— Смотри. Давай возьмём за основу ACA — эталон спортивного противостояния. Там каждый турнир как смертоубийство, ребята рубятся. У них похожая система подхода: есть бонусы за досрочные победы, за лучшие бои. Они мотивируют людей платить своим здоровьем. Это показатель того, что мы — одна из сильнейших стран в единоборствах. Но никто не хочет приехать в ACA и подписаться.
— Почему?
— Потому что будет больно, тяжело, а выхлоп какой по сравнению с тем же UFC? Там хайлайты твои увидят, узнают. А здесь нет такой медийности. Я не специалист по маркетингу или SMM. Я не могу ответить на вопрос «почему». Сам хочу узнать у специалистов: почему у UFC получилось, а у нас нет? Платные трансляции — да, но у нас менталитет: мы не готовы платить за просмотр. Как это менять — тоже непонятно. В этом, наверное, камень преткновения. Спортсмены есть, бойцы есть, опыт организации есть — всё есть. Но ты не заставишь человека платить. Какой-то узкий процент готов платить, потому что он фанат, а 90% не хотят. Плюс изначально UFC строилось как шоу-тайм. Но это всё маркетологи, очень умные люди, они знают, как воздействовать на мозг. Здесь нужно перенимать именно этот опыт — не опыт создания боёв и матчмейкинга — мы это всё умеем давно, а именно опыт продажи. Чтобы была окупаемость. А пока любой промоушен — это меценатство», — заявил Штырков в интервью корреспонденту «Совспорта» Ивану Пермякову.






