«Может, в 33 или 34 года меня ещё позовут в НХЛ». Откровения лучшего бомбардира «Авангарда»

В этом сезоне Омский «Авангард» переживает масштабную перестройку. Менеджмент команды ради комплектации нового проекта расстался даже с Владимиром Ткачёвым, который сейчас разрывает лигу в «Металлурге». Но у ястребов нашёлся новый герой в лице Константина Окулова. Нападающий перезагрузил свою карьеру после турбулентности в ЦСКА и готов доказать всем, что уже в этом сезоне настанет время «Авангарда».

– У вас в этом сезоне отличная результативность, вы один из лучших бомбардиров лиги. Можно ли сказать, что мы наблюдаем одну из лучших ваших версий в карьере?
– Да, получается набирать очки. Не знаю, лучшая это версия или нет. Нужно стремиться к тому, чтобы лучшая версия всегда была впереди, надо становиться лучше, чем ты был вчера. Но да, я согласен: сейчас удаётся забивать голы, отдавать передачи и набирать очки. Это приносит удовольствие. И нужно сохранить этот темп набора очков, чтобы помогать команде. Но в первую очередь надо выигрывать и побеждать. Все эти достижения ценятся больше всего в конце сезона.

– Уже поставили себе какую-то заметочку, чтобы стать лучшим бомбардиром сезона?
– Не-не-не, никогда этого не делал. Любой нападающий всегда старается набирать очки и забивать больше – это нормально. Так и должен действовать форвард. Хочется выиграть гонку бомбардиров, но я не зацикливаюсь на этом.

– Уже чувствуете себя лидером в команде? Сильно изменилась ваша роль?
– Глобально ничего не изменилось. Условно, основная причина того, что я продлил контракт – это то, что я увидел доверие тренерского штаба. В том сезоне было доверие и игровое время, так что грех жаловаться! В плане ролей я глобально не задумывался. Просто стараюсь показывать свой лучший хоккей и получать удовольствие от игры. И, конечно, нападающему нужно набирать очки; без этого мало что получится.

– Больше десяти новых хоккеистов пришло в команду в этом межсезонье. Как так быстро удалось наладить химию?
– Во-первых, команда хорошо собрана. И мужской коллектив очень хороший, и женский коллектив сейчас тоже отличный (смеётся). Наши жёны много общаются и часто собираются вместе. Это очень здорово и влияет на команду.

В раздевалке все понимают, ради чего они собрались и в какой команде находятся. Самое главное – тренерский штаб проводит большой объём работы как командной, так и индивидуальной. Это и приводит к хорошему результату. Но в то же время было несколько игр, которые мы сыграли не лучшим образом, и есть над чем ещё поработать в плане командной игры.

– Вы неплохо нашли взаимосвязь на льду с Эндрю Потуральски. Как вам удалось так с ним сыграться? Сразу видно, что это игрок высокого класса, с ним комфортно играть? Или это был человеческий коннект?
– Где-то мы похожи по стилю игры: любим контролировать шайбу и не избавляться от неё. Начали находить друг друга и помогать друг другу. Но опять же повторюсь: по некоторым играм вспоминаю и понимаю, что можно было бы ещё лучше.

Были моменты игры, где мы могли добавить, больше очков набрать и забить больше. Всегда есть над чем работать! А так я думаю, что у нас есть общее игровое понимание, поэтому складывается какая-то химия.

– Было ли видно, когда он приехал, что это игрок другого уровня? Он был лучшим бомбардиром в АХЛ.
– Видно сразу, что парень с интеллектом, обученный, с хорошим броском, с хорошим видением площадки, с качественной техникой катания. Хороший пас, приём – это очень важные аспекты, на которые не все обращают внимание в тренировочном процессе.

Его старт был тяжёлым, для него это первый год в России, но со временем он подстроился и показывает хорошую игру, то, что он умеет делать. Он большой мастер, и не думаю, что у него будут какие-то проблемы дальше.

