ЭКСКЛЮЗИВ
Бонусы букмекеров
В воскресенье, 23 ноября, ушёл из жизни великий советский футболист Никита Павлович Симонян. Ему было 99 лет. Последний чемпион золотой олимпийской сборной 1956-го и легенда московского «Спартака». Мы публикуем с ним интервью, взятое накануне его 90-летия в редакции «Советского спорта». Скорее даже не интервью, а беседа двух старых товарищей.
«Знаете, как меня били защитники!»
– Все вас знают, как Никиту Павловича…
– Но на самом деле я Мкртыч Погосович. Я как-то у отца спросил: «Ты более сложного имени не мог придумать?» А он отвечает: «А знаешь, что значит Мкртыч? Креститель». Но отчество тогда не меняли, так что в паспорте я по-прежнему Погосович.
– Но на самом деле я Мкртыч Погосович. Я как-то у отца спросил: «Ты более сложного имени не мог придумать?» А он отвечает: «А знаешь, что значит Мкртыч? Креститель». Но отчество тогда не меняли, так что в паспорте я по-прежнему Погосович.
– Ваш отец ведь не увлекался футболом.
– Он был сапожником, промышлял на базаре у нас в Сухуми. Как-то раз, уже когда я играл за «Спартак» и получил известность, военные, отдыхавшие в санатории, пришли на базар, и одному из них, полковнику, там сказали: «Ты знаешь, кто это? Отец Никиты Симоняна». Тот в ответ: «А ну качать его!» Отец пришел домой смущенный, и мама сказала, чтобы он передо мной извинился. Он ведь бил меня, хотел, чтобы я бросил футбол, хулиганскую игру, как он говорил.
– Он был сапожником, промышлял на базаре у нас в Сухуми. Как-то раз, уже когда я играл за «Спартак» и получил известность, военные, отдыхавшие в санатории, пришли на базар, и одному из них, полковнику, там сказали: «Ты знаешь, кто это? Отец Никиты Симоняна». Тот в ответ: «А ну качать его!» Отец пришел домой смущенный, и мама сказала, чтобы он передо мной извинился. Он ведь бил меня, хотел, чтобы я бросил футбол, хулиганскую игру, как он говорил.
– Многие футбол 50-х годов воспринимают, как нечто очень далекое и диковинное. Мол, не те скорости и техника. Так что за футбол был в ваше время?
– Наверное, неправильно будет говорить, что футбол не прогрессирует. Но недооценивать то время не стоит. Слушал недавно какую-то аналитическую передачу. Елагин говорит Геничу: «Знаешь, как Никиту Павловича били защитники?! А он никогда не отвечал». Что, вы думаете, ответил Генич? «Тогда был другой футбол». А я бы очень хотел, чтобы он встретился, например, с Самариным, Голубевым, Роговым, который любому оторвал бы ноги. Какой футбол был? Свой, того времени, со своими великими игроками. Мне повезло, что я играл с двумя братьями Дементьевыми. Петр был просто виртуоз. Владел мячом так, как, не знаю, кто владеет сегодня. Правда, он был индивидуалист. А его брат Николай – очень сильно повлиял на наш футбол. Более того, считаю, что стиль «Спартака» – контроль мяча, чувство своевременного паса – пошел от Николая Дементьева. Многие свои мячи я забил с его филигранных передач.
– Наверное, неправильно будет говорить, что футбол не прогрессирует. Но недооценивать то время не стоит. Слушал недавно какую-то аналитическую передачу. Елагин говорит Геничу: «Знаешь, как Никиту Павловича били защитники?! А он никогда не отвечал». Что, вы думаете, ответил Генич? «Тогда был другой футбол». А я бы очень хотел, чтобы он встретился, например, с Самариным, Голубевым, Роговым, который любому оторвал бы ноги. Какой футбол был? Свой, того времени, со своими великими игроками. Мне повезло, что я играл с двумя братьями Дементьевыми. Петр был просто виртуоз. Владел мячом так, как, не знаю, кто владеет сегодня. Правда, он был индивидуалист. А его брат Николай – очень сильно повлиял на наш футбол. Более того, считаю, что стиль «Спартака» – контроль мяча, чувство своевременного паса – пошел от Николая Дементьева. Многие свои мячи я забил с его филигранных передач.
Источник фото: ФК «Спартак»
– Потом был Нетто, который чуть ли не в приказном порядке запрещал делать длинные пасы, пользуясь средними и короткими.
