Джанни Инфантино: Главное – не проблемы, а умение их решать. У вас – умеют

– Синьор Джанни, позвольте сразу задать прямой вопрос: как вам, уроженцу швейцарского городка Бриг, удалось так высоко взлететь?
– Ну, удалось же в свое время вашему великому Юрию Гагарину слетать в космос (смеется)! Меня всегда восхищали люди уникальных профессий, вот и я решил сам стать «космонавтом». А если серьезно, то в кресло президента ФИФА меня привели любовь к футболу, уверенность в том, что я могу быть ему полезен, желание много работать, а еще немного удачи. Надеюсь, мне на этом посту удастся кое-что сделать для мирового футбола. Вернее, всем нам.

– А откуда у вас страсть к футболу?
– От родителей. Они итальянцы, в свое время переехали в Швейцарию, где я и родился. Отец болел за «Интер», а потом и я стал поклонником этого клуба. Я очень многим в этой жизни обязан родителям, и в том, что я здесь, тоже, немалая их заслуга.

– На нынешнем посту вам уже довелось несколько раз побывать в России и предстоит бывать еще чаще. А свой первый приезд в нашу страну вы помните?
– А как же! Это был, дайте вспомнить, 1997 год, я прилетел в Москву как болельщик сборной Италии, которая играла с Россией стыковые матчи к чемпионату мира во Франции. Вспоминаю тот приезд с восторгом – из-за его экзотичности. Погода в Москве была ужасная, валил снег, а стадион «Динамо» казался более пригодным для хоккея, чем для футбола. Нам было холодно, но ваши болельщики к нам отнеслись потрясающе! Со всех сторон подбадривали, приглашали согреться вашим народным напитком, кто-то предлагал утеплиться. Кажется, я и вовсе смотрел матч чуть ли не в шарфе «Динамо»! И сама игра получилась интригующей (московский матч закончился вничью – 1:1, а ответный принес победу итальянцам – 1:0. – Прим. ред.). А для Италии она еще знаменательна тем, что именно тогда в сборной дебютировал Джанлуиджи Буффон. Короче говоря, у меня остались потрясающие воспоминания!

– Москва-2016 сильно отличается от Москвы-1997?
– Конечно! Она очень изменилась. Сегодняшняя Москва – современный, динамичный город. Центр города просто потрясает, мало где в мире можно увидеть столько красивой иллюминации! При этом я по-прежнему ощущаю симпатию со стороны жителей России – как и двадцать лет назад. Так что в этом плане как раз ничего не изменилось – и это прекрасно!

– В том же 1997 году в Москве случилось и еще одно знаменательное футбольное событие. И сдается мне, что вы к нему причастны.
– Что вы имеете в виду?

– Знаменитую переигровку матча Кубка УЕФА «Спартак» – «Сьон». Вы имели к ней некоторое отношение, верно?
– Вы про историю с воротами, из-за которых был переигран матч? Действительно, руководство «Сьона» обратилось тогда ко мне и моим коллегам по юридической практике за консультацией. В результате протеста швейцарского клуба матч был переигран (первоначально команды сыграли вничью – 2:2, а в переигровке «Спартак» разгромил швейцарцев – 5:1. – Прим. ред.). И ничего несправедливого я в этом, извините, не вижу. Более абсурдной ситуации не встречал: высота ворот ведь действительно не соответствовала установленным параметрам! За карьеру я много чего повидал в футболе, в том числе сталкивался и с разными протестами, завязанными на сложных случаях. Но там случай был как раз простой: явно небрежное отношение к регламенту со стороны хозяев, так что же удивительного в протесте, на который они сами же и напросились? Поверьте, никакого заговора против вашей команды там не было.

– А как вам стадион нынешнего «Спартака»? Я видел в клубном музее ваш автограф...
– Да, я действительно не так давно был на стадионе и в музее «Спартака». Признаюсь, музей меня впечатлил: он сделан очень грамотно, а его директор – настоящий знаток истории своего клуба. Прекрасный пример для остальных. И стадион очень хорош. Он полностью соответствует мировым стандартам и заслуживает того, чтобы принять матчи чемпионата мира.

– Вот мы и добрались до стадионов ЧМ-2018. У вас нет беспокойства на этот счет?
– А почему я должен беспокоиться?

