцкий в начале, фактически, карьеры запишет себе в досье, что работал на ЧМ-2018 в России.

– Думаешь, Слуцкий настолько тщеславен?
– Любой публичный человек тщеславен, а если нет – из профессии надо уходить. Не надо перегибов, как у Моуриньо, но работать на публику тренеры обязаны. Возвращаясь к разговору о Слуцком, сейчас торопиться с решением вопроса не стоит. Надо отталкиваться от клубных интересов, сборная может подождать.

– Сборная? У команды со вторника нет тренера, со Слуцким договаривались на четыре игры.
– На сегодня это не проблема. Проблемой она станет ближе к концу года.

– К маю, когда Леонид Викторович проведет все турниры клуба, на которые наслоится товарняк сборной…
– Он сойдет с ума. 

– Да.
– Но я разве сказал, что я за совмещение? Я бы искал миллиард, раз обозначили цену. Надо искать деньги. А если без шуток, то компромисс клуба и сборной может быть такой: Слуцкий дорабатывает до конца года в ЦСКА, до 15 декабря и затем, если он рассматривается как основной кандидат, сосредотачивается на сборной.

– Проведу параллель между Слуцким и хоккейным Билялетдиновым, – дозванивается в эфир пользователь Sovsport.ru. – Когда тренера заставляют идти в сборную, а он этого не хочет, такой человек не может добиться успеха.
– Не соглашусь, Слуцкий, мне думается, хочет в сборной работать.

– То есть он выберет в паре «ЦСКА – сборная» именно сборную?
– Особенно если ему предложат такой контракт, как Капелло. Слуцкий рано начал, у него много событий уже было, но еще работать и работать. Все упирается в то, как проблему решит ЦСКА. А я бы на месте Слуцкого бегом бы побежал в сборную на любую зарплату. Есть вещи, которые не измерить деньгами. Нет ничего более крутого в тренерской карьере, чем возглавлять команду своей страны на домашнем ЧМ.

– Но из сборной никто из тренеров хорошо не уходил.
– Из всех правил бывают исключения. А в клуб, не в этот, так в другой, можно всегда вернуться.

– Читал ваши неоднозначные высказывания в адрес Александра Бубнова, – новый звонок пользователя Sovsport.ru. – Но для ТВ-начальства рейтинг – это бог. Как вы относитесь к тому, чтобы на «Матч ТВ» было шоу с участием Василия Уткина, Бубнова, с вашим участием?
– Не совсем с вами согласен. Рейтинг важен, но я достаточно хорошо знаю наших новых руководителей, Тину Канделаки и Наталью Билан, и у меня сложилось однозначное убеждение, что они не будут руководствоваться исключительно цифрами, и если они не устраивают, то в качестве замены не будет устраиваться балаган. Есть желание сделать качественное телевидение, с красивой картинкой, с профессиональным, серьезным разговором о футболе. Принимать решение не мне, но я абсолютно не исключаю, что Бубнов появится у меня в программе, которая будет выходить в эфир с ноября. Против него глобально ничего не имею. Но это не мой тип. Если бы я был продюсером, Александра Викторовича в эфирах у меня не было.

– Почему?
– Потому что этот эпатаж с нашим футболом несовместим. Тот подход, который Бубнов имеет к оценке чего бы и кого бы то ни было, мне не близок. Крайности, один негатив – не мое. Крайности не очень хороши, когда «Матч ТВ» является партнером РФПЛ. Смешно плыть в одной лодке и ее же заливать водой. Надо делать так, чтобы интерес к футболу рос. А если каждый тур говорить, что тут договорняк, тренер этот плохой, а игрок не умеет ничего, то как люди будут ходить на стадион?

– Не считаешь, что таким образом ты игнорируешь объективную картину реальности?
– Нет, любой болельщик сам видит эту картину. Единственный человек, который может дать ответ, был ли матч договорным, – это не Бубнов, а болельщик. А если ему все равно и он пришел на следующий матч своей команды, то вообще нет предмета для разговора. Если это не чистейшая уголовщина, когда кто-то кому-то дал денег и этому есть доказательства. Аудитория Бубнова на фоне телеаудитории страны – это три с половиной человека. Даже нам говорят сейчас продюсеры: «Ребята, вы работали раньше в пустоту, вы сейчас начинаете работать с нуля. То, что у вас было 500 тысяч подписчиков, в масштабах страны – ноль. Это не рейтингуется. Рейтинг – это от миллионов считается». И разговором только о футболе ты страну не зацепишь.