– У Игоря Александровича, кстати, не был поставлен мощный удар. Поэтому в силу своего самолюбия он никогда не бил издали, чтобы не ошибаться. А насчет коротких передач мне вспомнился один диалог после игры. Сидит Нетто, переодевается. Подходит Гуляев Николай Алексеевич, наш тренер и говорит: «Игорь, ты играл хорошо, но коротко». Нетто: «Я в деревенский футбол играть не буду». Тут, наверное, лучше было промолчать, но Гуляев настаивал: «Нет, длиннее бы играл, было бы острее». Нетто завелся: «Вы просто ничего не понимаете в футболе!» Вступился Старостин: «Игорь, слушай, он же тренер. Он хочет как лучше». Но Нетто было не переубедить.
– У Игоря Александровича, кстати, не был поставлен мощный удар. Поэтому в силу своего самолюбия он никогда не бил издали, чтобы не ошибаться. А насчет коротких передач мне вспомнился один диалог после игры. Сидит Нетто, переодевается. Подходит Гуляев Николай Алексеевич, наш тренер и говорит: «Игорь, ты играл хорошо, но коротко». Нетто: «Я в деревенский футбол играть не буду». Тут, наверное, лучше было промолчать, но Гуляев настаивал: «Нет, длиннее бы играл, было бы острее». Нетто завелся: «Вы просто ничего не понимаете в футболе!» Вступился Старостин: «Игорь, слушай, он же тренер. Он хочет как лучше». Но Нетто было не переубедить.
– Нетто вообще жесткий был капитан.
– Да, помню, как он в 58-м году в финале Кубка был зол на меня. «Торпедо» тогда нас минут 20 терзало, но Ивакин спасал. А потом мы выровняли игру, и выскочили вдвоем с Ильиным на вратаря. Ильин – жадный до гола игрок. От него и паса порой не ждешь. С таких позиций бил, что Нетто хоть и был его другом, тоже порой выговаривал ему: «Засранец, ты с какой позиции лупишь? В газету хочешь попасть?!». И вот мы идем вдвоем, Ильин мне выкатил на пустые ворота. А я чуть промедлил и в итоге упустил момент. Свисток, дополнительно время. Идем в подтрибунное помещение. Игорь Александрович вот с такими глазами говорит: «За это его надо брать и душить!». Я ему в раздевалке: «Что ты орешь? Думаешь, я забить не хотел?» – «Еще бы ты не хотел. Но надо же было забивать!». В дополнительное время я в итоге забил победный мяч. Говорю Нетто, мол, чего ты кричал-то, выиграли Кубок. А он: «Посмотрите на него, он еще радуется». Вот это Игорь Нетто.
– Да, помню, как он в 58-м году в финале Кубка был зол на меня. «Торпедо» тогда нас минут 20 терзало, но Ивакин спасал. А потом мы выровняли игру, и выскочили вдвоем с Ильиным на вратаря. Ильин – жадный до гола игрок. От него и паса порой не ждешь. С таких позиций бил, что Нетто хоть и был его другом, тоже порой выговаривал ему: «Засранец, ты с какой позиции лупишь? В газету хочешь попасть?!». И вот мы идем вдвоем, Ильин мне выкатил на пустые ворота. А я чуть промедлил и в итоге упустил момент. Свисток, дополнительно время. Идем в подтрибунное помещение. Игорь Александрович вот с такими глазами говорит: «За это его надо брать и душить!». Я ему в раздевалке: «Что ты орешь? Думаешь, я забить не хотел?» – «Еще бы ты не хотел. Но надо же было забивать!». В дополнительное время я в итоге забил победный мяч. Говорю Нетто, мол, чего ты кричал-то, выиграли Кубок. А он: «Посмотрите на него, он еще радуется». Вот это Игорь Нетто.
– Шутят, что если вас разрезать пополам, то одна половина будет белая, а вторая – красная.
– Как говорил Андрей Петрович Старостин, которого мы очень любили: «Спартак» ныне и присно и во веки веков». Понимаете, «Спартак» – это типично городская команда. Не принадлежащая ни промышленности, ни какому-то ведомству. И еще там всегда была замечательная атмосфера.
– Как говорил Андрей Петрович Старостин, которого мы очень любили: «Спартак» ныне и присно и во веки веков». Понимаете, «Спартак» – это типично городская команда. Не принадлежащая ни промышленности, ни какому-то ведомству. И еще там всегда была замечательная атмосфера.