– В ЦСКА вы с многими высококлассными легионерами пересекались. Против многих мастеров играли. Как оцените тот состав иностранцев, который подобрался сейчас в «Авангарде»?
– Классные ребята. Все дружные, все хорошо общаются. Не отдалены от коллектива. Плюс на льду они очень мастеровитые парни. Каждый умеет выполнять свои обязанности. Поэтому их и взяли в эту команду. То, что они умеют делать – они это делают. На сегодняшний момент считаю, что у нас отличные иностранцы. Они одни из самых сильных в лиге.

– Вы сейчас до сих пор сидите в американском уголке в раздевалке или вас уже куда-то пересадили?
– Уже нет. Я пришёл в прошлом сезоне и сел на место Касселса. Там, где было свободно. Сейчас чуть-чуть пересадили. Рашевский Дима сидит рядом со мной. Потом Наиль Якупов и как раз Потуральски, Волков, Пономарёв. У нас на нашей стороне только Потуральски из иностранцев.

– Уже подтянули английский? Вы говорили в марте, что знаете 50 слов.
– (Смеётся). Потихоньку сам познаю что-то новое. Но в большей степени это хоккейные слова. Постоянно собрания на английском, в раздевалке с тем же Потуральски приходится обсуждать какие-то моменты. Поэтому хоккейный английский ты понимаешь. Сейчас уже намного легче на собраниях: уже толком никто не переводит слова. Единственное, Саня Волков иногда помогает перевести какие-то слова. Ну если совсем не понимаю, то может помочь. А так всё, что связано с хоккеем, на процентов 70-80 понимаю.

– То есть с Буше стало гораздо проще?
– Да. Но и у Буше очень хороший английский. Он и в прошлом сезоне отмечал, что старается говорить простыми словами, понятными. Такой диалект, знаете: когда он произносит каждое слово отдельно, не торопится, и его очень легко понимать.

– Уже почувствовали спустя довольно продолжительный срок работы с ним какую-то разницу между тем, как он работает и как наши специалисты? Какие-то отличия можете подметить?
– Каждый человек использует индивидуальный подход. Сейчас в «Шанхай» пришёл иностранный тренер. И Хартли тот же в «Локомотиве». У всех свои подходы и свои тактические моменты. Так что здесь, наверное, нет такого деления на иностранные и российские тренеры. У всех свои подходы.

Конечно, есть какие-то понятия хоккея чуть-чуть схожи. То есть иностранные тренеры стараются всё время толкать шайбу вперёд, чтобы мы не уходили назад, как некоторые российские тренеры любят. Какие-то такие моменты есть. Но всё равно тактика у всех разная. Люди все разные. Всё равно в моей карьере это первый иностранный тренер, и мне сложно сравнивать.

– Можете выделить что-то особенное, что делает Буше – Буше? Допустим, у Разина есть свои волшебные баллоны, о которых все говорят.
– Не знаю. У него очень много работы именно помимо хоккея. То есть, он бывает эмоциональным, когда это нужно, и очень спокойным в другие моменты. Многие тренеры действуют в общей манере, а он пытается найти ключи разными путями. Он очень любит большие собрания. То есть, у нас очень много тактической работы. Я впервые столкнулся с таким объёмом информации в плане хоккея. Это здорово. Очень много нового познаёшь, даже если тебе 30 лет. Всё интересно слушать.

– Помню, как в прошлом сезоне после вылета от «Локомотива» в плей-офф в социальные сети «Авангарда» выкладывали ролик, где Буше читает речь – это выглядело как сцена из фильма.
– Да-да, он здорово такие вещи говорит. Он реально проникает в ситуацию и переживает. Наверное, вы даже видели по последней игре: сколько эмоций он вкладывает именно в команду, как он переживает за это. Но он всё это делает грамотно: знает, когда нужно действовать эмоционально, а когда быть спокойным и терпеливым. Важна его разносторонность как тренера, которая помогает команде.

