Александр Кержаков: Думал, придется закончить с футболом

– Благоприятно. Коллектив хороший. И руководство клуба ко мне очень тепло относится. Одним словом не получается описать.

– В «Зените» есть традиция: новичок бежит сквозь строй игроков, и те бьют его по затылку. Как встречают новеньких в «Цюрихе»?

– Я бы не сказал, что в «Зените» это такая уж традиция. До Боаша подобного не было, это он ввел. А в «Цюрихе» спокойно относятся к новичкам, никаких речей произносить не пришлось.

– После российских зимних сборов швейцарские, наверное, кажутся вам смешными?

– Если сравнивать по нагрузкам, то это примерно то же самое, что было в первую неделю зимних сборов с Петржелой в 2003‑м. Каждый день по две тренировки и очень много беговой работы. 17‑го – на десять дней в Турцию, и уже 7 февраля первая в году игра в чемпионате.

– Поля позволяют?

– Газоны тут хорошие. Правда, уже сутки льет дождь, и сегодня даже не удалось потренироваться на поле (разговор состоялся в субботу. – Прим. ред.). Иначе совсем его испортить можно.

– Для начала нужно приехать на сбор и сыграть контрольный матч. Тогда и пойму, что да как. Все вопросы по поводу моих конкурентов и количества игроков в линиях лучше задавать тренерскому штабу. Я здесь не для того, чтобы считать количество нападающих или защитников.

– Я немецкого не знаю.

– Завышенная оценка. Многие журналисты ради яркого заголовка пишут вещи, которые не имеют под собой никакой почвы. Дайте мне хотя бы несколько минут сыграть за «Цюрих» в чемпионате! Тогда хоть что-то можно будет говорить. А то я еще толком даже не тренировался, а уже царь. Вот если то же самое напишут, когда сезон будет в самом разгаре, – другое дело.

– Если честно, я об этом сам ничего не знаю. Непонятно, откуда они это взяли. Если бы в статье была моя прямая речь, я бы вам дал комментарий. Не вам ли знать, что иногда могут написать в газетах? Так что даже хорошо, что я не понимаю немецкого.

– А зачем ему было меня убеждать? Когда летел в Швейцарию на встречу с президентом, я отлично понимал, для чего я туда направляюсь и что я там буду делать. Это осознанное решение, я взвесил все за и против. В этом переходе было намного больше плюсов, чем в переходе в какой-либо другой клуб. А минусов я вообще особо не видел.

– Тот, кто провел за сборную по меньшей мере 75 процентов матчей за последние два года.

– В принципе там можно было что-то узнать. Писать куда-то и надеяться, что рассмотрят мой запрос. Но в этом случае я бы подвел людей из «Цюриха». Они сделали конкретное предложение, которое мне понравилось. Было бы неправильно в этом случае «ставить на паузу». Я посчитал нужным поскорее определиться и не ждать каких-то лучших предложений. Были бы они или нет – непонятно.

– Слышал об этом, естественно. Но по поводу «Арсенала» вам лучше обратиться к Андрею Аршавину. Я больше по «Севилье».

– Если действительно есть такая возможность и если имеется серьезный интерес со стороны клуба, то почему не поехать? «Севилья» – хороший клуб. А «Арсенал» на данный момент будет немного посильнее, чем «Севилья». Так что тут думать?

– Здесь, как оказалось, не только Ленин жил, но и многие современные знаменитости проживают. Медийные личности, бизнесмены. Например, это не чужой город для владелицы «Марселя» Луи-Дрейфус.

– Я полагаю, у меня свободного времени в Цюрихе будет намного-намного меньше, чем у Ленина. У меня здесь немного другие задачи и цели.

– Я никаких параллелей не чувствую. Мне вообще не очень хочется, чтобы меня сравнивали с Лениным.

– Если представить, что передо мной положили плитку российского и плитку швейцарского шоколада, я бы съел наш. С детства ел советский шоколад и не считаю, что он у нас плохой или хуже швейцарского. Даже если предположить, что швейцарские коровы питаются свежей травой альпийских лугов и дают более качественное молоко.

