Когда мужики плачут… Сборную Украины лишили золота

А это означало, что рано радовались славные хлопцы в жовто-блакитной форме своей, казалось, честно заработанной медали. На тот момент в копилке незалежной приятно, но как-то одиноко звенели золото в фехтовании и две бронзы в стрельбе и штанге. Однако вряд ли хоть кто-то из мускулистой украинской пятерки в те мгновения ликования думал о своем вкладе в общекомандный успех – ребята падали от усталости после отлично сделанной работы. Работы, выполненной вопреки встречному реактивному реву забитого зала, когда они почти догнали серебряных британцев. Едва различимых 18 сотых не хватило!

Но самурайский меч был занесен. Япония подала протест на оценку сложности программы Кохеи Учимуры на коне, который завершал выступление Страны восходящего солнца в командном финале. Сбросили вы с коня нашего воина, возмущались подданные императора.

Высшее апелляционное жюри не долго мучилось в раздумьях.

Использовав систему повтора и контроля IRCOS, жюри постановило: коэффициент сложности программы Учимуры надо поднять на 0,700 балла. Подняли – и получили совсем другую оценку на коне, которая сбрасывала с пьедестала, словно со взмокшей спины неукрощенного мустанга, наших братьев-славян. А британцев отодвигала со второго места на третье.

Когда Учимуру освистывали на вручении нежданно свалившейся на него серебряной медали, он невозмутимо заявил: «Да-да, парни, я понимаю не только людей из Британии, но и людей из Украины. Они-то уже в мыслях повесили себе на грудь бронзовые медали! Я им всем сочувствую, правда. Но я сделал то, что сделал!».

Два украинских Олега, Степко и Верняев, Игорь Радивилов, Виталий Наконечный и Николай Куксенков с лицами запорожских казаков, только что нежданно битых шляхтой, бежали прочь и от свистящих трибун, и от коварных судей, и от стреляющих очередями телекамер. «Мы не слепые, – раздраженно заявил тренер сборной Украины Юлий Куксенков, – но каждый имеет свое собственное мнение и собственное видение. Ошибку относительно японского спортсмена, конечно, можно обсуждать, но ко всему прочему ее допустил японский судья! Зачем спрашивать меня о том, что происходит с моими ребятами? Конечно, они сейчас очень несчастны».

Сын тренера, Николай, был в числе этих самых несчастливых людей сырого лондонского понедельника. Он выступал в четырех дисциплинах из шести. Не знаю, плакал ли он раньше. Но знаю, что у парня одним росчерком пера вычеркнули из жизни почти сбывшуюся мечту.