– Скоро стукнет год, как вы оказались в Омске. Давайте обозначим этот год, дадим некую оценку. Кроме Кубка Гагарина над головой, всё ли получилось так, как вы рассчитывали? В бытовом и хоккейном плане.
– Да, конечно, когда я узнал об обмене, у меня были вопросы: Куда? Чего? Зачем? Конечно, это стресс. Как бы ты ни хотел, это стресс. Потому что у тебя семья, у тебя дети – это переезд. Девочки в другой сад должны пойти, всё по новой. Мы только обустроились, квартира появилась, переехали. Было тяжело.

Прошлый год получился более скомканным в плане жизни в самом городе, быстро пришлось искать квартиру. Даже машину мы не перевозили. Я занимался в большей степени только хоккеем. А сейчас уже есть недвижимость. Ребята помогли с её поиском. Получилось снять хороший дом: у детей там площадка, можно в хорошую погоду пожарить мясо и провести время с семьёй. Садик хороший, клуб помогает. И уже удалось полностью обосноваться в этом городе. Плюс знакомишься с Омском, с людьми, ресторанами и торговыми центрами. Ты знаешь, куда ехать. Сейчас уже всё хорошо и комфортно.

Что касается хоккейной составляющей: всё на высшем уровне – стадион, форма, питание и обслуживание ребят. Персонал и тренеры тоже вышка. Это одна из лучших организаций в мире. Мало кто может таким похвастаться.

– Получается, самым тяжелым были именно бытовые моменты?
– Конечно, особенно первый месяц. Самое сложное было для жены всё это принять, потому что она понимает, что на ней дети. Первую неделю я вообще был один в Омске. Потом потихоньку-потихоньку уже начали заниматься переездом. Первый месяц был самым сложным. Его нужно перетерпеть и перебороть, чтобы влиться в новый коллектив и новый город. Я думаю, это сложный процесс для любого игрока.

– А что было самым приятным? От чего кайфанули по-хорошему?
– От хоккея, в первую очередь. Потому что это был не самый лёгкий период в ЦСКА. Опять же, никаких претензий ни к клубу, ни к тренерскому штабу нет. Мне давали играть, я играл в большинстве, и 5 на 5 всё шло именно от моей игры. Наконец-то, в Омске у меня пошёл хоккей, я начал забивать голы, отдавать передачи. Это приносит удовольствие любому хоккеисту. Вот что самое крутое.

– На момент вашего ухода из ЦСКА и после него были слухи о том, что вы сами хотели уйти из команды и инициировали переход. Есть ли в этом какая-то правда?
– Нет, нет, нет, никогда. Так скажу: любой игрок предчувствует, когда что-то неладно. Все знают, что я должен делать: набирать очки, помогать команде, но не всё получается. И какие-то разговоры уже в прессе начинались. Но чтобы я сам подходил к агенту или руководству и говорил, что хочу обмена – нет, такого не было. Хотелось закончить сезон в ЦСКА, и я понимал, что велика вероятность того, что наши пути разойдутся, но обмена я точно не хотел. Опять же, у меня семья: жена, двое детей, хороший садик, своя квартира. Кто захочет резко менять всю жизнь? А когда у тебя сезон заканчивается, у тебя есть 2-3 месяца отпуска, ты можешь спокойно выбрать команду и город и приехать без спешки. Тяжело подойти самому и сказать: «Обменяйте меня!».

– Вопрос довольно непростой. Сейчас в ЦСКА вернулся Игорь Никитин. Если бы его возвращение выпало на прошлый сезон, допускаете ли вы, что всё могло сложиться по-другому именно в вашем карьерном пути?
– Скорее всего, да. Если бы Игорь Валерьевич пришёл, он бы как-то придержал меня в команде до плей-офф. Но я не знаю. А может быть, наоборот: ещё раньше пришёл бы и сказал: «Всё, Костя, что-то надо менять». Так что здесь не угадаешь. Я уже давно с Игорем Валерьевичем не работал – сколько уже лет прошло? Так что может быть, в каких-то моментах он изменился; может быть, он уже по-другому видит мой хоккей. Здесь пока не поработаешь с человеком – не поймёшь. А я могу сказать, что то время, когда мы работали вместе, прошло уже лет пять назад.

