«Поддержите нас, пожалуйста!». Вернувшиеся из Ванкувера олимпийцы извинялись перед болельщиками

СОБЫТИЕ ДНЯ. ВАНКУВЕР-2010
ВСТРЕЧА В АЭРОПОРТУ

В ночь с понедельника на вторник двумя чартерами в Москву вернулась большая часть российских олимпийцев и спортивных чиновников. Несмотря на позднее время, медалисты Игр до трех часов ночи отвечали на вопросы журналистов и фотографировались с болельщиками. Те же, кто прилетел из Ванкувера без наград, проходили к встречавшим их машинам незамеченными.

Самолеты из Канады задержались на час. Еще столько же времени олимпийцы томились ожиданием после посадки чартеров. Встречавший Ивана Скобрева ансамбль народной песни (пять человек приехали на «Газели» из Череповца – города, за который выступает двукратный призер Игр) успел несколько раз отрепетировать хвалебную оду герою: «Слава нашему Ване Скобреву, слава!». Студенты МГГУ имени Шолохова устали держать и опустили огромный плакат с изображением своего выпускника – олимпийского чемпиона Никиты Крюкова и серебряного призера Игр студента Александра Панжинского.

— А у нас еще и бронза есть! – гордо говорит председатель студсовета Федор Мольков. — Николай Морилов тоже наш!

Опускаются и плакаты «Зайка – ты лучшая!», «Слепцова – номер один!». Девушки из Союза болельщиков биатлона показывают нам альбом, который они издали в единственном экземпляре: «Ольге Медведцевой от преданных болельщиков». Внутри стихи, посвященные спортсменке, фотографии…

Ждут болельщики и журналисты, чиновники и родители. Даже таксисты ждут.

— Чего они не выходят-то? – интересуется один из них у другого.

— Боятся, наверное…

СКОБРЕВ: ЖАЛЬ, НЕ УДАЛОСЬ ВОЙТИ В ИСТОРИЮ

Наконец появляется первая ласточка – Иван Скобрев. Раздается «Слава…», которая не очень плавно перетекает в «Уж ты, Порушка, Параня, ты за что любишь Ивана?».

— Ваня, вы как первым оказались? – спрашиваем у Скобрева.

— Ну, я же первым медаль выиграл!

— Что ж, нам теперь следующего три дня ждать?

— Нет, сейчас остальные выйдут. Ууух... Ничего себе! — оглядывает Иван окружившую его толпу. — Да, то, что происходит сейчас, – запомню на всю жизнь! Знал, что будут встречать, но эмоции эти представить не мог. Спасибо за такое внимание. У меня получилось: завоевал медали, нес флаг на закрытии Олимпиады. Но вот что еще хочу сказать: я сильно переживаю за тех ребят, которые остались без наград. Мы все трудились, и простите, если у нас что-то не получилось.

— Каков привкус у ваших наград?

— Моя бронзовая медаль с золотым привкусом, а серебряная – с платиновым! Жаль, что травмированное плечо на полторашке в разгоне помешало. Хотелось, конечно, войти в историю – ведь в коньках еще никто не выигрывал три медали на одной Олимпиаде. Буду готовиться к Сочи.

Вслед за Скобревым появляются лыжники: Крюков, Панжинский и Петухов.

— Никита, как провели время в полете? – интересуемся у золотого призера.

— Спал всю дорогу! Мне достался билет в первый класс: так что спать было удобно. Вот мы вдвоем с Женькой Устюговым и дрыхли.

Нормально поговорить с Крюковым не удается: бывшие сокурсники хватают Никиту в охапку и начинают качать. Весит наш олимпийский чемпион не много и подлетает высоко.

Бронзовому призеру Игр Алексею Петухову билет в первый класс не достался, да и внимание прессы и болельщиков к нему было меньше.

— Чем занимались по дороге домой? — переспрашивает Алексей. – Праздновали, разговаривали. Девчонки – Оля Пылева и Аня Богалий – собирали автографы всех наших спортсменов. Я тоже хотел попросить ребят расписаться на олимпийской футболке, но сдал ее в багаж.

— Кому посвятили медаль?

— Сыну Ваньке: ему третьего числа два месяца исполнится. Растет, кушает хорошо: весь в папу. Жена говорит, головку начал держать. Правда, с олимпийской медалью вряд ли сможет – больно она тяжелая.

БОГАЛИЙ-ТИТОВЕЦ: ЛЮБИТЕ НАС ТАКИМИ, КАКИЕ ЕСТЬ

Тем временем собравшая автографы всех членов сборной России биатлонистка Анна Богалий-Титовец демонстрирует всем болельщикам и журналистам, как можно пить шампанское из олимпийской медали. Оставив награду в покое, она вслед за Скобревым вспоминает тех, кому медалей не досталось.

— Мне бы хотелось попросить нашу прессу: любите российских спортсменов независимо от их результатов, — говорит олимпийская чемпионка. — Поверьте, все мы работали на максимуме. Мы были и на матче наших хоккеистов, я видела — они очень старались. Прошу, поддержите нас!

— Чего вам сейчас не хватает для полного счастья?

— Самые экстремальные ощущения я испытала еще в Солт-Лейк-Сити. А в Ванкувере много эмоций уходило, например, на то, что скучала по сыну. Только и жду, когда смогу расцеловать его. Вот увижу Максимку, буду самым счастливым человеком в мире!

Последними в зале ожидания появляются фигуристы: Юко Кавагути и Александр Смирнов, которые были перед Олимпиадой нарасхват, сейчас свободно проходят мимо журналистов. Все внимание – Евгению Плющенко.

— Женя, как настроение?

— Настроение неплохое, хотя сейчас и полтретьего ночи. Надо забыть то, что было, и идти дальше. Жизнь не останавливается.

— Прокомментируйте слова Президента России о том, что все ответственные за подготовку к Играм в Ванкувере должны написать заявление об отставке.

— Я не хочу лезть в политику. На сегодняшний день она мне очень неинтересна. Моя позиция такова: менять надо много. В том числе и в фигурном катании. У нас есть хорошие спортсмены, великие тренеры. Но если нет правильного финансирования, мы будем и дальше стоять на месте или даже откатываться назад. А какие кадровые решения надо принимать, пусть решают наверху: оттуда виднее.

— Великие тренеры, о которых вы сказали, готовили к Олимпиаде наших соперников.

— Это правда, и это очень грустно.