Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВПРИЕМ ОЛИМПИЙЦЕВ В КРЕМЛЕ
СОБЫТИЕ ДНЯ
Вчера в Кремле прошло торжественное чествование призеров ХХ зимних Олимпийских игр. Они подарили Президенту России Владимиру Путину чебурашку и вымпел. Он ответил внедорожниками, денежными призами, катками и квартирами.
ПОЛИТИКА НА МЕСТАХ
Первым из гостей в Екатерининский зал Кремля с крейсерской скоростью заходит серебряный призер Турина бобслеист Александр Зубков. А как иначе – ведь за его плечами, как и на трассе, классный разгоняющий – Алексей Воевода. После такого мощного разгона у бобслеистов принято, не теряя времени, садиться. Поэтому ребята быстро определяют свои кресла (на каждом посадочном месте лежит прямоугольная бумажка с фамилией приглашенного) и занимают их.
Теперь рулевого и разгоняющего разделяют два стула. Зубкову это не по нраву. Он, как заправский шулер, молниеносно передергивает бумажки, намереваясь занять место рядом с партнером по бобу. В этот момент его и останавливает бдительный распорядитель. Такие штучки в Кремле не проходят.
По мере заполнения зала медалистами, их тренерами и чиновниками становится ясно, что к рассадке здесь и впрямь отнеслись серьезно. Первый ряд явно предназначен только для олимпийских чемпионов. На его левой (если смотреть от входа) части расположились «золотые» эстафетные девушки – биатлонистки и лыжницы. Справа уселись Татьяна Тотьмянина и Максим Маринин (оба решительно пришли в джинсах), Татьяна Навка и Роман Костомаров, Евгений Дементьев, Светлана Журова и Евгений Плющенко. Место между двумя последними остается свободным. Нет сомнений, что его вот-вот займет двукратная чемпионка Игр биатлонистка Светлана Ишмуратова.
В «серебряном» ряду рядом с Зубковым оказался конькобежец Дмитрий Дорофеев, а следующей – внимание! – фигуристка Ирина Слуцкая. Видно, кремлевские судьи, в отличие от туринских, без колебаний отвели Ирине второе место после произвольной программы. Однако радости на лице бронзовой медалистки Игр это не прибавляет. Видно, что она до сих пор не отошла от итальянских переживаний.
В распределении мест еще много интересного. К примеру, очаровывает наглядно демонстрируемая политика равноудаления, согласия и примирения: глава Росспорта Вячеслав Фетисов и президент ОКР Леонид Тягачев усажены рядышком. Это, правда, не мешает им по большей части молчать и глядеть в разные стороны.
Не сразу заметно, что последний ряд партера полностью занят государственными руководителями высшего ранга. Тут и премьер правительства Михаил Фрадков, и первый вице-премьер Дмитрий Медведев, и вице-премьер Александр Жуков, и министр обороны Сергей Иванов, и заместитель руководителя президентской администрации Владислав Сурков. Они оккупировали галерку тихо, не привлекая лишнего внимания. Будто болельщики, без билета прорвавшиеся на стадион за минуту до начала матча. Впрочем, наверняка все они и есть болельщики, раз нашли время лично встретиться с олимпийцами, за которыми привыкли наблюдать лишь с трибуны или по телевизору.
ПРЕЗИДЕНТСКАЯ ОГОВОРКА
Был замечен на встрече и глава группы компаний «Bosco di Ciliegi» Михаил Куснирович с печальными черными глазами. Некоторые очутившиеся рядом со мной журналисты, заглянув в эти глаза, глубоко сочувствовали их обладателю. Работал человек, работал. Олимпийцев одевал. Но закончились Игры, начинается президентский прием, и спортсмены все как один приходят в темно-синих форменных пиджаках. А на них — ни одного упоминания о фирме господина Куснировича. Даже и заклеивать-то, если кто проявит недовольство, совершенно нечего.
Пока мы с коллегами обсуждаем эту коллизию, в зале появляется Владимир Путин. Не сбавляя темпа, набранного, судя по всему, на только что завершившемся заседании правительства, он стремительно занимает трибуну с микрофоном и чеканит написанный на бумаге текст. В высшей степени положительно оценив итоги Олимпиады, президент делает эффектную паузу. И, добившись полного внимания слушателей, уже не глядя на бумагу, буднично сообщает:
— Представители бизнеса, которые, как вы знаете, помогали спортсменам при подготовке к Олимпийским играм, просили меня проинформировать, что приняли решение дополнительно отметить победителей Олимпийских игр. Поскольку это зимние виды спорта и вам приходится ездить на тренировки по заснеженным дорогам, то всем мужчинам дарят по «Тойоте Лэнд Крузер», всем женщинам – по джипу «Лексус». А всем тренерам – дополнительная премия в рублях, эквивалентная 25 тысячам американских долларов.
Первой после этого заявления не может сдержать эмоций Светлана Журова. Она радостно смеется и вопросительно глядит на сидящих рядом коллег. Примерно тот же взгляд я наблюдал у нее в туринском «Овале Линготто», когда она, финишировав на победной пятисотке, изумленно смотрела на тренеров: «Нет, ну правда, что ли, это именно я выиграла?». Такая реакция неудивительна, если вспомнить, как Света с мужем, чтобы хоть как-то свести концы с концами в период подготовки к Олимпиаде, продали свою старенькую иномарку.