– Я слышал, что когда у вас возникла ситуация с ЦСКА, он хотел видеть вас в Ярославле на тот момент.
– Глобально не знаю, потому что обмен произошёл фактически за 2-3 дня. Мне просто позвонили и сказали, что я ухожу в «Авангард». Я особо ничего не решал на тот момент.

– Сейчас вам 30 лет. Именно в этом возрасте Вадим Шипачёв предпринимал попытку уехать за океан. У вас такие мысли вообще не возникают?
– После трёхлетнего контракта, если кто-нибудь предложит – подумаем (смеётся). Когда уже было предложение от «Авангарда», об Америке особо речи не шло. Плюс после такого сезона – который был 50% плохим и 50% хорошим – я думаю, тяжело было думать об НХЛ. Я пытался сосредоточиться на том, что реально получалось: где дают доверие и где руководство заинтересовано; не хотел ничего менять.

– Нет чувства, что пропустили что-то очень интересное в карьере?
– Наверное, я чуть-чуть жалею об этом. Может быть, где-то ещё маленький шанс подвернётся – в 33 или 34 года позовут. Но это маловероятно. Чуть-чуть можно пожалеть об этом, когда подумаешь глобально. Но если говорить о старости лет, я не думаю, что буду об этом сильно жалеть. Я всегда находился в хороших коллективах; семья всегда была рядом. Я всё равно играл в хоккей – в хорошей лиге с хорошими партнёрами. Мне удалось поиграть с крутыми ребятами. Ещё поиграю с крутыми хоккеистами в будущем. Так что сильного сожаления о том, что буду вспоминать и жалеть из-за этого – я думаю, нет.

– Сейчас периодически добавляются новые элементы в «Авангард». Майкл Маклауд приехал в октябре, недавно ещё Клим Костин подъехал. Каково вообще в таком коллективе, в который сейчас приходит так много новых людей?
– Я говорил о том, что вначале, почему мы и хорошо играем, дело именно в коллективе. Сейчас каждый занимается общим делом, поэтому приход новых ребят никак не влияет на команду. Они понимают, что пришли в хороший, крепкий коллектив, и я не думаю, что у них или у нас будут какие-то проблемы.

Поэтому им легко входить в такую команду. Они спокойно могут попросить любого о помощи как на льду, так и вне его, и каждый может подсказать, помочь. Это очень важный момент, потому что ты приходишь в новый коллектив, в новый город, и всегда нужна помощь и поддержка – это у нас всегда есть в команде.

– Несмотря на мощное пополнение, которое продолжается, были и расставания в этом межсезонье, в частности Владимир Эдуардович Ткачёв, который сейчас в шикарной форме. Он покинул команду. Вам как-то не хватает его на льду? Может быть, просто в раздевалке?
– Тяжёлый вопрос. Любая команда без любого хоккеиста будет играть дальше. Даже если Коннор Макдэвид покинет «Эдмонтон Ойлерз», команда – это всегда команда. Ничего не рухнет. На сегодняшний момент клуб так сложился, я всё равно с Вовой в хороших отношениях. Он большой мастер, и я считаю, что он находится в хорошей команде. Играет в хоккей, получает удовольствие от него и делает то, что ему нравится. На его место пришли очень сильные ребята. По большей части я сейчас тоже курсант, новичок. Выигрывают команды, а не один игрок.

