Сидни–мастер. Необычный взгляд на лидера сборной Канады

Корреспондент «Советского спорта», побывав на тренировке сборной Канады, взглянул на Сидни Кросби с необычного ракурса.

Сидни Кросби я встречал уже много раз. На фигурном катании, вблизи главного пресс-центра Игр, даже в Макдоналдсе, расположенном под окнами нашего отеля. Десятки, сотни людей с фамилией Малыша Сида на спине буквально оккупировали Ванкувер. И это при том, что в сборной Канады есть, например, Роберто Люонго, выступающий за местный клуб. Но нет, какой там Люонго?! Сидни!

На тренировке сборной Канады, правда, никакого ажиотажа не было. Но единственно лишь потому, что на нее не пускали публику. Зрителей было не много: волонтеры, секьюрити да генеральный менеджер сборной Стив Айзерман, периодически зевавший, глядя на лед.

– Стив, в каком виде спорта мог бы преуспеть Сидни Кросби, помимо хоккея? – обратился я к нему.

– Сид – прирожденный хоккеист, – Айзерман посмотрел на меня недоуменно. – Но вы знаете, я сейчас немного занят, давайте поговорим после тренировки.

После тренировки я планировал поговорить с самим Сидом. Но когда спустился вниз, узнал, что игроки не станут общаться с прессой. Впрочем, в процессе тренировки Кросби выказал предрасположенность как минимум к двум видам спорта.

Пару лет назад болельщики «Рейнджерс» всерьез предлагали включить Кросби в сборную Канады по прыжкам в воду. Вы спросите: почему? Потому что прыжки в воду по-английски «diving». А в хоккее такой термин обозначает симуляцию. На которую Малыш Сид был большой мастер. В четвертьфинале плей-офф Кубка Стэнли-2008 он так вывел из себя постоянными падениями хоккеистов «Рейнджерс», что Яромир Ягр на глазах у всех подъехал к Сидни и потребовал лучше стоять на ногах.

А чуть позже фанаты организовали в Интернете забавную акцию: объявили о создании «Школы дайвинга имени Кросби», сделали ее эмблемой пингвина (намек на «Питтсбург Пингвинз») и наладили выпуск футболок с рекламой «школы». Говорят, продали несколько тысяч штук.

Сейчас Сидни заматерел, но тяга к «прыжкам в воду» продолжает в нем жить. На тренировке он пару раз падал абсолютно на ровном месте, после минимального контакта с партнером. Хотя здесь-то уж никто его обижать явно не собирался.

Стив Айзерман, который недавно назвал Кросби «Майклом Джорданом хоккея», в эти моменты откровенно морщился.

Если Александр Овечкин забивает голы на любой вкус, то у Сидни Кросби конек – игра вблизи ворот. Он почти не бросает издали, зато десятки шайб забросил с добивания, ловя шайбу на лету.

Владимир Малкин, отец Жени Малкина, с которым мы поговорили на тренировке россиян пару часов спустя, сравнил Кросби с великим нападающим футбольной сборной Германии Гердом Мюллером.

– Сидни, как и Мюллер, обладает уникальной реакцией, даже скорее каким-то чутьем, которое позволяет ему забивать тогда, когда другой хоккеист и не подумал бы бросить. Он щелкает, шайба отлетает от вратаря, а Кросби добивает ее с лета – сколько я видел таких голов! Крюк у него загнут несильно, что в таких моментах даже помогает. Порой складывается ощущение, что у Сидни на клюшке магнит – шайба словно сама ее находит.

За час тренировки, которую я наблюдал, Сидни дважды забил именно так, как рассказывал Малкин-старший, – с лета, ловя «свечку», словно теннисист. Оба раза пострадавшим оказывался великий Мартин Бродо, который лишь недоуменно качал головой.

Но на самом деле Айзерман прав: Кросби рожден быть хоккеистом. И морщился при его падениях он наверняка потому, что опасался травмы канадского лидера.

– Кто вам сказал, что Сидни–дайвер? – удивился Владимир Малкин, когда я затронул эту тему. – Да он стоит на ногах лучше большинства игроков! Попробуйте отобрать у него шайбу у борта – это практически невозможно! Мой сын в «Питтсбурге» часто играет на фланге, оставляя позицию центрфорварда Кросби. Но, мне кажется, именно Сидни смотрелся бы на краю лучше – и не только потому, что он быстрее, но и потому, что лучше играет у бортов.

Свидетельствую: на тренировке канадцев почти не было контактного хоккея. Но когда все же приходилось бороться за шайбу, Кросби ставил плечо так, что от него отлетали даже такие мощные ребята, как Райан Гетцлаф.

Но больше всего меня впечатлило, как Кросби тренирует вбрасывания – компонент, которому почему-то редко уделяют внимание наши тренеры. В этом году в НХЛ Сид не имеет конкурентов по выигранным вбрасываниям – их у него 762 против 666 у ближайшего преследователя, американца Пола Штястны.

Так вот, Сид на моих глазах выиграл пять из шести вводов шайбы в игру, воюя за нее всем – клюшкой, коньками, корпусом. Потом, когда центрфорвардов, желающих поработать над этим элементом, осталось всего двое, вводить шайбу оказалось некому. Выход из положения был найден оригинальный: Гетцлаф клал ее себе на шлем, а потом в какой-то момент наклонял голову, и шайба летела вниз. Но даже при том, что рулил процессом Гетцлаф, вбрасывания выигрывал Кросби.

Прозвище Малыш Сид приросло к 87-му номеру сборной Канады, кажется, навечно. Но, мне кажется, скоро настанет время от него отказаться. Не потому, что у Сидни наконец вырастет борода. А потому, что в его игре становится все больше и больше мужских, силовых черт. И он не устает работать над собой.