– Ну, хотя бы потому, что про строящийся стадион в Санкт-Петербурге уже сложены легенды, а кое-кто вообще сомневается в том, что он сможет принять матчи Кубка конфедераций.
– Бессмысленно было бы отрицать, что на петербургском стадионе не все идет гладко. Проблемы там есть, но я уверен, что Кубок конфедераций этот стадион примет. А затем, разумеется, и чемпионат мира.

– На чем базируется такая уверенность?
– На том, что ваша страна очень качественно готовится к турниру. И я не сомневаюсь, что Россия проведет один из лучших в истории чемпионатов мира. У вас идет активная подготовка по всем направлениям, гарантом выступает государство, ну а без проблем при подготовке к такому масштабному событию не обойтись. Главное – не проблемы, а умение их решать. У вас – умеют!

– То есть вы спокойны за все 11 городов? Не может случиться такого, что в последний момент их вдруг станет, к примеру, 10?
– А почему вы задаете такой вопрос?

– Потому, что в жизни бывают форс-мажоры... И я нигде не читал, что ФИФА обязана проводить чемпионат мира именно в таком количестве городов.
– Я еще раз подчеркну: мы довольны тем, как Россия ведет подготовку к турниру. И он непременно получится великолепным. Но…

– ... но?
– Но расслабляться никому нельзя! Ни городам-организаторам, ни строителям стадионов! Такой ритм надо удержать до конца, и тогда ни у кого не возникнет повода думать о тех вещах, о которых вы спросили.

– Вы планируете лично объехать все 11 городов до начала чемпионата мира?
– Да, это входит в мои планы. Разумеется, одним махом все охватить невозможно, поэтому буду строить свои поездки так, чтобы посещать города по эффективному графику.

– Сколько вам удалось посетить до сих пор?
– Два – Москву и Санкт-Петербург. Вот собираюсь в третий – Казань.    

– Впечатления от Санкт-Петербурга?
– Красивейший город! Я был там несколько раз и могу им только восхищаться. Но где взять столько времени, чтобы осмотреть все его красоты?!

– Вернемся в Москву. В Большом театре были?
– Представьте себе, нет! Видел его вблизи, но вот только снаружи. Надеюсь, рано или поздно удастся туда попасть.

– А в метро? Его ведь многие считают одним из красивейших в мире!
– Я слышал о нем много восторженных отзывов, но спускаться туда пока не доводилось. Действительно впечатляет?

– Ну, с итальянским-то точно не сравнить. Я вот специально прихватил с собой буклет – взгляните!
– (Инфантино перелистывает красочный буклет). Впечатляет! А вот про эту станцию я, кажется, читал («Маяковская». – Прим. Г.К.).

– Извините, но еще один банальный вопрос: русских писателей читали?
– Честно говоря, в последние годы мне куда чаще приходится читать спортивную прессу, чем классическую литературу. Но это не значит, что можно забыть про таких ваших великих писателей, как Достоевский или Толстой. Я считаю, что ваша литература, как и ваша история, – неотъемлемая составляющая общей европейской культуры и мировой истории. Россия – великая страна, которую надо считать частью Европы, а не противопоставлять ее Европе. И то, что у вас пройдет чемпионат мира, очень хорошо для сближения вашей страны с другими странами! Это прекрасная возможность для России показать миру свое культурное и духовное богатство. Вы ведь сами знаете, что вашу страну за границей чаще всего ассоциируют с Москвой, с Санкт-Петербургом, а ведь у вас еще столько прекрасных городов! И остальные девять, которые примут чемпионат мира, и другие, которые его не примут, получают возможность громко заявить о себе на весь мир.

– В зарубежной прессе иной раз приходится читать о том, что у нас проблемы с безопасностью, а въезд болельщиков будет затруднен визовыми процедурами.
– На это я могу ответить примером из недавнего прошлого. Я ведь работал в УЕФА, когда Москва принимала финал Лиги чемпионов-2007/08. И там играли две английские команды («МЮ» – «Челси» – 1:1, по пенальти 6:5. – Прим. ред.), то есть представители страны, у которой с Россией визовый режим. Так вот я вам скажу: финал был организован безупречно во всех отношениях – в том числе и с точки зрения въезда иностранцев. А недавно вы блестяще провели зимнюю Олимпиаду. Так что я не сомневаюсь, что визовых проблем на ЧМ-2018 не будет. Как я уже говорил, подготовка к нему идет у вас очень успешно, в том числе конкретная работа над тем, чтобы сделать въезд иностранных болельщиков безвизовым. 

