Айзерман собирает русскую пятерку? Генменеджер «Тампы» Стив Айзерман выбрал на драфте троих россиян

На драфте новичков, который прошел в Сент-Поле (штат Миннесота), были названы имена 9 россиян. Самый высокий номер (№ 27) получил форвард Владислав Наместников. Заокеанский драфт снова показал, что за океаном боятся выбирать русских, которые могут не поехать в НХЛ, а продолжить карьеру в России.

В 1989 году, во времена «Миннесоты Норт Старз», драфт НХЛ уже проходил в этом штате Десяти тысяч озер. И навсегда остался в истории как первый, где под стартовым номером был выбран европеец – швед Матс Сундин ушел в «Квебек Нордикс». Тогда, в 1989-м, заокеанские клубы не стеснялись выбирать на драфте советских хоккеистов. Сразу 18 наших игроков получили прописку в НХЛ. А «Ванкувер» и вовсе оказался в центре скандала после того, как под номером 113 забрал Павла Буре.

Дело в том, что Буре не квалифицировался на драфт того года, поскольку не провел достаточно матчей в высшей лиге СССР и за сборную (в те времена были немного другие правила НХЛ). Однако «Ванкувер» с помощью личных связей в советской федерации и за определенную мзду (по слухам, десятки тысяч долларов – сумасшедшие деньги для СССР!) нашел протоколы недостающих игр и забронировал за собой «Русскую Ракету». Никто уже не скажет, были ли те бумаги липовыми. Но руководство НХЛ они удовлетворили. А через пять лет Буре вывел «Ванкувер» в финал Кубка Стэнли.

Вот что такое драфт! Хотя теперь на ярмарке не оказалось ни Сундина, ни Буре, ни другого лидера, каким были Овечкин (2004) и Кросби (2005). Скауты называли имена по крайней мере четырех парней, имевших шансы на первый номер.

В итоге «Эдмонтон», второй год подряд открывавший драфт, назвал имя 18-летнего канадского форварда Райана Нюджента-Хопкинса, большого поклонника таланта Дацюка. В прошлом сезоне Нюджент-Хопкинс блистал в команде «Ред Дир» (Западная лига), где в 69 матчах набрал 106 (31+75) очков.

И помчался первый раунд, где через пару канадцев шел либо швед, либо американец. Никаких сюрпризов, если б не обмены. Пожалуй, самая громкая сделка драфта совершилась через два часа после его открытия. «Миннесота» получила из «Сан-Хосе» двух форвардов – Девина Сетогучи и Чарли Койла, а также право выбора в первом раунде в обмен на второй раунд драфта и защитника Брента Бернса (именно его ошибка в четвертьфинале ЧМ-2011 против сборной России помогла Кайгородову сравнять счет).

Запоминающимся стал выход на подиум представителей Виннипега, объявивших новое-старое имя своей команды – «Джетс» («реактивщики»). Решение было встречено овацией. Специально на драфт приехала пара сотен фанатов из Виннипега, совершивших 8-часовое путешествие в Миннесоту.

Тепло зрители также встретили решение «Рейнджерс» предоставить право оглашения своего выбора (№ 15) Аарону Бугарду, брату умершего Дерека Бугарда. Тафгай начинал свою карьеру в «Уайлд» и был очень популярен в Миннесоте.

Наконец на сцену поднялся и первый российский хоккеист – «Тампа-Бей» потратила выбор № 27 на Владислава Наместникова. Форвард, который провел прошлый сезон в юниорской лиге Онтарио, забыл оставить свой пиджак на трибуне. И когда ему пришло время примерить свитер «молний», на выручку пришел комиссар НХЛ Гари Бэттман, услужливо принявший костюм из рук россиянина.

– Очень плотный драфт. Невозможно сказать, кто будет следующим, – дал оценку первому дню агент Алексей Дементьев. – Я говорил со скаутами многих команд. У всех абсолютно разные рейтинги хоккеистов!

В субботу, во второй день драфта, клубы сменили еще два российских хоккеиста. «Колумбус» обменял Никиту Филатова (№ 6 драфта-2008) в «Оттаву» на № 66 этого года, а «Рейнджерс» отправил Евгения Грачева в «Сент-Луис» за право выбора в третьем раунде (№ 72).

Команды провели еще шесть раундов, выбрав 180 игроков, из которых только девять были из России (точнее, их было десять, но Дмитрий Яшкин живет в Чехии и выступает за эту страну). Больше всего порадовала «Тампа», которая вслед за Наместниковым задрафтовала крайнего нападающего Никиту Кучерова из «Красной Армии» и защитника из Челябинска Никиту Нестерова.

Ваш корреспондент смотрел церемонию с трибуны вместе с молодыми хоккеистами и их семьями, которые с тревогой и надеждой внимали каждому объявлению. Радость выбранных в последних раундах была не меньше, чем у тех, кто ушел в первом. А описать словами печаль десятка парней, чьи имена так и не были названы, просто невозможно.

Когда все закончилось, генеральные менеджеры наконец-то отложили авторучки и телефоны и подошли к заборчику, отделявшему их от журналистов.

Дарси Регир («Буффало»): «Нельзя сказать, что мы совсем не рассматривали кандидатуры русских игроков. Но в первую очередь мы думали о том, как быстро тот или иной хоккеист сможет присоединиться к нашему клубу. В КХЛ сейчас можно заработать очень хорошие деньги, поэтому мы не рисковали. Не могу говорить за другие команды. Но я считаю, что у русских парней, уже перебравшихся в юниорские хоккейные лиги Канады, больше шансов попасть на драфт, чем у тех, кто играет в России».

Скотт Хоусон («Колумбус»): «Конечно, мы расстроены, что были вынуждены обменять Никиту Филатова. Талантливый, динамичный нападающий. Но в нашей команде у него дело просто не пошло. Такое часто происходит со многими игроками. В таких случаях нужны перемены, надо изменять команду. Может быть, наш выбор Филатова три года назад был ошибкой. Но я знаю, что Никиту ждет хорошее будущее. Надеюсь в Оттаве, со сменой обстановки, он сможет найти свою игру».

«Колумбус» вместо Филатова взял американского центрфорварда Томаса Тайнана (№ 66) с очень скромными габаритами – 173 см, 74 кг. Может, это будущий Тео Флери и «жакеты» от этой сделки выиграли. Или они просто избавились от Филатова (если до 5 июля «жакеты» не обменяли бы Никиту, он подписал бы контракт в КХЛ).

Тем и интересен драфт, что на вопросы ответит только время.