– Вы сейчас с ним идёте близко в списке лучших бомбардиров. Может быть, подкалывали друг друга, когда был очный матч?
– Нет, нет, нет. Вове желаю, чтобы у него и по здоровью, и по хоккею всё было хорошо. Он большой мастер. Думаю, что он в любой команде в лиге будет спокойно играть. В том же «Авангарде», если бы остался, он бы набирал те же очки. Не думаю, что у нас есть какие-то моменты в этом плане. Пусть набирает очки, будем стараться его обогнать. Думаю, это только интересно друг для друга; конкуренция помогает двигаться вперёд и расти.

– Тенденция этого межсезонья не напрягает и не пугает? Очень много случаев, когда контракты довольно не защищены. В КХЛ любой контракт могут расторгнуть без особых проблем; в НХЛ это по-другому делается – там игроки более защищены. Это вызывает какие-то опасения?
– Если говорить о защищённости, то любой игрок в КХЛ хотел бы, чтобы его контракт был защищён. Имеем то, что имеем на сегодняшний день. Если мы хотим строить, конечно, нужно стараться сохранять цельный коллектив. Я вспоминаю годы в ЦСКА: за счёт чего у нас получалось выигрывать? У нас был коллектив долгие годы. Мы знали, во что мы играем и верили друг в друга. И за счёт этого даже в тяжёлые моменты у нас получалось выигрывать матчи. Это вопрос больше к руководству и тренерскому штабу. То, что я сейчас вижу – у нас классные игроки. Чем дольше мы продержимся вместе, тем больше шансов у нас достигать самых главных целей и бороться за самые высокие задачи.

– Уже упоминали, что подписали очень хороший трехлетний контракт с «Авангардом» в этом году. Насколько для вас важны сами деньги? Насколько важно зарабатывать большие деньги?
– (Смеётся). Хороший вопрос. Думаю, что любому человеку хочется зарабатывать большие деньги, это нормально. В то же время я мог дождаться лета спокойно и посмотреть ещё варианты. Может, где-то кто-то и предложил бы больше. Но в первую очередь ты всё равно выбираешь хоккей. Считаю, что я ещё нахожусь в расцвете сил, могу побороться за кубки и быть в чемпионской команде, а не просто ехать зарабатывать. В то же время я здесь не лукавлю, меня никак не обидели. Дали всё, что я хотел. Грех было долго выбирать! Здесь, я думаю, всё сложилось суммарно, во всех аспектах. Получилось так, как я хотел. Вы сами видели, что я продлил контракт через месяц-два после пребывания в «Авангарде», не дожидаясь летнего периода.

– Добро побеждает бабло.
– Конечно, если ты просто погоняешься за деньгами, далеко не уйдёшь. Надо понимать в то же время, что карьера хоккеиста не такая длинная – дай бог 35-40 лет. И то не все ребята могут доиграть до этого возраста. Надо успеть заработать, что-то отложить, детям учёбу оплатить, помочь с чем-то ещё. Век хоккеиста короткий. Мы должны это понимать и стремиться к этому – это нормально, все мы люди.

– Есть ли у вас личные предпочтения, на что вы любите тратить деньги? Брендовая одежда или увлечение, на которое вы иногда вкладываете какую-то сумму?
– Нет, это как-то со временем меняется. Когда подписываешь первые большие контракты, немного теряешь голову, начинаешь заниматься ерундой и покупать кучу непонятных вещей. А так сейчас стараюсь больше откладывать на жену и детей. Возвращаясь к прошлому вопросу: карьера короткая, и лучше вкладывать в правильные вещи. Условно – недвижимость, отложить на учёбу детей, чтобы они всегда были одеты, обуты и накормлены. Думаю, это самое важное. Это на сегодняшний день в первую очередь реально беспокоит.

В последнее время вещи покупаю так: «Нужна осенняя куртка – пошёл и купил». Мы недавно были в Казахстане, зашёл в магазинчик, купил недорогую куртку, чтобы просто было тепло. Думаю, больше переживаешь о том, чтобы какая-то тёплая одежда была. Скоро зима начнётся, жене говорю: закажи мне зимнюю обувь, потому что поездки будут, скоро холодно будет – в Омске -20, -30, чтобы ноги не мерзли. Какие-то такие базовые вещи.