– Очевидно, что в Цюрихе цены значительно выше, чем в Петербурге. Если переводить на рубли, то продукты здесь примерно в два раза дороже.

– Пресса пишет то, что народ хочет слышать. А народ говорит о том, о чем пишет пресса. Это замкнутый круг. При этом написанное не всегда соответствует действительности. Вообще у нас в стране 140 млн президентов и 140 млн главных тренеров сборной. И этим все сказано.

– Знаете, я за 15 лет карьеры всякого о себе наслушался: и положительного, и отрицательного. Стараюсь не обращать на это внимания, я просто хочу играть в футбол. Переход в «Цюрих» – возможность продолжить профессиональную карьеру, и я собираюсь использовать этот шанс. Конечно, близкие и друзья рассказывают о положительных отзывах, да и сам я что-то читал. Постараюсь не подвести тех людей, которые верят, что у меня все будет хорошо.

– Если это на самом деле интересно болельщикам, то я постараюсь что-то выкладывать. Надеюсь, что таких моментов будет очень много.

– Это нельзя назвать работой. Скорее сотрудничество с каналом в качестве приглашенного гостя. Приятно поучаствовать в этом, потому что на канале работают замечательные специалисты своего дела. С ними было интересно. Хочется верить, мы и дальше будем сотрудничать. И надеюсь, что «Матч ТВ» будет уделять какое-то время и внимание швейцарскому чемпионату. Хотя бы в ближайшие полгода.

– Нет, конечно. Это совсем другое. Мне кажется, что каждый профессионал волнуется, когда занимается своим делом. Футболисты испытывают волнение перед выходом на поле, профессиональные телеведущие (в чем я сам смог убедиться) – за минуту до выхода в эфир. Но лично я перед выходом в прямой эфир совершенно спокоен.

– Я бы с удовольствием стал Гари Линекером российского футбола. Это не так уж и плохо. Тем более, если к тому моменту зарплаты специалистов на телевидении будут соответствовать нынешней зарплате Гари Линекера.

– Ну, там же написано, что Александр Кержаков (смеется). Могу сказать, что в съемках промороликов и заставок для «Матч ТВ» я точно участвовал. Быть может, Файзулина тоже снимали? Этого я не знаю.

– Финансово, что ли? Нет. Это даже не обсуждалось. Мне предложили поучаствовать – я согласился.

– Я не ездил в московском метро в тот период, когда эти билеты были в ходу. Надеюсь, кто-нибудь подарит мне такой проездной.

– Я предложил? Мне показалось, что это было наше совместное решение. Тогда я действительно рассматривал такой вариант. Потому что был период, когда мне запретили играть вообще везде, кроме «Зенита-2». Летом мне нельзя было уйти: ни в другой российский клуб, ни за границу. И в какой-то момент я подумал, что, видимо, придется закончить с футболом. А что оставалось делать?
Несколько раз встречались с Виталием Леонтьевичем, обсуждали возможные варианты сотрудничества. Я ему благодарен за поддержку. И он, и Никита Павлович Симонян всегда настаивали, чтобы я продолжал играть. Хорошо, что все сложилось так, как сложилось. Надеюсь, поиграю еще не год и не два.

– Алексей Борисович является главной фигурой в клубе «Зенит». От его решения многое зависит. Летом оно было одним. А к зиме изменилось. И я ему за это очень благодарен.

– А что мне говорить?

– Мне передали слова и пожелания тренера: мол, я не подхожу ему по игровым качествам, поэтому меня не рассматривают как футболиста основной команды. А на базу он меня не пускал, потому что там могут находиться лишь игроки основного состава. Вот и все.

– Правильнее будет сказать: он со мной ни разу не разговаривал. Он тренер, а я игрок. И не мне решать, разговаривать с ним или нет. Все вопросы о том, почему все произошло именно так, – не ко мне, а к тренеру.

– Я сейчас не задумываюсь о том, в какой команде буду летом и поступят ли вообще предложения. Все мои мысли – о ближайших 4–5 месяцах. Я просто хочу играть за «Цюрих» как можно больше и как можно лучше. И надеюсь вернуться в сборную. Это главная задача. А что будет летом, зависит от того, как я проявлю себя в Швейцарии.