– Объясни, чем зацепишь.
– Очень хорошо, что есть каналы, газеты и сайты, которые работают на целевую аудиторию. Но если ты делаешь телевидение только для людей, которые интересуются спортом, оно на этом заканчивается.

– Рано или поздно, исходя из того, что ты говоришь, придется показывать сиськи.
– Нет, это вопрос вкуса и моральных качеств руководителя СМИ. Если пускаться во все тяжкие, нужно ждать того, что Роспотребнадзор укажет границы допустимого и укажет, сколько этих сисек можно показать.

– Чем ты намерен удивить зрителя в своей новой программе?
– Сумасшедшая картинка. Такого не было никогда. Это круче, чем на любом западном канале. Люди ТВ в основном не слушают, они его смотрят. Слушателей ТВ на самом деле очень мало. Таких, как у тебя в программе, которые въедливо цепляются к словам, очень мало.

– Что, кроме картинки?
– Не считаю, что нам нужно совершать смысловой прорыв. То, к чему пришел «Наш футбол» в своем последнем варианте, с точки зрения смысла – это хорошо. Не думаю, что можно сделать лучше. В студии должны быть звезды российского футбола! И это должно выглядеть красиво.

– Но это удобно футбольному сообществу, и плохо для аудитории. Потому что должен быть кто-то, кто скажет футболисту – ты плохо играл!
– И этот футболист к тебе завтра не придет.

– А тогда надо выбирать: если ты не можешь задать важный критический вопрос, то зачем нужен сам футболист?
– Но важно, кому ты задаешь вопрос. Если Акинфееву, то он не придет, никогда не придет! Игорь такой особенный человек. Нужно знать, кого можно подколоть, кого нет. Мне смешно видеть результаты голосований о том, кого люди хотят видеть ведущими программ. Люди думают, что посади Бубнова напротив Аленичева, у них состоится великолепный разговор. Но во всем нужно знать меру. А ты мне скажи, ты каких ждешь прорывов от программы?

– Я хотел бы видеть споры говорящих голов. Бубнова, Уткина, Андронова, Ловчева, Генича. Хотел бы видеть людей со своим мнением. Пусть они будут ненавидеть друг друга, но у них есть свое мнение и они его не боятся высказывать.
– Был неплохой проект «Удар головой», его вел Юра Дудь, который, возможно, будет делать программу на «Матч ТВ». Но у этой программы рейтинги были нулевыми. Ноль. Пусть ребята не обижаются, там не ноль был, «троечка», по-моему, но в рамках задач нового канала это не цифра. К сожалению, людям это неинтересно, широкой аудитории. Я бы хотел, чтобы был спор Уткина с Бубновым, но это не может быть на полчаса, это может быть три минуты.

– Это будет взрыв.
– Нет. Это не может быть ядром программы. Это кубик, элемент, три минуты.

– Спор кого с кем на 30 минут может быть рейтинговым?
– Никого.

– То есть в одной студии Ловчев, Уткин и Бубнов не будут интересны.
– Будут, но три минуты.

– Что будет с программой «90 минут плюс», которую ты вел на «Нашем футболе»?
– Программа заканчивает свое существование. Необходимость в ее производстве со стартом нового телеканала исчезла, я буду делать программу на «Матч ТВ», это, наверное, какой-то симбиоз между «90 минут» и «Футбольной ночью», наверное, там будет и девушка. Мы стартуем в ноябре. Названия у нее пока нет.

– То, что вы с Геничем комментируете матчи на Первом, вызывает ревность штатного работника канала Виктора Гусева?
– Мы с ним виделись накануне игры. Я заходил за аккредитациями в редакцию Первого. Виктор Михайлович человек взрослый, воспитанный, интеллигентный, виду он не подает. Я бы на его месте, конечно, напрягался. Но Виктор Михайлович работает в кадре и для любого телевизионного человека эта работа важнее, чем работа за кадром. Мне сложно комментировать эту историю, но могу сказать, что у меня с Виктором Гусевым прекрасные отношения.