– А вот из молодёжных армейских времён сможете вспомнить вашу самую бесполезную покупку?
– Был такой период. Я немного баловался машинами, но не так глобально и не супер дорогими. Наверное, это были вещи – у всех это какие-то брендовые вещи: идёшь и покупаешь «Philipp Plein», ещё что-нибудь – всю эту ерунду. Потом понимаешь, что проще пойти и купить какую-то однотонную правильную вещь, которая не будет бросаться в глаза; купить её будет намного приятнее, чем все эти брендовые вещи.

– Две недели назад в социальной сети выложили очень милое видео, где вы на льду с дочками. Если не ошибаюсь, им недавно исполнилось пять лет?
– Да, буквально несколько недель назад.

– Довольно интересный возраст, уже более-менее самостоятельный период начинается. Удаётся ли вам взаимодействовать, следить за их взрослением и развитием личности?
– Конечно. Вот с моей женой буквально недавно разговаривали. Наверное, сейчас девчонки находятся в таком возрасте, когда я буду потом скучать. Они уже взрослые, понимают, что происходит, папа, мама – они уже разговаривают. Это полноценные люди. Это дети, которых ты не воспитываешь так жёстко, как в школьные и подростковые времена. Сейчас ты им больше позволяешь, это самый прикольный возраст, по которому ты реально потом будешь скучать, когда они вырастут. А так, конечно, стараюсь свободное время посвящать им и супруге. Хочется быть рядом. Но в то же время нужно играть в хоккей и кормить семью – это тоже важный момент в нашей жизни. Круто, потому что с появлением детей, раньше, когда мы с женой были вдвоём, по молодости, когда были какие-то плохие моменты в хоккее, ты начинаешь тащить это домой, рассказывая жене о негативе.

А потом, когда я стал постарше, понял, что, когда прихожу домой, я должен быть хорошим мужем и отцом, всегда улыбаться и быть на позитиве. Конечно, я могу обсудить с женой какие-то хоккейные нюансы. Не то чтобы мне не жаловаться; надо говорить супруге, она всегда поможет. Но домой я стал хоккей уже практически не нести и говорить семье о семье: о том, как они проводят день, как у них дела, как они сходили в садик. Для меня это важнее, чем хоккей.

– Вы вообще строгий папа или это тот случай, когда мама что-то не разрешает, а ты идёшь к папе и он разрешит?
– Мама строгая, а папа наоборот добрый. Опять же, папа в поездках, может неделю не видеть детей – как он может быть строгим? (Смеётся). Конечно, позволяю больше, чем нужно, и даю слабину. Для этого есть мама, которая говорит: «Нет, так нельзя, папа».

– Вообще девочки дружны между собой? Иногда бывает такая ситуация, когда двое детей борются за внимание?
– Глобально дружные. Конечно, ругаются – это дети. Но мы их учим тому, что они сестры и что они в первую очередь – самые первые друзья друг для друга. Чтобы они понимали: когда в жизни будут какие-то тяжёлые моменты, они должны помогать друг другу. Это самое важное. А так они очень дружные, очень любят друг друга, много обнимаются и играют вместе. Всё равно они растут вместе, и это накладывает отпечаток на их жизнь. Надеюсь, что они вырастут дружными девочками и всегда будут рядом.