– Какие у вас ожидания от Кубка конфедераций, на жеребьевку которого вы летите в Казань?
– Уверен, Россия его проведет прекрасно. И не сомневаюсь, что и сама церемония жеребьевки получится красивой и запоминающейся. Кстати, очень рад, что в ней примет участие такая великая спортсменка, как Елена Исинбаева.      

– А как оцените перспективы сборной России на этом турнире?
– Ваша команда неудачно провела чемпионат Европы, у вас произошла смена тренера. Идет, как я понимаю, некий переходный период. Вам надо верить в свою сборную и поддерживать ее. Тем более что в последнем матче уходящего года она одержала победу.

– Можете выделить кого-нибудь из наших футболистов?
– Не хотел бы переходить на личности (смеется). Вот про былые времена – пожалуйста, а про нынешние это было бы не очень корректно. Хотя о вашем главном тренере не сказать нельзя: у нас с ним есть кое-что общее во внешнем облике (смеется). Так что он не может не вызывать у меня человеческой симпатии! И вратарем Черчесов точно был отличным!

– Хорошо, тогда давайте про былые времена. Кого из наших футболистов прошлого можете назвать?
– Опять же извините за очевидность, но куда без Льва Яшина?! Не могу не отметить и моего хорошего знакомого Никиту Симоняна – это величина в истории вашего футбола. Если брать поколение помоложе и тех, кого я сам видел в деле, то как давний болельщик «Интера» не могу не вспомнить Игоря Шалимова, который к тому же поиграл и в Швейцарии. Большим талантом был Игорь Добровольский, также выступавший в швейцарских клубах. Еще непременно отмечу Александра Маслова...

– Извините, что перебиваю: его-то вы откуда знаете?!
– А, удивил вас? Вы-то сами его помните?

– Я-то помню, что он ярко играл в 90-е годы за «Ростсельмаш», но вы как могли его запомнить?!
– Маслов у вас и лучшим бомбардиром чемпионата становился... Так он же успел поиграть в Швейцарии, в том числе и за «Ксамакс», на матчи которого я тогда ходил. Классный был нападающий! Если ничего не путаю, спас «Ксамакс» от вылета. Был бы рад повидать его в Ростове – ведь он, как я понимаю, участвует в подготовке к чемпионату мира.

– После Маслова я готов ко всему. Кем или чем еще удивите?
– Не знаю, удивлю или нет, но иногда общаюсь с Валерием Карпиным. Правда, давно его не слышал.

У нас нашлись общие знакомые. Это был классный футболист! Они с Мостовым одно время гремели в своей «Сельте» на всю Европу.

– С кем еще из наших бывших звезд знакомы?
– С Алексеем Смертиным, который был у вас капитаном сборной и поиграл в Европе, в том числе в «Челси» у Моуринью. Как-то мы тут оказались все в одно время в одном месте, и Моуринью мне говорит: «Ты посмотри, в какой форме Смертин, – он же до сих пор мог бы играть»! Не могу не согласиться с Жозе. Рад, что такой уважаемый человек из мира российского футбола активно принимает участие в мероприятиях, связанных с подготовкой к чемпионату мира.

– А российских хоккейных звезд знаете? В Швейцарии ведь и эта игра очень популярна.
– Славу Быкова и Андрея Хомутова! Эти двое были идолами Фрибурга и всей Швейцарии. Я тогда учился именно во Фрибурге и ходил на их матчи. Причем мы с однокашниками частенько прибегали к хитрости: приходили на игры к перерыву после первого периода, чтобы сэкономить на билетах. Похоже, что нас, таких умных, было много, потому что во дворец спорта, рассчитанный на шесть тысяч зрителей, в итоге набивалось до десяти тысяч! И это благодаря Быкову и Хомутову. Вы просто не представляете, что они творили. Волшебники! Трижды, если не ошибаюсь, выводили свою скромную команду в финал, но всякий раз, к сожалению, победа от них ускользала в последний момент. Они были у нас настоящими кумирами, но при этом в разные годы в Швейцарии успели отметиться еще и такие ваши звезды, как Ларионов и Яшин.