– Вы высказались критически об Уткине в разговоре со лже-Канделаки, а на самом деле с пранкером. Как относитесь к этой истории? – вопрос пользователя Sovsport.ru.
– История совершенно дурацкая, мне жаль, что пранкер не сидит в тюрьме, это упущение российского законодательства. А претензии ко мне такого плана, что вот, дескать, нехорошо обсуждать друг друга по телефону, не принимаю. Потому что если выкладывать все телефонные переговоры в интернет, все и сойдут с ума. Коллеги обсуждают друг друга, нет возможности лично вопросы обсуждать. И нет в этом ничего зазорного.

– Ты бы сказал Василию в лицо то, что сказал о нем по телефону?
– Он прекрасно знает мое отношение к нему как к главному редактору. И нового ничего я не сказал. Смешно было потом читать в интернете: «С моральной точки зрения придраться не к чему. А то, что они змеиный клубок, мы и так знали». У нас с Василием был замечательный разговор в первый год, когда его назначили главным редактором, разговор славный. Мы 20 лет знакомы. Столько всего делали и вместе, и врозь. Но, видимо, людям интересно подсматривать в замочную скважину, мне – нет.

– Сборная со Слуцким пропустила один гол в четырех играх. Ты не считаешь это заслугой Капелло?
– Если ты внимательно слушал репортаж с матча с Черногорией…

– Да, «Видич – Матич – Генич»…
– Я, кстати, хотел сказать Геничу, что все прекрасно знают, что его отчество Моисеевич и ни о какой Черногории речи быть не может. Но решил, что не стоит так шутить. Так вот, я в репортаже отметил, что надо поблагодарить за выход на Евро и Капелло в том числе. Можно ведь вспомнить о поражениях от Австрии, а можно вспомнить о ничьей в Швеции – наш основной, как казалось, соперник в отборе на старте потерял два очка.

– Ты можешь сказать, что заставляет Капелло сидеть в России и не платить налоги в родной стране?
– У нас неправильное отношение к деньгам. В СССР было стыдно говорить о деньгах, потому что зарабатывали все мало и одинаково. В Европе и Америке другой подход, нормально стремиться больше. Капелло – это тренер с мировым именем, у него великолепный агент, он умеет здорово продавать своего клиента. И Слуцкому нужно учиться продавать себя, он сейчас в той ситуации, когда он выгодно может это сделать.

– Ты согласен, что Слуцкому надо платить столько же, сколько Капелло?
– Не совсем. Это разные фигуры с точки зрения места в мировом футболе. Капелло – выдающийся тренер с мировым именем, Слуцкий – высококлассный российский специалист. У Слуцкого слишком мало достижений, чтобы просить такой же контракт, как у предшественника. Но то, что его контракт не должен быть в разы меньше или в сто раз, это понятно.

– Как вам опыт работы озвучки FIFA 16? – следующие два вопроса от пользователей Sovsport.ru.
– Тяжелейший опыт работы. Ежедневно по четыре часа. В какой-то момент я боялся, что не выполним эту работу. Это адский труд! В договоре было написано столько-то сессий, одна сессия – четыре часа минимум. Ну, думаю, это для проформы – четыре часа в день… А оказалось, все серьезно, голос садился, когда приходилось кричать «Гооол!», «Буффонище!» И после четырехчасовой сессии надо было идти на работу, комментировать – это тяжело.

– Есть ли у вас матч, который вы отработали лучше всего, ваш любимый матч?
– Мне нравится озвучка FIFA. Каждый, кто работает голосом, знает, что слушать самого себя неприятно. Но я вынужден мириться, потому что сын просит с ним играть в симулятор. В целом это для меня удачная работа, я доволен. А по матчам… Мне повезло – я комментировал матч «Спартака» в Лиссабоне, когда выиграли 3:1, матч в «минус 10» в Лужниках, когда обыграли «Арсенал» и лысый Коллина бегал без шапки. Были матчи ЧМ-2002 в Японии. Конечно, Россия – Голландия стоит особняком. Но это было в большей степени безумие, а не репортаж. Удивительно, прошло 7 лет, а люди в разных городах подходят и благодарят за тот матч, как будто это я, а не футболисты, его выиграл.