– Пока с супругой не думали о каком-то пополнении? Потому что у многих мужчин всегда есть мысли: «Вот девочки, конечно, хорошо, но вот бы сына...»
– Нет, нет, я даже, как бы это сейчас ни звучало, не то чтобы: «Вау, хочу сына». Но я рад, что у меня девочки. Нет этих разговоров о том, что был бы пацан, и его надо отдать в хоккей, чтобы он тоже играл, чтобы он был как папа. Нет, девчонки – вообще с кайфом. Я к спорту для детей отношусь спокойно. Главное, чтобы они занимались гимнастикой, плаванием, танцами – вообще чем угодно. Но в какой-то профессиональный спорт, наверное, они сами должны прийти и сказать: «Папа, я увидела фигурное катание!» или ещё что-то. Пошли попробуем. Но сам за руку никогда не поведу. Пусть наслаждаются детством, пусть играют, пусть проводят время с друзьями.

– А если, допустим, одна из дочерей придёт и скажет: «Папа, я увидела женский хоккей, очень хочу»?
– Опять же, если она говорит: «Я хочу, пап, пойдём поиграем!», то окей, без каких-либо проблем. Если ребёнок хочет, я никогда в плане спорта точно запрещать не буду. Пусть попробует, а там уже поймёт, нравится ей или нет. Сам за руку взять: «Пойдём, будешь бросать шайбу», нет, я так не хочу. Это моё личное мнение, и я его точно никому не навязываю.

– Упоминали о супруге. Александр Овечкин в своё время, когда у него спросили, кто ваш главный критик, ответил: «Моя жена, она всегда домой придёт и спросит: почему ты тут не забросил?» У вас есть какой-то такой момент?
– Так сильно нет. Но она точно знает и говорит: «Себя хвалить нельзя!». Поэтому она никогда не говорит: «Ты здорово сыграл» или что-то подобное. Бывает, конечно, если я совсем плохо отыграл игру, она может немного пошутить: «Что ты сегодня ерундой занимался?». Но опять же повторюсь, сильно хоккей мы дома стараемся не обсуждать и не говорить о нём, потому что хочется больше говорить именно о семье.

– Есть ощущение, что в вашей карьере практически всё очень хорошо сложилось, но со сборной у вас не пошло. Пока только одно международное соревнование – чемпионат мира 2021 года, где вы сыграли всего один матч. Почему-то по какой-то причине не сложилось со сборной, хотя вы на протяжении многих лет показываете отличную игру. Есть ли у вас какой-то гештальт по этому поводу?
– Любому спортсмену выступать за свою страну – это самое престижное. На чемпионате мира была травма в первой же игре. Я вспоминаю это как свою ошибку: неправильно подстроился под небольшой толчок. Тоже обидно: сейчас вспоминаю, что был хороший чемпионат мира и хороший состав – можно было побороться за высокие места. Вспоминаю это с обидой.

Олимпиада тоже была обидной для меня. Я не поехал, и это тоже очень неприятно. Но опять же вспоминаю те полгода, как я выступал – это был не самый лучший мой хоккей. Наверное, где-то я не заслужил вызова в сборную. Но обо всём этом сложно говорить. Да, обидно. Дай Бог, чтобы мы вернулись на большую арену; может быть, получится ещё куда-нибудь съездить. Было бы круто сыграть за сборную.

– Миланскую Олимпиаду мы, к сожалению, пропускаем. Но в 2030 году в французских Альпах есть вполне реальный шанс, что нас уже вернут через четыре года. Вам как раз будет 34. Есть ли желание доиграть до этой отметки и все-таки съездить на это соревнование?
– Слушайте, я думаю, что 30 – это только второе дыхание, и дай Бог не 4, не 5, не 6, не 7 лет, а больше лет отыграть. Когда ты играешь в чемпионской команде, это всегда плюс к тому, чтобы тебя вызвали в сборную. Так что, в первую очередь, я больше хочу выигрывать. В сборную всегда вызывают игроков-победителей, это всегда так было. Либо ты должен забивать по 500 голов каждый сезон стабильно, а когда ты победитель, они знают, что ты умеешь играть в большие игры, что ты в последнюю минуту не дрогнешь – это самое важное! Надо продолжать держать свой уровень, и тогда, если нас допустят, думаю, будет большой шанс попасть в сборную и доказать, что я достойный игрок.