– Вернемся все же к нашему футболу.
– Из недавнего прошлого отмечу, конечно, Аршавина. Талант! Ну, а если отмотать воспоминания лет на тридцать назад, то как забыть сборную СССР под руководством Лобановского? В 1988 году она в полуфинале чемпионата Европы просто уничтожила сильную сборную Италии. А за два года до этого ярко смотрелась на чемпионате мира в Мексике, но в итоге обидно уступила Бельгии.

– Проиграла ведь тогда сборная СССР в результате явных судейских ошибок. В ту пору и в помине не было системы VAR, или «видеогол», которую тестируют сейчас по всему миру. Увидим ли мы ее уже на Кубке конфедераций или надо дождаться чемпионата мира?
– Мы обсудим этот вопрос. Не исключаю, что в тестовом режиме система может быть опробована на Кубке конфедераций, а в перспективе использована на чемпионате мира.

– Пока что у нее много критиков, в том числе и в России. В чем, на ваш взгляд, преимущества «видеогола»?
– Поначалу я и сам, признаюсь, к этому новшеству относился скептически. Но по мере того как в разных странах мира идут тесты, все больше убеждаюсь в том, что «видеогол» – полезная вещь. И главное, что она работает не против судей, а им на пользу, помогая избегать серьезных ошибок («ССФ» подробно рассказывал о системе в №38 от 27 сентября этого года. – Прим. ред.).

– Не до конца понятно, когда арбитр может и должен прибегать к «видеоголу», а когда нет? И не будет ли это дробить матчи на рваные отрезки времени?
– «Видеогол» может применяться только в крайних случаях, когда речь идет о ключевых эпизодах матча. Арбитр вправе обратиться к коллеге, который сидит за монитором, и тот обязан оперативно дать правильный ответ. Естественно, это тоже должен быть профессиональный арбитр, пусть и бывший. Тесты показывают, что сомнение можно снять за считаные секунды, и на ритм игры это не влияет. При этом, подчеркиваю, вся ответственность за окончательное решение по эпизоду все равно лежит на главном арбитре, так что мы ни в коем случае не лишаем рефери его значимости. «Видеогол» призван помогать ему, а не мешать.

– В Кубке Голландии систему уже применяют официально, в чемпионате Италии она проходит тестирование. На последних двух товарищеских матчах сборной Италии, с Францией и Германией, ее тоже испытывали. Не планируете ли обратиться к нашим футбольным властям с тем, чтобы «видеогол» опробовали и в России?
– Не исключаю, что мы это обсудим. Но не может быть и речи, чтобы кому-то что-то навязывать. Мы пытаемся разъяснить, почему проведение таких испытаний кажется нам разумным и перспективным, но решения, касающиеся внутренних соревнований, принимают местные футбольные власти.

– Вы всерьез хотите расширить число участников чемпионатов мира до 48 команд?
– Я подозревал, что не все понимают, о чем именно идет речь. При такой постановке вопроса рука стороннего наблюдателя сама тянется к виску: Инфантино сошел с ума! Зачем ему столько команд на турнире и где найти столько времени и столько городов? Но не торопитесь: на самом деле речь идет немного о другом. 

– О чем же?
– Объясняю. Во-первых, в любом случае вопрос изменения формата чемпионата мира находится только в стадии обсуждения, а изменения возможны не раньше ЧМ-2026. Во-вторых, речь идет вот о чем. Сегодня 32 участника чемпионата мира определяются уже в ноябре, то есть за целых 8 месяцев до старта. Что это означает с точки зрения интереса и доходов? Что 32 страны, которые попали на чемпионат мира, продолжают жить интересом к нему еще 8 месяцев, а вот все остальные на те же 8 месяцев из зоны этого интереса будто выпадают. В проигравших странах болельщики костерят игроков, тренеры лишаются постов, а федерации подсчитывают убытки от неучастия в турнире. Мне не кажется, что все это очень продуктивно!

