Алексей Леонов: Полетел в космос… с хоккейной травмой

На хоккейную коробку в Звездном городке вместе с Юрием Гагариным выходили почти все члены первых космических отрядов. Среди них – Алексей Леонов, первый из землян вышедший в открытый космос. Алексей Архипович и на льду выполнял ответственную миссию: облачившись в хоккейный «скафандр» – вратарскую форму – отражал броски соперников.

Самый знаменитый матч команды «Наши» против высокопоставленных комсомольцев в декабре1964-го отлично запомнился Леонову. Он приложил руку не только к победе космонавтов. Пригодились и художественные способности Алексея Архиповича.

– Я был редактором стенгазеты в отряде космонавтов, – рассказывает Леонов. – Формат ее был солидным – метр на два. Минимум текста, в основном – мои рисунки. Называлась она «Нептун». Ежемесячная сатирическая газета. В ней сам морской бог на свой трезубец хоккеистов постоянно поддевал.

Накануне того самого матча в 1964 году я сделал дружеские шаржи на всех членов комсомольского бюро, против которых нам предстояло сыграть. Мало того, что сделал, — мы их еще и развесили по бортам хоккейной коробки. Выходят, значит, соперники на лед из раздевалки – а мы уже разминаемся и шайбы бросаем в эти рисунки. Такая вот психологическая атака. Может, поэтому и победили?..

– Почему вы решили стать именно вратарем, Алексей Архипович?

– Когда только начинали заниматься хоккеем, я посмотрел со стороны, кто как играет в воротах. У кого-то получалось лучше, у кого-то – хуже. Дай, думаю, сам попробую. Встал в ворота и сразу начал хорошо ловить. Форма была отличная – полное обмундирование вратаря. Только без маски и шлем велосипедный. Постепенно все привыкли к тому, что Леонов – голкипер. И я уже, никого не спрашивая, отправлялся в ворота.

– Судя по всему, ваша игра партнеров устраивала…

– Да. Все шло отлично. До тех пор, пока мы только делали первые шаги в хоккее. Потом почувствовали, что на коньках стоим уже неплохо и можно учиться бросать точнее и сильнее. И тут как начали лупить…

Сразу пошли травмы. Однажды Владимир Быковский швырнул шайбу, я ее поймал. Но штука в том, что погасить полет не смог. Просто подставил руку. После тренировки снимаю перчатку – полпальца синие. В другой раз бросал уже Борис Волынов. Шайба попала мне в колено, причем под щиток, и раздробила коленную чашечку. Представьте, с этой травмой в космос и полетел.

Последние осколки удалил из ноги только два года назад. Так получилось, что они все это время не попадали в сустав. А тут вдруг это произошло. И я просто упал. А знаете, кто меня лечил? Андрей Королев, внук знаменитого генерального конструктора Сергея Павловича Королева. Услышав, в чем дело, он мне сказал: «Немедленно приезжайте». И тут же прооперировал. Вот так я старую хоккейную травму почти полвека вылечить не мог.

– Когда завершилась ваша хоккейная карьера?

– Еще до того, как хоккей запретили для всех. Тогда передо мной, ведущим специалистом по внекорабельной деятельности, Королев поставил задачу выйти в открытый космос. И на ней я целиком сосредоточился.

– Сколько голов забил вам Юрий Гагарин?

– Ну как такое вспомнишь! Он был очень активным нападающим. Чем-то по стилю игры напоминал Валерия Харламова. Кстати, и Юра, и Герман Титов иногда приезжали в ЦСКА и занимались вместе с армейцами. Так хоккеисты о них весьма высоко отзывались. Это сейчас на эстраде все поют. У кого слуха нет и голоса – самые активные певцы. А тогда космонавты могли похвастаться по-настоящему хорошей хоккейной подготовкой. И комплименты зря не получали.

– Вы следите за хоккейными событиями?

– По мере возможности стараюсь. Знаю, что сейчас идет финал чемпионата страны. Но смотреть матчи, особенно накануне праздника, не получается. Только результаты узнаю. Но, честно говоря, чаще я вспоминаю ту, непобедимую советскую сборную.

– Знакомы с кем-нибудь из игроков?

– Часто встречаюсь с Владиславом Третьяком и Вячеславом Старшиновым. Помимо того, что это великие хоккеисты, они еще и умные толковые люди. Старшинов – вообще умница. Эрудит, стихи пишет. Бывал я и на многих матчах сборной, в том числе за границей. Например, в декабре 77-го вместе с космонавтом Томом Стаффордом был в Хьюстоне, на матче сборной СССР с клубом «Аэроуз». Незадолго до игры Том пригласил меня в раздевалку к американцам. Я пришел и поразился до глубины души. Смотрю, игроки сидят курят, пиво пьют. «Том, — говорю, — а ведь наши надерут вам одно место». Так в итоге и вышло…

– Правильно ли запретили хоккей для космонавтов?

– Абсолютно! После того как я сам стал командиром отряда, ко мне не раз обращались космонавты, которым очень хотелось снова выйти на лед с клюшками. Но я запрещал категорически. И на стороне не разрешал играть и тренироваться. Я слишком хорошо помнил, к чему это может привести.