На втором-третьем рядах окончание президентской речи встречается ропотом. Не все, похоже, готовы свыкнуться с мыслью, что те доли секунды и десятые очка, которые они проиграли чемпионам, только что приравнены к элитному джипу.
— Да всем, на самом деле, всем дадут. Каждому медалисту! – разъясняет журналистам пресс-секретарь президента Алексей Громов.
Окрыленные информацией, репортеры начинают сигнализировать об этом серебряным и бронзовым медалистам: президент оговорился. Эх… Ну когда еще спортсмены посмотрят на акул пера с такой неприкрытой любовью?!
В это время, довольный эффектной концовкой, Путин садится на место, которое мы вначале отвели Светлане Ишмуратовой. Но ее не будет. Говорят, больна. А место на трибуне занимает Светлана Журова с чебурашкой наперевес. Поблагодарив государство за всестороннюю поддержку, Светлана сообщает, что дарит Президенту России свой неизменный талисман.
Владимир Владимирович принимает белого зверя с красным спонсорским логотипом. Глаза Куснировича светлеют. Путин осматривает подарок со всех сторон и передает чебурашку охране. Увидев это, Журова вручает президенту свою медаль. Она, кажется, понимает, что за «Лексус» одной чебурашкой не отделаешься. Но Путин, повертев туринское золото в руках, возвращает его хозяйке.
А на трибуне уже солирует Евгений Плющенко. Он говорит, что после Журовой трудно что-либо добавить. Поэтому дарит президенту вымпел с автографами всех российских медалистов ХХ Игр, закованный в раму. После этого в зале появляются официанты с шампанским и красным вином. На очереди – неформальное общение.
КАТКИ ДЛЯ ЖУРОВОЙ И НАВКИ
Олимпийцы окружают Владимира Путина крепким кольцом. На помощь президенту тут же устремляются члены правительства с дальнего ряда. И успевают вовремя – Светлана Журова уже начала рассказывать про каток.
Она хотела рассказать про него президенту еще в Турине. Но тогда поговорить с Путиным никак не удавалось. Точнее, это Путину не удавалось поговорить с Журовой, потому что, когда он звонил, она все время была занята. Сначала – церемонией награждения. Потом – допинг-контролем. Тогда Журова рассказала про каток журналистам, пришедшим на ее ночную пресс-конференцию в «Русском доме». Хотя чего там было особенно рассказывать? Ведь вся суть в том, что катка-то в любимом Журовой и Путиным городе Санкт-Петербурге как раз нет. Теперь будет. Президентское слово!
— А нам? Нам бы тоже каток… Только в Москве, — это к Путину уже Татьяна Навка обращается.
— Разве нет катка? – удивляется президент.
— Специально для фигурного катания – нет, — уверенно заявляет фигуристка.
— А как же ЦСКА? – недоумевает Путин. – Сергей Борисович! Сергей Борисович!
— Я! — сквозь окружение к Путину наконец-то прорывается министр обороны. – Каток? Есть каток! Исключительно для фигурного катания.
— Фух, — выдыхает Путин. – Я уж думал, что вы мне тут виртуальную реальность рисуете. Вот видите, Татьяна, есть каток-то.
— А можно, тогда я директором, а? – Навка по-школьному тянет к министру Иванову руку. – Или тренером хотя бы…
— Завтра собираемся чествовать армейских олимпийцев и решим. Армия, кстати, больше всего наград выиграла, Владимир Владимирович!
— 60 процентов, — с готовностью подтверждает находящийся рядом Тягачев.
— А флот? Флот сколько завоевал? — ехидничает Путин.
Церемония становится все менее официальной.
— Ну, какие еще есть просьбы? – президент призывает не стесняться.
— Трассу нам биатлонную в Москве надо построить, — атакует с фланга Ольга Зайцева. – Очень надо. Всем ведь нравится в Россию приезжать. В Ханты-Мансийске хорошая трасса, но далеко это слишком. В Москве надо.
— Сколько стоит? – интересуется Путин. Но Зайцева к таким вопросам, увы, не готова. – Ладно, подумаем.
— Ну, давай, давай! – Леонид Тягачев активно подталкивает к Путину Ирину Слуцкую. Она не то чтобы сопротивляется, но по собственной воле не делает ни шагу. Ей чудовищно не по себе. Ей по-прежнему неловко за последнюю бронзу. Вот бы где мог пригодиться талант разгоняющего Воеводы! Но президенту ОКР удается-таки поставить Ирину вплотную к Президенту России.
— Владимир Владимирович, квартирный вопрос тут… — говорит Тягачев, показывая на Слуцкую. Ирина молчит. – Сейчас в Сокольниках живет, очень стесненные условия…
Президент неожиданно кладет левую руку на Ирино плечо, прижимает девушку к себе и становится понятно – условия скоро изменятся. Следом к президенту с похожими просьбами обращаются Навка с Костомаровым («Когда приезжаем в Москву, живем в гостинице»), Плющенко («Валентина Ивановна (Матвиенко. – Прим. ред.) не может в Питере вопрос решить»). Возможно, испугавшись, что сейчас придется обеспечивать жильем, как и джипами, всех медалистов, Путин громко приглашает женщин в соседнюю комнату. Там их ждут подарки в честь 8 Марта.