Что же можно предложить вместо этого? А вот что! 16 стран попадают на чемпионат мира напрямую уже в ноябре, а еще 32 проводят между собой стыковые матчи. Но не в ноябре, а за неделю до старта чемпионата мира, то есть летом! Вот откуда берутся искомые 48 команд, однако по факту в основном турнире все равно примут участие те же 32. То есть получается, что уже не 32 страны, а целых 48 готовятся к участию в чемпионате мира и живут турниром все это время, с ноября до лета! На мой взгляд, подобный формат может еще больше повысить интерес к чемпионату мира и поднять его престиж. И доходность тоже.

– А как быть с тем, что при стыковых матчах некоторые гранды рискуют не попасть на основной турнир, проиграв в одной отдельной встрече менее сильному на бумаге сопернику?
– Во-первых, подобный сюжет только добавит интриги. Во-вторых, у меня и на это есть ответ из недавней истории. Вы помните, кто выбил Италию и Англию уже на групповом этапе ЧМ-2014?

Коста-Рика! С Англией она сыграла вничью, а Италию обыграла (0:0 и 1:0. – Прим. ред.). Так что пенять на стыковые матчи, если заведомые фавориты не могут выйти из группы на самом турнире?

И еще: даже если мы увеличим состав участников до 48 команд, то получим примерно 23 процента от общего количества членов ФИФА (211). При этом на чемпионате Европы играют 24 команды из 55 членов УЕФА, а в Кубке Южной Америки – вообще все 10 команд этого региона! Ну, так зачем тогда говорить, что мы потеряем в качестве?

Я бы хотел, чтобы в России правильно трактовали мою идею. Она, разумеется, еще будет обсуждаться и в целом, и в нюансах, но ведь для того, чтобы обсуждать что-то всерьез, надо сначала понять, верно?

– А что вы думаете по поводу идеи об отмене зимнего трансферного окна?
– Это тоже обсуждаемый вопрос. Не очень-то простой, но тема стоит осмысления. Многочисленные переходы в разгар сезона иной раз сильно меняют расклад сил в том или ином первенстве, разбивают сезон на две части, нарушая его целостность. Это с одной стороны. С другой, в той же Европе все давно привыкли, что зимние трансферы – неотъемлемая часть сезона, иной раз палочка-выручалочка, так что у их отмены найдется немало противников.    

– Еще один вопрос: идут разговоры о том, что Кубок конфедераций может в скором времени уступить место летнему чемпионату мира среди клубов. Что скажете?
– Скажу, что собираюсь в Казань на жеребьевку Кубка конфедераций и хочу получить от нее удовольствие (смеется)! А что касается возможного летнего турнира среди клубов под эгидой ФИФА, то можно предположить, что он вызвал бы большой интерес во всем мире. Мы видим, как популярны в Азии или Америке летние турне европейских грандов, сколько неофициальных турниров и матчей проводится за лето, и многие из них собирают полные стадионы! Так что повод задуматься есть, но делать глобальные выводы преждевременно. Да и вообще дайте мне немного времени – я ведь недавно заступил на пост президента ФИФА, еще и года нет!

– Напомните, кстати, на какой срок рассчитан ваш мандат?
– На три года.

– То есть следующие выборы намечены на 2019 год?
– Да, это будет уже после чемпионата мира в России. Так что от того, как он пройдет, во многом зависит и мое будущее президентство!

– Сколько раз подряд может избираться один президент?
– Четыре, каждый раз на три года.

– Вам 46 – «юный» для президента ФИФА возраст. У вас большие перспективы!
– Если говорить серьезно, то на самом деле времени мало, а работы много. Но я люблю свою работу и постараюсь принести как можно больше пользы нашей любимой игре.

– Спасибо вам за то, что уделили нашим читателям столько времени!
– (Отвечает по-русски) Спасибо! Я ведь немного учил в свое время русский язык. Спряжение глаголов даже помню. (Скороговоркой по-русски) «Говорю, говоришь, говорит, говорим, говорите, говорят». Нет, много времени прошло, надо заново учить! Вот бы к чемпионату мира успеть, да где столько времени найти?

Цюрих – Милан

Редакция «ССФ» благодарит пресс-службу ФИФА за содействие в подготовке этого материала.